Онисима Егоровича, отца М.О. Клера, и музей УОЛЕ. Весь визит проходил в присутствии Модеста Онисимовича. Столь знаменательное, если не сказать больше – историческое событие в многочисленных вариантах снималось фотоаппаратом в залах музея, где пояснения давал президент УОЛЕ О.Е.Клер, и на улице у входа в музей возле автомобиля. Одна из таких фотографий, сохранившаяся в архиве М.О. Клера, была помещена в журнале. О других было сказано, что они безнадежно утрачены.
С этой заметки и начались те малообъяснимые совпадения, о которых говорилось в самом начале рассказа. Летом 1985 года в газете «Тюменская правда» я опубликовал статью «Потемкинцы в Зауралье» (статья помещена в книгу). В ней, в частности, говорилось о руководителе Красного Креста советской России Леоне Христофоровиче Попове. В годы гражданской войны он работал врачом передвижного санэпидемотряда в г. Ишиме. Заразившись сыпным тифом, он тяжело заболел и скончался. Похоронили его там же, в Ишиме. Газета со статьей каким-то непостижимым образом оказалась в Москве в руках сына. Попова Андрея Леоновича – кандидата военных наук, ветерана Вооруженных Сил, краеведа, увлеченного коллекционера, обладателя редчайшего собрания документов, вещей и реликвий, сохранившихся в мире в одном или в ограниченном количестве экземпляров, журналиста, автора многочисленных публикаций по истории России и просто отзывчивого и душевного человека, весьма щедрого на передачу своих находок тому, кто быстрее или лучше введет их в научный оборот.
Вскоре в почтовом ящике обнаружилось его благодарственное письмо. Более всего поразили строки моего неожиданного корреспондента, имеющие отношение к Ф. Нансену. «4 апреля 1986 года. ...Меня крайне заинтересовало в Вашем письме сообщение о музее науки и техники, созданном в Вашем вузе. Это прекрасное начинание, и мне бы хотелось оказать посильное содействие в пополнении музея материалами. Конечно, я чистый гуманитарщик и мало разбираюсь в вопросах техники, но как историк кое-что знаю, что, возможно, еще не отражено в соответствующей литературе. Например, известно ли Вам, что железную дорогу Тюмень–Омск строил инженер Сергей Алексеевич Беэр? Его предки были шведы, приглашенные Петром Первым для строительства судоверфи. Все последующие поколения этой семьи стали горными инженерами, путейцами, мостостроителями. Они породнились с рядом выдающихся деятелей России: Буниными, Елагиными, Протасовыми, Толстыми, Сытиными, Чайковскими и др. Жена С.А. Беэра, в девичестве М.В. Елагина, отдала, кстати, Третьяковке прижизненный портрет А.С. Пушкина кисти Тропинина (!). Их сын А.С. Беэр был одним из любимых учеников академика Н.Е. Жуковского. Сам же С. А. Беэр всю жизнь дружил с замечательным полярным исследователем и обаятельным человеком Ф. Нансеном, который к нему приезжал в гости в Екатеринбург. У меня даже имеется неизвестная никому и неопубликованная фотография Ф. Нансена того времени с его автографом, подаренная им лично С. А. Беэру, а также снимок Нансена и Беэра в Екатеринбурге около автомобиля».
Воистину, на ловца и зверь бежит! Нет необходимости описывать мое волнение, с которым в ответном письме я обратился к Андрею Леоновичу с нетерпеливой просьбой о подробностях. Два последующих письма, полученные в июне и августе, подсказали мне новую нить поисков, но главное, чем обогатился мой архив, это ксерокопиями тех редких снимков, о которых меня известил А.Л. Попов. Вскоре мне довелось побывать в Москве в квартире Андрея Леоновича, познакомиться с его гостеприимной супругой Галиной Петровной, целиком разделявшей все коллекционные увлечения и поиски мужа.
Между тем переписка с А.Л. Поповым продолжалась с еще большей интенсивностью. Он писал:«10 августа 1986 года. Удивлен, что ни в Свердловске, ни в Перми не оказалось материалов о деятельности С.А. Беэра в Екатеринбурге в начале века. Ведь он был главным инженером строительства железной дороги. Нансен приезжал к нему лично. Я хорошо обо всем этом знаю из разговоров с его потомками. К сожалению, сейчас его прямой внук Николай Андреевич Беэр находится на Севере. Надеюсь, что зимой он вернется и тогда я попрошу его послать Вам все материалы о его предках. Знаю, что у них в семье есть даже грамота от Петра Первого, пожалованная родоначальнику этой фамилии бригадиру Андрею Беэру, на воеводство в одном из сибирских городов, где его, кстати сказать, обокрали...».
И еще: «25 октября 1986 года. Москва. Уважаемый Виктор Ефимович! Учитывая переживаемый период ускорения и руководствуясь желанием быстрее выполнить Вашу просьбу, посылаю до праздников, а не после таковых, фотокопии с оставшихся у меня фотографий по Нансену, а также копию дарственной от прежней их владелицы в мой адрес. Буду рад, если эти материалы Вас заинтересуют. Держите нас в курсе дел Ваших поисков и находок. Галина Петровна передает Вам привет и упрекает меня в скаредности, так как я не отдал Вам подлинники снимков и статей, а только их копии. Может, она и права...».
Упомянутую в письме прежнюю владелицу фотографий звали Анной Владимировной Нифонтовой. Она – дочь известного хирурга В.Н. Нифонтова. Ее мать, О.С. Нифонтова, урожденная Беэр, сохранила у себя фотографии Нансена, унаследованные ею от своего отца, инженера С.А. Беэра (1858–1917 гг.). А.Л. Попов прислал мне и копию дарственной записки в свой адрес, датированной 10-м июлем 1962 года. Вот так, обойдя немыслимый круг своих прежних владельцев, сквозь череду имен и дат две бесценные фотографии оказались, наконец, в Тюмени.
На одной из них (илл. 21) в центре снимка сфотографирован Ф. Нансен в гостях у Е.О. Клера в одном из залов музея УОЛЕ в Екатеринбурге. Справа от него стоит Клер, слева – инженер Вурцель. Над фотографией разместился подлинный автограф Ф. Нансена с двойной датой (старый и новый стили) посещения музея: 11 (24) октября 1913 года.
Другой снимок (илл. 22) с автомобилем сделан перед отъездом Ф. Нансена из музея в оперный театр, где он слушал оперу П. И. Чайковского «Пиковая дама». Здесь Нансен в шляпе сидит в машине на переднем плане. За машиной видна табличка у входа в музей. На обороте фотографии рукой А. В. Нифонтовой Беэр, дочери инженера С.А. Беэр и М.В. Елагиной-Беэр, сделана следующая надпись: «Фритьоф Нансен у нас в гостях в Екатеринбурге. Крайний слева папа, рядом с ним стоит Востротин. В машине сидят Нансен, рядом Вурцель и швед Стрем». Там же на обороте имеется штамп: «Фотограф Н.Н. Введенский».
Похожий снимок, как уже говорилось, опубликовал в журнале «Огонек» М.О. Клер. Он есть также в «Уральском следопыте» за тот же год.
