– Алевтина, мы можем войти? – вежливо поинтересовался Егор.
Интересно, «мы» – это кто: он с Гришаевым или еще и чета Ивановых до кучи?
– Входите, – Аля тяжело вздохнула, отошла подальше от окна.
Дверь с протяжным скрипом отворилась, пропуская в комнату Егора и притихшего фольклориста.
– Можно? – Гришаев расстроенно втянул голову в плечи, замер на пороге, не решаясь войти внутрь.
– Можно, – Аля обреченно махнула рукой, одернула свитер.
Только сейчас она заметила, что в неглиже разгуливает не только этнограф Дима, но и Егор, на котором не было ничего, кроме впопыхах надетых задом наперед шортов. Егор проследил за ее взглядом и виновато улыбнулся:
– Торопился.
– Вы так кричали, – ввернул Гришаев.
– Я ее видела, – Аля вперила немигающий взгляд в фольклориста. – Кажется, видела, – добавила не слишком уверенно.
– Кого? – спросил тот.
– Настасью. Она ко мне приходила.
– В самом деле, что ли, приходила? – непонятно чему обрадовался этот ненормальный.
– Дима, да что вы такое говорите?! – возмутился Егор.
– Это не я говорю, это она говорит, – Гришаев невежливо ткнул в Алю пальцем, а потом спросил, понизив голос до едва различимого шепота: – Ну и как она вам?
– С ума сойти! – Аля устало опустилась на край кровати. – Я вам только что призналась, что видела призрака, а вы, вместо того чтобы поинтересоваться, все ли у меня нормально с головой, спрашиваете, как прошла встреча.
– Вы не похожи ни на сумасшедшую, ни на истеричку, – не спрашивая разрешения, Гришаев уселся рядом. – Вы производите впечатление вполне здравомыслящего человека.
– Ну спасибо, – она чуть отодвинулась.
– ...А значит, – он пропустил мимо ушей ее колкость, – а значит, вы в самом деле увидели что-то до крайности необычное. Настолько необычное, что своими воплями не побоялись перебудить всех соседей.
– Есть и другой вариант, – сказал Егор и уселся с другой стороны от Али. – Алевтине и в самом деле мог присниться кошмар. После вашего сегодняшнего выступления, – он бросил укоризненный взгляд на Гришаева, – в этом нет ничего удивительного. Мне самому снилась всякая абракадабра.
– Всякая абракадабра не открывает запертое на защелку окно и не просится к вам в гости на чашечку чаю, – горько усмехнулась Аля.
– А она просилась? – тут же оживился Гришаев.
– Она хотела, чтобы я ее впустила, – Аля закрыла лицо руками. – Говорила про какой-то договор, который нельзя нарушить, про то, что он скоро за мной придет.
– Кто – он? – уточнил дотошный фольклорист.
– Да не знаю я, кто он! – Аля сорвалась на крик. – Не успела, понимаете ли, уточнить!
– Плохо, – Гришаев ничуть не обиделся. – Если призрак желает с вами поболтать, то нужно слушать очень внимательно и запоминать буквально каждое слово.
– Почему? – от удивления она даже о страхе забыла.
– Потому что призраки просто так, без повода, на огонек к смертным не заглядывают.
– А с какой целью они заглядывают на огонек к смертным?
– Обычно с целью донести какое-нибудь важное сообщение, предупредить о грозящих неприятностях. Иногда просто напугать.
– Вот, это мой случай, – Аля невесело усмехнулась. – Я испугалась почти до смерти.
– Ну, для мертвой вы выглядите слишком хорошо, – Гришаев поерзал на кровати, устраиваясь поудобнее. – К тому же она ведь с вами разговаривала. А если бы хотела напугать, то уж поверьте мне, напугала бы именно до смерти, а не почти до смерти.
– И откуда у вас такая специфическая информация? – улыбнулся Егор и осторожно, как бы невзначай, положил ладонь на Алино плечо.
– Я же фольклорист, у меня работа такая – изучать всякие разные казуистические явления.
– И что мне теперь делать? – Аля растерянно посмотрела сначала на одного, потом на другого.
– Вам, Алевтина, ничего делать не нужно, – Егор решительно встал с кровати, подошел к окну. – А вот мы с Дмитрием кое-что можем предпринять. – Он посмотрел на Гришаева: – Ну как, пройдемся по свежему воздуху, поищем следы вашего призрака?
– Нет, – Гришаев отрицательно мотнул головой. – Пустое занятие, призраки следов не оставляют. Я лучше здесь посижу, поохраняю...
После этих словах Аля едва удержалась от саркастической усмешки. Он собирается ее охранять! Да его самого впору охранять, выискался защитник...
В отличие от Али, Егор сдерживаться не стал, посмотрел на фольклориста со смесью жалости и презрения, ободряюще улыбнулся Алевтине и шагнул в оконный проем. Какое-то время его белые шорты еще маячили в темноте, а потом истаяли в кисельном рассветном тумане. Сидеть рядом с трусом Гришаевым не хотелось, Аля встала, подошла к распахнутому настежь окну. Туман с каждой секундой становился все гуще и гуще, руку протянешь – не увидишь. И как только Егору не страшно!
– Смелый, – Гришаев точно прочел ее мысли. – Смелый и глупый.
– Почему это глупый? – Ей вдруг стало обидно за Егора. Человек от чистого сердца пытается ей помочь, рискует собственной жизнью, а этот очкарик расселся тут на ее кровати и еще имеет наглость критиковать.
– Потому что не зря говорят: не знавши броду, не суйся в воду. Ну куда он поперся?! Туман же, не видно ничегошеньки! Даже если призрак там, в чем я очень сильно сомневаюсь, то без собственного желания он постороннему не явится. Да и время уже неурочное для призраков – утро. А в тумане этом шею свернуть – раз плюнуть. Или, чего доброго, в озере утонуть. Тут озеро знаете какое коварное? Глубокое, с ледяными ключами и водоворотами. Попадешь в такую вот холодную струю, сведет ногу судорогой, и все – пиши пропало. А водовороты и того хуже...
– Не бывает в озерах водоворотов, – из чистого упрямства возразила Аля. – Глупости все это и бабушкины сказки. – Про бабушкины сказки это она со злым умыслом сказала, чтобы уесть этнографа с его чертовым фольклором.
– И ничего не бабушкины сказки! – Гришаев и в самом деле обиделся. – И вообще, если хотите знать, это товарищ Федор рассказывал про водовороты. Товарищ Федор для вас тоже не авторитет?! – он в сердцах сорвал с носа очки, принялся протирать их краем Алиной ночнушки. – А водоворот – это вам не шуточки! Это, может, еще хуже, чем холодные ключи! Как затянет на самое дно – все, конец.
– Егор в озеро не полезет, – Аля отобрала у Гришаева свою сорочку, сунула ее под подушку.
– Ну, кто ж его знает! – этнограф нацепил очки, посмотрел на нее поверх стекол. – Вдруг ему там что-нибудь подозрительное примерещится.
– Где – там?
– В озере. Я ж говорю, коварное озеро, с причудами.
– Егор плавает хорошо! – вообще-то она знать не знала, умеет ли Егор вообще держаться на воде, но не оставлять же последнее слово за этим выскочкой.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
