— Урок относительно того, что вы не делаете того же, что делают мои родители? — спросил я, ожидая ответа на свой предыдущий вопрос.
— Нет, — сказал богатый папа. — Урок состоит в том, что я делаю в точности то же самое, что и твои родители. В сущности, ты уже видел, как я это делал.
— Что же? — спросил я. — Вы делали покупки на дешевой распродаже, чтобы наполнить свою морозилку? Не думаю, чтобы я когда-нибудь видел такое.
— Нет, этого ты не видел, — сказал богатый папа. — Но ты видел, как я покупал для инвестирования то, что было выставлено на продажу, для того чтобы наполнить свой портфель инвестиций.
Услышав такое заявление, я какое-то время сидел молча.
— Вы покупаете, чтобы наполнить свой портфель инвестиций, а мои родители покупают, чтобы наполнить свою морозилку! Вы хотите сказать, что производите такие же действия, но покупаете ради чего-то другого?
Богатый папа утвердительно кивнул. Он хотел, чтобы до меня дошли его слова.
— Вы делаете то же самое, но мои родители становятся все беднее, а вы — все богаче. В этом и состоит урок? — спросил я.
Богатый папа опять кивнул головой и сказал:
— Это одна часть урока.
— А в чем другая часть урока? — спросил я.
— Подумай, — сказал богатый папа. — О чем мы говорили?
Я подумал немного, и наконец до меня дошла вторая часть урока.
— А-а, вы и мои родители делаете одно и то же, — сказал я, — но у вас разные реальности.
— Ты все-таки дошел до этого, — сказал богатый папа. — А как насчет разумного и рискованного?
— О, — воскликнул я, — они считают, что сберегать деньги разумно, а инвестировать — рискованно.
— А еще? — подстегивал богатый папа.
— А так как они считают инвестирование рискованным, то трудятся не покладая рук, чтобы скопить денег, но в реальности делают те же вещи, что и вы. Если бы они изменили свою реальность в отношении инвестирования и сделали то же самое, что они делают, пытаясь сэкономить деньги на свиных окороках, то становились бы все богаче и богаче. Вы делаете то же самое, что и они, но покупаете ради бизнеса, инвестирования в недвижимость, в акции, облигации и другие возможности получения дохода, связанные с бизнесом. Вы покупаете для своего портфеля, а они покупают для своей морозилки.
— Следовательно, они делают то же самое, но в другой реальности, — сказал богатый папа. — Это их реальность заставляет их принадлежать к бедному или среднему классу, а вовсе не их действия.
— Это их ментальная реальность делает их бедными, — задумчиво сказал я. — То, что мы считаем разумным, и то, что считаем рискованным, определяет наше социально-экономическое положение в жизни. Я употребил новое слово, которое узнал в колледже на занятиях по экономике.
А богатый папа продолжал:
— Мы делаем одно и то же, но с разных позиций. Я действую с позиции умственной установки богатого человека, а твои родители действуют с позиции умственной установки людей среднего класса.
— Вот почему вы всегда говорили: «То, что ты считаешь реальным, и есть твоя реальность», — тихо добавил я…
Богатый папа кивнул и продолжал:
— А поскольку они считают инвестирование рискованным, то находят в качестве примера для подражания таких людей, которые уже потеряли или вот-вот потеряют свои деньги. Их реальность связывает их с подобными же реальностями других людей. Они видят то, что считают реальным, даже если это не является реальным на самом деле.
— Поэтому человек, который считает стабильную работу делом разумным, будет находить примеры того, почему создание бизнеса является рискованным делом. Человек будет искать подтверждения той реальности, которой он хочет верить, — добавил Майк.
— Верно, — сказал богатый папа. — В этом есть смысл? Ты получил урок?
Я утвердительно кивнул, хотя этот урок еще должен был улечься у меня в голове. Указав на ту строчку в записях богатого папы, где было написано «большой собственный дом» и «дом с квартирами внаем», я сказал:
— Значит, мои папа и мама всегда делают покупки ради большего по размеру дома, о котором мечтают, а вы всегда делаете покупки ради больших домов с квартирами внаем. Вы оба делаете одно и то же, но вы становитесь богаче, в то время как мои мама и папа получают лишь еще большие счета по закладной. Это еще один пример силы умственной установки и реальности, не так ли?
— Так, — сказал богатый папа. — А почему твои родители всегда стараются делать покупки на распродажах, чтобы сэкономить на больший дом?
— Потому, что зарплата моего папы продолжает расти, а следовательно, продолжают расти и налоги. Его бухгалтер советует ему купить больший по размеру дом, потому что благодаря этому из его налогов будет вычтена сумма, идущая на большую оплату по закладной, — ответил я.
— И он считает, что это разумно, не так ли? — спросил богатый папа. — Он считает это разумным, потому что верит, что его дом является активом и что он получит от правительства на этом деле огромные налоговые льготы.
Я кивнул в знак согласия и добавил:
— И они думают, что покупать многоквартирные жилые дома рискованно.
— Мы оба получаем одинаковые налоговые льготы, за тем исключением, что мои налоговые льготы делают меня еще богаче, а налоговые льготы твоих мамы и папы заставляют их преодолевать еще большие трудности и работать еще больше. Я имею налоговые льготы для хорошего долга, который делает меня еще богаче, а твои мама и папа получают налоговые льготы для плохого долга. Теперь ты понимаешь, как слова разумно и рискованно определяют реальность того или иного человека? — спросил богатый папа.
Мы с Майком утвердительно кивнули.
— Теперь я понимаю это лучше, — сказал Майк.
— А что насчет последней строки? — спросил я, указывая на слова «богатые — жадные» и «богатые — щедрые».
— Прежде всего, вам не нужно быть богатым или бедным, чтобы быть жадным или щедрым. Мир наполнен скаредными бедняками в такой же степени, как и щедрыми бедняками, и наоборот, — сказал богатый папа. — И, как я всегда говорил вам, есть много способов стать богатым. Вы можете увеличить свои богатства, экономя на дешевых товарах, но в конечном счете все равно останетесь бедными. Вы можете стать богатым, женившись на ком-нибудь ради денег, — что является очень популярным «видом спорта» в наше время, — но мы знаем также, что принуждает вас к этому. Вы можете стать богатыми путем махинаций, но зачем рисковать и попадать в тюрьму, когда гораздо проще разбогатеть, не оказавшись там. Вы можете разбогатеть благодаря удаче, но проблема в том, что в этом случае вам нужно положиться на удачу, а не на свой разум.
Я слышал все это много раз уже и раньше. Но на сей раз я действительно хотел дальнейшего прояснения этого вопроса: как стать богатым, будучи щедрым; поэтому и наседал со своими вопросами:
— Так в чем же все-таки различие между выражением «богатые — жадные» и «богатые — щедрые»?
— А вы помните, ребята, я рассказывал вам, как делать все больше и больше при все меньших и меньших усилиях? — спросил богатый папа в ответ на мой вопрос.
Мы оба кивнули.
— Итак, делать все больше и больше при все меньших и меньших усилиях является одной из форм проявления щедрости. В сущности, наипростейший способ стать богатым — это быть щедрым, — сказал богатый папа.
— Ты хочешь сказать: стать богатым, служа как можно большему числу людей, — вставил Майк.
— Верно, — сказал богатый папа. — Всякий раз, когда я хотел заработать больше денег, все, что мне нужно было сделать, — это спросить себя, как я смог бы служить как можно большему числу людей.
И тут Майк повернулся ко мне и сказал:
— Мой папа никогда не говорил этого при тебе, но, я думаю, ты готов выслушать его следующий урок. Мы достаточно взрослые, чтобы лучше это понять.
— Понять — что? — спросил я.
— Сказать ему? — спросил Майк.
— Ты уже начал, так что можешь закончить.
Майк повернулся ко мне и спокойно начал объяснять:
— Твой папа всегда говорит тебе, что богатые — жадные. Ведь так?
Я утвердительно кивнул:
— Почти такими словами.
— Причина, почему он это говорит, в следующем: он считает, что богатым следовало бы платить людям все больше и больше, чем дольше они работают на той или иной работе. Он называет это трудовым стажем или сроком пребывания в должности. Верно?
Я кивнул.
— Но ты ведь понимаешь, что человек в основном чаще всего выполняет только один и тот же объем работы или делает одно и то же задание? — мягко спросил Майк.
— Я понимаю это, — ответил я. — Но мой папа смотрит на это не так. Он искренне верит в то, что рост зарплаты должен определяться длительностью стажа добросовестной службы.
