— Я тоже, мисс… нет, прошу прощения, миссис радужное чудовище, — весело усмехнулся фотограф.
— Ах, так?! — задохнулась я, от возмущения из-за данного мне прозвища.
И запустила в Андрея подушкой, от которой он ловко увернулся.
— А сам…
Так и хотелось сказать что-нибудь обидное, но даже придумать не смогла. Поэтому, пока кое-кто радовался, что ответить-то мне нечем и потерял бдительность после первого удара, я схватила вторую подушку и снова запустила в него.
В этот раз это был больший успех. Мягкий снаряд угодил аккурат в усмехающуюся физиономию.
— Ну, знаешь! — прищурился мужчина, недобро улыбаясь.
Андрей запустил в меня подушкой обратно, тут же хватая вторую, и становясь в оборонительную стойку.
— Защищайся! — весело откликнулась я, хватая запущенный в меня снаряд и нападая на мужа.
Он в ответ громко и весело рассмеялся, изловчившись ударить меня подушкой по заднице.
— Эй! — возмутилась я.
— Что-то не так? — хитро улыбнулся Андрей.
— Не так. А если я тебя?
— А ты достань, — мне показали язык.
И я сорвалась с места, стараясь вернуть должок. Шум мы, наверное, подняли немаленький. Но как бы я ни пыталась, достать и правда не могла, как бы ни теснила обидчика. А тот, громко смеясь, ловко уворачивался от моих атак.
В очередной раз отступая назад под моим напором, он споткнулся о край кровати и упал на нее. Я же, пытаясь ударить, потеряла равновесие и рухнула сверху.
— Ребят, я все понимаю, но давайте ржать поти… — Слава, которому наш смех явно мешал, ворвался в комнату и так и замер на пороге.
После веселого смеха повисла гробовая тишина. И я готова поспорить, что биение моего сердца было слышно не только мне.
Глава 12
Андрей
Дыхание из меня просто выбили. Маленькая? А весит эта мелкая, как небольшой бегемот. Да еще и так упала, нарочно не придумаешь.
Я очень аккуратно втянул воздух, не сводя глаз с лица девушки, повисшей надо мной. В ушах зашумело от стука собственного сердца.
Пришедший требовать тишины Слава так и застыл с открытым ртом на пороге. А я, наверное, сильно увлекся, дразня моего монстрика в безумной пижаме. Развеселился, а теперь вот пожинаю плоды.
Падение снова выбило не только воздух из легких, но и страх. А память вернула меня в сегодняшнее утро. Машинально обнял хрупкую фигурку, а рука скользнула под слегка задравшуюся футболку, касаясь нежной кожи. Захотелось поцеловать.
— Не, ну, совсем офигели при ребенке?! — возмутился брат, и я краем глаза заметил, как покраснел невольный свидетель.
Только вот мне точно было не до него.
— А тебя стучаться не учили? — спокойно отозвалась моя жена все с тем же невозмутимым видом.
Эй, ласки с таким лицом? А ведь так и обидеть недолго!
Но мало того, что она не пыталась отстраниться, еще и удобнее устроилась на мне.
Интересно, это она провоцирует или даже не понимает, что творит?
Я сглотнул, надеясь, что Машка не заметит моего опять некстати появившегося интереса.
— Да я… — начал было подросток, и, как и я, был обезоружен невозмутимостью рыжей девушки.
Слава, как рыба, выброшенная на берег, открыл и закрыл рот, видно, что-то собираясь сказать, но так и не смог выдавить из себя ни слова. Покраснел только еще больше, хотя мне казалось, больше уже невозможно. Брат пулей вылетел из комнаты, оставив нас в тишине.
— Хм, кажется, мы его смутили, — удивленно протянула Машка и наклонила голову еще ниже к моим губам.
Мое лицо обожгло ее горячее дыхание.
— Слабонервный.
Слабонервный? Он? Ха! Да тут любой смутится.
Я хотел ответить, но в горле пересохло. Притянул девушку к себе и поцеловал в нос.
Хватит уже с меня искушений. Если поцелую по-настоящему, точно не остановлюсь.
Хотел оттолкнуть мягко, но не рассчитал сил, и рукой, освобожденной из-под футболки, угодил прямо в нос. Девушка пискнула и зажала его руками, по пальцам незамедлительно хлынула кровь.
— Маш! — я подскочил, желая хоть как-то извиниться за свою неосторожность.
— Я в порядке! — остановила меня жена, не подпуская близко выставленной рукой.
Герой-любовник, твою мать! Она теперь всю жизнь будет опасаться новых последствий моего волнения.
— Точно? — я снова потянулся и тут же отдернул руку.
— Точно. Ложись и лежи, пока хуже не стало, — подтвердила потерпевшая, посмеиваясь, и поспешила выбежать из комнаты.
Совесть уговаривала меня броситься я за девушкой, но здравый смысл подсказывал лечь и не дергаться. Итак, впору радоваться, что не сломал, хотя и без того видно, что ударил сильно.
Я с тоской осмотрел комнату. Теперь, с появлением Марии, она явно выглядела более живой, чем в период моей холостяцкой жизни. А прошла-то всего пара дней.
На комоде около кровати стояла рамка. Любопытство победило, и я поднялся, взял ее в руки, рассматривая, как видно, семью своей жены.
Семейка Уизли, не иначе! Все, как на подбор, рыжие и с веснушками, только женщина отличалась русыми волосами и чистой кожей. А я и не знал, что у нее есть брат и сестра.
Даже по фотографии заметно, усмирить их задача не из легких. Интересно, насколько они ее младше? Теперь-то понятно, откуда такая строгость в «воспитании». Неясно только откуда такая невозмутимая старшая сестра.
— Да, у меня рыжая семейка, — сказала Машка, вернувшись в комнату.
Нос был красным от удара, и я скрипнул зубами. Ну вот кто я после этого?
— Не знал, что у тебя есть младшие брат и сестра, — произнес негромко, возвращая на место фотографию.
— А ты и не спрашивал.
Она отмахнулась от меня, отодвинула на кровати, устраиваясь удобнее.
Да, верно, как-то и не подумал расспросить ее о семье. Меня прошиб холодный пот — и кто я после этого? А потом еще удивляюсь, зачем ко мне шпиона приставили? Ну, хорош Барт, ты прям гений!
— Больно? — я было потянулся к девушке, но вовремя опомнился и убрал руку.
— Не, ты не так сильно и задел.
— Но кровь…
— Случайность, давление, наверное, — пожала она плечом, не глядя в мою сторону.
— Это ненормально, — нахмурился я.
— Тебе ли говорить о нормальности? — фыркнула моя жена и тут же улыбнулась. — Я просто сегодня перенервничала. В институте у меня такое в сессию часто бывало, да и побесились мы с тобой.
— Это ненормально, — повторил хмурясь.
А про себя отметил, что раз уж теперь этот монстрик под моей ответственностью, отправлю ее к врачу. Нечего меня пугать.
— Бла-бла, — хихикнула девушка, забираясь под одеяло, и вопросительно на меня посмотрела.
— Уже спать?
Кажется, меня обидела перспектива спать в такую рань. И ведь дело не в том, что можно было найти занятие повеселее. Но мне просто хочется поговорить, узнать ее, как-никак нам жить вместе не менее двух лет.
— Возражения? Предложения? — Машка улыбнулась и пригласила лечь, поудобнее подпирая голову руками.
Вот интересно, она на самом деле такая безбашенная? Или просто не понимает, какие мысли у меня в голове? А ведь мы все еще чужие друг другу люди, чтоб мне доверять.
— Расскажи о своей семье, — попросил, устраиваясь напротив и почти зеркально копируя ее позу, подперев голову руками.
О своей-то я все выложил еще в первый час знакомства, а вот о ее и не спросил. Вот поделом мне будет, если теща окажется как в старых добрых анекдотах.
Машка хмыкнула и тихо начала рассказ.
* * *
Мария
Сколько я проболтала, рассказывая про свою слегка ненормальную семейку, не знаю.
Но Андрей все мои рассказы про пакости моих младших слушал очень внимательно и с неподдельным интересом. Иногда давился от смеха, иногда с таким ужасом, будто, сам никогда подобного не творил.
Не знаю, то ли я так монотонно говорила, то ли и муж устал от потрясений, но спустя примерно час, фотограф мирно засопел. И это он не хотел спать?
Я усмехнулась, аккуратно, чтоб не разбудить своего мужа, встала и укрыла его одеялом.
