Хочется добавить, что даже тогда у меня складывается впечатление, что мать их не ждет. Она начинает рассказывать мне про отчима, про его детей, про детей его детей, обязательно спрашивает, не беременна ли я, и тяжко вздыхает, когда я отвечаю отрицательно. Может еще добавить, что не всем дано стать матерями. Но я решаю это пропустить. Наверное, поэтому я так держалась за нашу семью с Артемом.
-Ясно, - отвечает Рустам и переводит тему, - Так, что, пойдем в зоопарк?
И снова улыбается. Так, что хочется согласиться, и пойти и в зоопарк. И всюду, куда позовет.
-А давай, - лихо соглашаюсь я, - Я туда ходила еще студенткой. И всё.
-Тогда приводи себя в порядок. И поехали. Вон погода какая чудесная.
За окном вовсю светит солнце. И, наверное, хорошо будет погулять, посмотреть на животных, отключиться от всего негатива, которого в последнее время было чересчур много.
-Ладно. Я - в душ, - говорю и встаю со стула.
И сразу же всё меняется. Сильный болевой спазм заставляет меня согнуться. Я хватаюсь за стол, чтобы не упасть.
-Оля?! - мужской голос слышу словно через вату.
Боль становится сильнее, сдавливая низ живота. Ноги слабнут. Голова начинает сильно кружиться, шум в ушах нарастает.
-Ой-ой-ой, - скулю. Не в силах поверить, что это происходит на самом же деле.
Всё же было хорошо...
И следом приходит осознание того, что именно происходит. Я теряю ребенка.
Вскидываю голову, смотрю на Сатаева, вижу его нечетко. Он расплывается в какой-то дымке.
-Рустам! - это я кричу? - Мне надо в больницу! Ребенок...
Еще один болезненный спазм заставляет меня посмотреть на свои ноги. Я приподнимаю халат... Так и есть... Тонкие струйки крови...
-Рустам!!!
Рустам
Предвкушаю хороший день. Первый без ненужной нервотрепки за долгий промежуток времени. В конце концов, Клим справится и сам. Мне этот день нужнее.
Ольга встает, говорит что-то про душ. Я собираюсь включить телевизор и посмотреть на кухне новости, пока она будет собираться.
Но в долю секунды всё вокруг меняется. Оля складывается пополам, рукой хватается за стол. Я не могу понять, что происходит. Потом она начинает кричать про больницу, приподнимает одежду. А там кровь...
Я не позволяю себе думать. Не сейчас.
Просто подхватываю её на руки. И несу в свою машину. Скорая - слишком долго. Она обхватывает меня за шею, заметно бледнеет, закусывает губу. Ей больно. Больно и страшно. А я не могу ничего сделать, чтобы помочь.
В машине пристегиваю ее, уговариваю потерпеть, обещаю, что всё будет хорошо. Она на грани обморока. Везу ее в клинику, где наблюдаюсь сам. Она специализируется по многим направлениям. Звоню в регистратуру, обрисовываю ситуацию.
По дороге Ольга теряет сознание. Не останавливаюсь. Её нужно довезти до больницы. Я ей ничем не помогу.
Нас встречают врачи. Перекладывают неподвижную Ольгу на каталку, задают вопросы. Отвечаю на них то, что знаю. А знаю я до обидного мало.
Её увозят. А я остаюсь в коридоре. И вот тогда накрывает. Жёстко. Давно так не было. Той картинки, в которую я почти поверил, может никогда не случиться, потому что если Ольга потеряет ребенка...
Запрещаю об этом себе думать. Ей обязательно помогут. Минут через тридцать выходит врач.
-Кровотечение не останавливается. Вы кем приходитесь пациентке?
-Муж, - даже не задумываюсь, прежде чем так назваться.
-Возможно, разумнее будет провести чистку... - заикается врач.
И тут я его хватаю за воротник халата, прижимаю к стене.
-Не знаю, что вы будете делать. Но сохраните ей беременность...
-Отпустите! - сипит он, - Понял я!
-Ступайте работать, доктор.
Он сбегает от меня, бросив напоследок:
-Псих!
На это раз ко мне никто не выходит. Долго. Час, два, три, четыре, пять. Я начинаю тормошить регистратуру, которая кое-как от меня отбивается привычным: "Ждите".
И только к концу шестого часа ко мне выходит женщина. В возрасте. Небольшого роста, худая. В очках.
-Кровотечение остановили, - рапортует устало, - Беременность сохранили. Но! Будете буянить, вызову полицию. Ясно?!
Меня немного отпускает. Самого страшного не случилось...
Глава 23
Глава 23
Рустам
Самому делается нехорошо.
Женщина замечает это.
-Сядьте! - командует строго.
Я опускаюсь на диванчик.
-И что теперь? - задаю интересующий меня вопрос.
-Обследования. У вашей супруги были проблемы по гинекологии?
Морщусь. Не знаю я.
-Не знаю, - решаю ответить правду.
-Хм. Рустам Тимурович, Ольга Леонидовна, останется на сохранении. Месяц, как минимум. Остальное смогу сказать только после полного обследования. Но шанс на хороший исход есть всегда. Все расходы записать на ваш счет?
-Разумеется. Я могу увидеть Ольгу?
-Сейчас она спит. Лучше завтра. Обсудите то, что ей здесь может понадобиться. И лучше вам настроиться на то, что просто не будет, а результат будет зависеть от вашего терпения и готовности соблюдать рекомендации.
-Вы хотите сказать, что она девять месяцев из больницы вообще не выйдет?
Мне хочется, чтобы женщина опровергла моё предположение, но она и не думает этого делать.
-Вполне возможно.
-Телефон ей можно завезти?
-Да. Даже нужно. Так, когда проснется, будет чувствовать себя спокойней.
Врач уходит, а потираю лицо ладонями. Ольга хочет этого ребенка. По её собственным словам она к беременности очень долго шла. Сейчас она наиболее уязвима, и моя поддержка необходима ей как воздух. Лечение в клинике дорогостоящее, но здесь очень комфортно - отдельная палата, всё необходимое. По-видимому, нам предстоит долгий путь, прежде чем мы с ней увидим результат наших усилий. Если увидим вообще. Но в этом случае я не знаю, как она справится.
Мои планы тоже претерпевают значительные изменения. Прямо на ходу. Я хотел яркий роман с красивой женщиной. Вместо этого я получил ответственность, с которой надо справиться.
Подхожу на ресепшен.
-Девушки, что жене может понадобиться уже сейчас?
-Ночная сорочка, халат, тапочки, бокал, вода питьевая. Нижнее белье, прокладки. Документы. Телефон. Остальное с ней обсудите, когда проснется, - бодро рапортует администратор.
Я им тут за сегодня так примелькался, что они даже не уточняют, про кого я говорю.
-А передать как?
-Мы заберем, отнесем в палату. Посещения сегодня запрещены. Завтра уточните у лечащего врача.
-А кто это будет?
-Вы с ней разговаривали. Это Эмма Григорьевна. Очень хороший доктор. Сколько мамочек выходила. Не волнуйтесь. И вам поможет обязательно.
Просто киваю. Сам уже не знаю, что чувствую. Одно знаю наверняка - Ольгу ни за что не брошу.
Возвращаюсь в снятую ею квартиру. Дверь прикрыта, но следов посторонних нет. Оглядываюсь вокруг, начинаю искать одежду, телефон и документы. Нахожу всё довольно быстро. У Оли всё разложено по местам. Кружку беру ту, из которой она утром чай пила. И чайную ложку беру ее. Мне кажется, она не любит пользоваться чужой посудой.
Оглядываюсь вокруг. Олиных вещей немного. В основном, одежда. Этот гондон, за которым она замужем была, всё себе заграбастал. А ей отдал самый минимум.
Воду куплю в магазине. А вот с прокладками на меня нападает ступор. Какие вообще нужны?
Номера женщин у меня в телефоне есть, но спрашивать у них я это не хочу. Незачем.
Набираю Ясмин Шаховой.
-Рустам?! - она и не пытается скрыть удивления. Напрямую мы общаемся не часто.
-Ясмин, мне нужен совет. Какие прокладки лучше купить?
-Что купить, прости?! - градус удивления в её голосе повышается.
-Прокладки, Ясмин.
-Тебе зачем? - не удерживается она от этого вопроса.
Как быстро Клим расскажет жене то, что знает сам?
-Моя знакомая попала в больницу. Сказали принести прокладки.
