с доминирующим атрибутом «прочность». Нет, вместо этого он надел по одному кольцу на каждую лапу.
Белый король стоял как человек, поэтому скажу так: его колени и локти загорелись синим пламенем. По когтям прошлась молния. А потом небольшой взрыв с бело-синим дымом.
— Твою мать, где он, Воронцов⁈ — рявкнула младшая дочка императора Старой Магической Москвы.
Конкретно в этой ситуации я понимаю Кристину. Сам бы начал кричать и злиться на лоха, который так бездумно отдал кольца.
Но я обещал Вэлгору, что больше меня не проведёт ни одна тварь. Это касалось как людей, так и нелюдей.
А когда я говорю, что меня не проведёт ни одна тварь, значит, так и будет.
Король Крыс куда-то исчез. Но далеко сбежать он не мог. Обычные фокусы с Быстрым Перемещением или какой-то иллюзией.
Но тут для моего подтверждения выехал огромный дисплей над Пирамидой Кукулькана. На экране была нарисована серая крыса и выставлен счётчик — «ноль из трёхсот».
Грёбаные, сука, спартанцы из подземелий, судя из памяти реципиента.
Нашли кого пугать.
— Ну всё, напарник, ты как хочешь, но я пошла мочить этих уродов! — разозлилась уже и Соня.
Блондинка на этот раз сразу же рванула в бой, чтобы не слышать моих приказов с запретами на атаку.
Хотя я и не собирался ей запрещать воевать.
Вот только проблема в магии. Сонька точно не пробьёт броню у серых крыс.
Однако девушка настругала себе кучу мелких камней и зарядила ими, как дробью, по глазам серых крыс.
На дисплее показалась отметка «четыре из трёхсот».
— Ну вот, напарник, — обрадовалась блондинка. — Я же говорила, что нужно мочить этих тварей без суда и этого… следования… слесаря… следствия, во.
— Быстрее в мутацию! — активировалась Лиза.
В целом, нам хватало двойной мутации для пробития чёрно-красной брони: я атакую боевыми сферами высокого уровня, а Лиза напитывает сферы рубиновыми искрами либо Магией Коварного Извращения, если хочет ещё и сама использовать мои высокоуровневые боевые сферы.
Кристина же пошла в бой в одиночку, как и Соня, потому что знала, что мне с ней входить в мутацию смысла нет, поскольку она будет неполной, и именно по этой причине мы не пробьём броню серых крыс. А для полной мутации нужна агрессия, потому что входить будем в негативную мутацию. Но для меня выливать негатив — это гиблое дело. Я и так стараюсь противостоять Проклятому. Дополнительный негатив только ухудшит моё положение.
Короче, Соня и Кристина пошли воевать по одиночке.
Когда естественная мутация с Лизой прошла, красноволосая извращенка сразу же занялась высшим слиянием, чтобы я получал удовольствие от её энергетического ротика, и от взорванных серых крыс, ошмётки которых растекались по плитам и стенам храма.
— Соня! Кристина! Действуйте сообща! — скомандовал я. Сам же создал воздушные защитные сферы вокруг высокоуровневых оболочек у девушек.
Кристина злилась на меня только за воздушную защитную сферу, потому что сама могла создать такую же. Насчёт отдачи четырёх серебряных колец из одной серии — уже не злилась.
Видимо, поняла, что всё идёт по плану… раз к нам выехал дисплей со счётом.
Между прочим, на табло уже «Двадцать четыре из трёхсот».
— А неплохо идём, напарник! — радостно заявила Соня. — Мочи козлов! — И блондинка призвала Дрожь Земли.
Черноволосая красотка перешла на Воздушные Камни, чтобы самой не потерять контроль под ногами от Сониной магии.
— Горская, я скапливаю в одной точке этих крыс, а ты мочи их по глазам! — проорала Кристина.
— Хорошо, напарница! — без тормозов ответила Соня.
Блондинка создала кучу камней, но на этот раз превратила их в камешки с шипами, то есть уменьшенные копии того шипастого валуна, которым девушка пробивала коленные чашечки Горихвостову.
Вот только в данной комбинации не хватало рубиновых искр от Лизы. Но тут уже извините, потому что красноволосая извращенка временно недоступна.
Я же парень простой, поэтому стоял в белоснежной защитной сфере высокого уровня, которую создал ещё во время крысиной барабанной дроби, и мочил врага боевыми сферами с рубиновыми искрами.
Счётчик медленно, но верно шёл к отметке сто. А за ней и двести.
Осталась последняя сотня.
Смрад стоял такой, что пришлось повторно просить Императора Земли подкинуть сырой свежей землицы, чтобы хоть как-то понизить градус рефлекторной блевотни у Сони и Кристины. Ну а Лизе в этом плане повезло больше, так как девушка в стопроцентной естественной мутации даже не отвлекалась от высшего слияния на энергетическом уровне.
Я продолжал мочить вредителей.
Стены храма внутри подземелья напоминали уже само подземелье за стенами храма. Во как завернул.
Серые крысы нападали на мою белоснежную защитную сферу высокого уровня, но не могли толком её пробить. Зато я пробивал этих тварей на раз-два… ну иногда на три-четыре.
А те крысы, что нападали на более доступное мясо, злились в конечном итоге на меня, потому что я не только мочил тварей, но и следил за Соней и Кристиной, чтобы вовремя обновлять их защитные оболочки высокого уровня. Хотя девушки и без меня неплохо справлялись.
Соня действительно во всём слушалась Кристину. И это приятно, что красотки не ругались. Ну почти не ругались.
Показать бы им первый день встречи и сегодняшний — это небо и земля.
И я очень рад, что мой гарем стал таким дружным. Причём очень быстро.
Но на это есть и свои причины. Всё-таки мы вели эти дни достаточно активную борьбу против всей нечисти из этого и потустороннего мира. А только в таких вот стрессовых ситуациях истинные «друзья» лишь укрепляют свою дружбу.
Хотя мне, как распутному боевому магу, очень тяжело называть девушек «друзьями». Они, скорее… да я даже не знаю. Но я их очень люблю. Вот прям очень. И забочусь о них иногда, как какой-то старший брат. При этом понимаю, что при высшем слиянии становлюсь для них тем самым желанным парнем. И это здорово.
Тем временем мы подошли к отметке в «двести девяносто восемь из трёхсот» крыс.
Кристина создала воздушную атакующую сферу. Запустила её в серую крысу так, что та отлетела ко второй.
А Соня с разбега решила плитой пришибить двух крыс одним ударом. И у блондинки это почти получилось.
Девушка разбила плиту о головы двух серых жителей храма, а потом взяла два каменных осколка и пробила глазные яблоки у облезлых тварей.
Всё, триста из трёхсот. Миссия отчасти выполнена.
На мини-планшет пришло уведомление. И благодаря звуку Соня вышла из нирваны.
— О, напарник, смотри, три сотни из трёх! — эмоционально указала блондинка на огромный дисплей.
— Вижу. Молодец, Сонька, — подмигнул я боевой напарнице. Сам же обратился к Кристине: — Что там прислали?
Черноволосая красотка снова вошла в режим не выпендрёжницы.
— Саш, нам засчитали синий тайный артефакт с атрибутом «прочность» из первой тайной локации, — улыбнулась Кристина. Младшая дочка императора Старой Магической Москвы подошла ко мне с опущенной головой и шёпотом добавила: — Извини, что называла тебя «Воронцовым»! Ты был прав насчёт отдачи серебряных колец той белой крысе. А я — дура.
Вот это признание.
До такой степени, что даже «дурой» себя назвала⁈
Ох, ну это надо отпраздновать.
Я обнял черноволосую не выпендрёжницу, крепко прижав к груди.
— Нужно ещё пять таких уведомлений получить, чтобы заработать два белых кольца, — таким же шёпотом сказал Кристине на ушко. А потом поцеловал в щёчку как бонус на взаимность.
— Так, ну хватит нежиться, напарник, — дёрнула Соня меня за плечо. — Во, там плита вверху отъехала, — указала блондинка на вершину Пирамиды Кукулькана. Бежим!
Мы быстренько поднялись на самую вершину. Там действительно была сдвинута огромная плита.
Я скастовал фаербол. Запустил в пропасть.
— Похоже, пирамида — это лишь большая заслонка в огромном ущелье. Девушки, нужно кому-то одному спуститься.
— Я могу, напарник! — крикнула Соня.
Девушка своими резкими выкриками уже начинала выводить из себя Лизу. Девушка даже вышла из естественной мутации. Но красноволосая извращенка снова сделала глубокий вдох, потом выдох. Улыбнулась. Не стала атаковать.
— Сонька, дорогая, не кричи, — спокойно продолжила улыбаться Лизуня. Хотя по глазам мне казалось, что лучшая подружка Королевы Марго сейчас возьмёт плиту и заедет ею по морде лица блондинки.
Чтобы сбросить накал, я обволок красоток высокоуровневой защитной оболочкой и двух из них накрыл воздушной защитной сферой. Кристина же снова опустила голову, про себя ещё раз повторила, мол, прости, Саш, за вспыльчивость.
— Я пойду первым, —
