Народу на свадьбе было не очень много. Зато хватало слуг народа — по части нажраться мало чем отличающихся от обычных людей. И всякого рода «випов» хоть отбавляй. Эти тоже вели себя вначале прилично — вели важные беседы между собой, улыбались в скупом дежурном режиме, вино пили маленькими глотками — вроде как дегустировали. Вино, конечно, было выше всяких похвал. Но в конце концов доморощенные «випы» захмелели и смешались с толпой. Вот тут-то и стало ясно, кто в самом деле элита, а кто дерюжный мешок с деньгами…
Иван Александрович держался с достоинством персоны королевских кровей. В сущности, равных ему на этом торжестве не было. Председатель совета директоров самого мощного в регионе производственного концерна, богатейший человек. Он имел полное право задирать нос. Хотя вряд ли его можно было упрекнуть в высокомерии. Он держался ровно со всеми — что с мэром, что с приемным отцом Вадима. А с его матерью даже любезничал, но вовсе не для того, чтобы вернуть себе. Антонина Михайловна для него пройденный этап. Она старая и бесперспективная. Он был старше ее на несколько лет, но выглядел моложе. Ему девочки нужны — красивые, свежие, умные и без комплексов. Такие, как Олимпия… А ведь крутились вокруг него красотки. И совсем юные, и в годах. Но предпочтения он никому не отдавал. И все посматривал на Олимпию… Нравилась она ему. Однозначно нравилась… «Ну так будь же посмелей!..»
И ей нравился Алтынов. Было в нем что-то волнующее, помимо богатства и власти… Но у нее внутри уже все пылает, и нервы зудят — так хочется всепроникающего мужского напора. Конечно же, со стороны Вадима. Она хотела его!.. Взлетать, взрываться! Быстрей, сильней!..
— Дорогой, нам, кажется, уже пора! — шепнула она ему на ушко.
И весело посмотрела на свою подружку Нинку. Смазливая, длинноногая, а в своем потрясном платье в облипку — сногсшибательно сексуальная. Она — свидетельница с ее стороны, в обиходе — дружка. Богатенькие мужички с интересом посматривают на нее, кое-кто откровенно заигрывает с ней. Вот уж где нужно ловить свой шанс. Главное, не ошибиться с выбором, а то можно нарваться на женатика или на какого-нибудь грязного развратника. «Дружок» у нее молодой и совершенно бесперспективный. Ну, симпатичный, возможно, горячий, но Нинка без труда может подцепить любого. Да и цепляла не раз и не два… Свадебное же торжество, где собираются сливки общества, случается не каждый день. Тем более когда ты в центре внимания. Такое раз в жизни бывает… Олимпия бы точно не терялась. Да и Нинка не дура. Она знает, что ей нужно в жизни. И, похоже, не теряется. Свидетель со стороны жениха ее мало интересует. Понятно почему. Похоже, она прицеливается к симпатичному и не очень старому мужичку. Явно не бедный и одинокий, в смысле без пары. И тот не сводит с нее глаз… Но, может, подвернется лучший вариант. Ведь сейчас Олимпия уйдет, и все внимание, которое предназначалось ей, целиком переключится на Нинку… Впрочем, это ее проблемы. Упустит свой шанс, пусть пеняет на себя…
Нинка уловила смысл ее взгляда, весело подмигнула ей в ответ. Нет, она своего не упустит… «Так держать, девочка!..»
— Пошли! — Вадим был совсем не прочь заняться с женой сексом.
Он тоже молодец. Олимпия для него — предел мечтаний. А это значит, что жизнь удалась.
— Вы уже уходите?
Олимпия не сразу поняла, что это спросил Иван Александрович. Только что он был в другом конце зала, с кем-то разговаривал, поглядывая на нее. И вот он уже рядом с ней. Все улыбается. Но в глубине глаз — досада. Он не хочет, чтобы она уходила. Он знает, чем она будет заниматься с Вадимом в квартире, которую он сам же им и подарил…
— Поздно уже… — жеманно улыбнулась Олимпия. — Спасибо вам за все…
— Не так уж и поздно… А благодарить меня не надо… Э-э, пожалуй, я вас отвезу… Я же даже на вашу квартиру не посмотрел… Вы уж потерпите еще немного старика, — натянуто улыбнулся Алтынов.
— Ну какой же вы старик, папа? — возмутилась Олимпия. — Вы еще только жить начинаете…
— Да, начинаю… Ладно, считайте, что я пошутил. Никуда я с вами не еду. А квартиру завтра посмотрю. Если вы не против…
— Ну что вы такое говорите! Как мы можем быть против?.. Поехали с нами, мы будем только рады…
— Нет-нет… У вас дело молодое… Будьте счастливы!
Олимпия и глазом не успела моргнуть, как он исчез. Только что стоял рядом с ней, и вот его уже нет…
— Что это с ним? — угрюмо спросил Вадим.
— Сына он женит, вот что с ним… — удивленно посмотрела на супруга Олимпия. — Или ты чем-то недоволен?
— С нами зачем-то ехать собрался, — пожал он плечами.
— Но ведь не поехал же… Ну что, пошли?
Алтынов не хотел, чтобы она уезжала. И она была совсем не прочь составить ему компанию. Но в то же время спасу нет, как хотелось побыстрей оказаться с Вадимом в постели. Ведь у них первая брачная ночь.
Домой их отвезли на свадебном лимузине. Красиво, дорого и сердито… Как будто в новую жизнь на белом коне въезжали. В сущности, так оно и было…
Квартиру сдали на две недели раньше установленного срока. Но на качестве это никак не отразилось. Единственное, что не получилось, так это поучаствовать в процессе. Олимпия хотела, чтобы и ремонт, и обстановка соответствовали ее вкусу. Но перед свадьбой ее закрутила такая карусель, что на квартиру просто не оставалось времени. Спорное это утверждение — что ни делается, все к лучшему. Но в данном случае эта сомнительная истина подтверждалась. Видно, прораб нанял очень толкового дизайнера. А Прокин не скупился на деньги. Олимпия чуть не задохнулась от восторга, когда зашла в свои апартаменты. Верх совершенства. И хорошо, что квартиру отделывали и обставляли без нее…
Алтынову бы здесь понравилось. Вряд ли бы у него возникло чувство, что его деньги были выброшены на ветер. Но Иван Александрович остался в ресторане. Да он Олимпии был сейчас и не нужен. Вадим знал, что его жена сгорает от нетерпения. И без промедления рухнул вместе с ней на роскошное брачное ложе…
2
Солнце палило нещадно, но Олимпия изнывала не от жары, а от наслаждения. Кипр, окрестности Ай-Напы, прекрасная вилла в «средиземноморском» стиле — словом, шик-блеск. И сама она — тоже блеск; как тот алмаз, но без обрамления, в том смысле, что нет на ней ничего. Ничегошеньки нет — даже тоненькой ленточки, чтобы обозначить набедренную повязку. Олимпия ходила по дому голышом, и у бассейна загорала в том же виде. А чего стесняться? Ее великолепное тело не имело изъянов, которых можно было бы стыдиться. А от соседских глаз двор защищен непроницаемой растительной оградой — пальмами, кипарисами, лимонными и мандариновыми деревьями. Только один Вадим имел возможность любоваться ее красивой обнаженной фигурой, но на то он и муж…
Она и сейчас возлежала у бассейна в шезлонге, потягивая через трубочку тропический коктейль. Солнце клонится к закату, со стороны моря дует приятный ветерок. Тишь да гладь… Скучновато, правда. Неплохо было бы выйти на пляж да отдаться во власть мягкой средиземноморской волне. Но на пляже люди, там в «наряде Евы» не походишь, она же приличная девушка, тем более мужняя жена. Вадим, он мягкий, покладистый, но злить его не стоит…
Вадим не вышел, а выскочил из дома. Глаза по пять копеек. Неужели что-то случилось?
— В Ивана Александровича стреляли!
Он так и не научился называть Алтынова отцом…
— Убили?! Ранили?! — встрепенулась Олимпия.
— Нет! — облегченно вздохнул Вадим. — По «Новостям» передали, что жив… Даже не ранен… Но ведь стреляли!
— Кто?
— Личность убитого устанавливается…
— Убитого?!
— Да, в результате перестрелки один нападавший был убит. Двое других скрылись на машине. Ведутся оперативно-розыскные мероприятия… Все, больше ничего не говорили…
— А Ивана Александровича показывали?
— Нет… Но он жив. Правда, погиб его телохранитель…
— Но это уже не наши проблемы…
— Наши — не наши, а человека нет…
— Было бы гораздо хуже, если бы погиб твой отец…
— Мой отец?!.. Ну да, мой отец… Да, было бы хуже…
— Где он сейчас? Ты бы ему позвонил…
— Да, конечно…
Но дозвониться до Ивана Александровича Вадим не смог. Его мобильный телефон был заблокирован…
Да, несладкая жизнь у олигархов. Вернее, сладкая, но всегда есть люди, которым не терпится влить ложку дегтя в бочку с медом… Козлы!.. Даже страшно представить, что было бы, если бы Алтынов погиб. Ведь Вадим не был его наследником, все бы досталось стерве Марине… А ведь она даже не жена Ивану Александровичу, вся ее заслуга в том, что у нее сын от него. А Шурку он любит. И наверняка гораздо больше, чем Вадима… Если с Алтыновым вдруг что случится, Вадим останется с носом. И вместе с ним у разбитого корыта окажется и Олимпия. А ее такая перспектива не устраивала…
