– Смотри на меня, когда я с тобой разговариваю! – указка замирает, и в классе становится очень тихо. Саша медленно – так, словно голова весит целую тонну, – выполняет приказ Людмилы Павловны. Лицо учительницы спокойно, а на губах – неужели? – даже видна лёгкая улыбка. Саша смотрит в её глаза, и в сердце вдруг просыпается робкая надежда: а может, его сейчас простят? Ведь он уже и так всё понял, он уже и так испугался и сто тысяч раз пообещал самому себе, что будет слушаться!
– Ты сам во всём виноват, Царёв. Если я что-то говорю, значит, так и надо делать. Или не делать, если я это запрещаю.
Саша начинает тихонько плакать, понимая, что наказание всё-таки будет. Какое, он не знает, и от этого ему ещё страшнее…
Царь потряс головой, выгоняя из неё голоса прошлого. Вообще он считал, что вспоминать о тех днях хоть и больно, но полезно. Они стали источником силы для него, всегда придавали уверенности в себе, в том, что Учитель знает, как надо правильно поступать. Но пока что было ещё не время предаваться воспоминаниям. Позже. Да, позже. Он сделает это после урока, чтобы сравнить его с другими занятиями.
А пока…
Царь провёл кончиками пальцев – о, они так похожи на указки, на целых пять указок! – по щеке Полины.
– Я смотрю, ты хорошо нагуливаешь аппетит, котёнок, – сказал он. – Мне это, чёрт возьми, нравится.
Обрадованная девушка шагнула к нему, но Царь слегка отстранился.
– Не сейчас, милая. Сегодня особая ночь. Королевская, как в лагере – помнишь? Я знаю тут одно местечко, которое нам с тобой подойдёт. Пойдём, котёнок.
Когда пол стал обжигать ноги, люди поняли, что оказались на гигантской сковородке, и в панике ринулись прочь из зала. Те, кто были ближе всех к стеклянным дверям, выскочили наружу, на небольшую полукруглую обзорную площадку перед казино, и увидели, как на палубе пузырится краска. Снизу донёсся треск лопнувшего стекла. Сразу вслед за этим по бокам и спереди взметнулись языки пламени, превратив место, куда игроки время от времени выходили проветриться, в пылающую корону.
Он обнял девушку за талию и повёл внутрь корабля. Полина, у которой низ живота пылал и плавился, а голова кружилась всё сильнее, послушно побрела вперёд. Слова о каком-то местечке почти что прошли мимо неё. Главное – Сашенька был рядом и скоро они будут вместе. Девушка опустила ладонь на поясницу Царя и скользнула ниже, к ягодицам. Почувствовав, как он вздрогнул от её прикосновения, пьяно хихикнула и попыталась залезть пальцами дальше, между его ног. Он хочет её, он её хочет! А раз хочет, значит, любит!
Оставив трап за спиной, парочка шла по центральному коридору к носу судна. В нескольких метрах позади, неслышно ступая по полу, усыпанному обломками, вслед за ними плыла фигура, у которой, казалось, не было чётких очертаний. Туча, на краткий миг обретшая подобие человека, сгусток чернильной тьмы в темноте коридора.
Царь с Полиной подошли к двустворчатой двери, украшенной витражами, из-за которой доносились весёлые, возбуждённые голоса друзей. На разноцветных стёклах играли неяркие отблески огня.
– Ну, вот мы и пришли. Там на самом деле здорово, ты удивишься, – Царь улыбнулся, глядя на Полину, и прикоснулся губами к губам. Девушка потянулась к нему, и на этот раз он позволил ей прижаться к его телу. Пусть, пусть распаляется. Тем интереснее будет подготовка к уроку и сам урок.
Царь ответил на поцелуй, сжал правой ладонью грудь девушки. Услышав тихое постанывание и ощутив, как Полина обмякла и почти повисла на его руках, парень, оторвавшись от её губ, улыбнулся. Всё идёт как надо. Настало время подготовить и вторую ученицу.
– Пойдём, милая, – и, не слушая слабых протестов девушки, он распахнул дверь. Петли коротко взвизгнули и смолкли. – А вот и мы, друзья! Встречайте!
Когда дверь закрылась, тёмная фигура подошла к ней вплотную. Под слабыми лучами, проникавшими сквозь стекло, мрак словно уплотнился, придав сущности более определённый внешний вид. По крайней мере, стало ясно, что фигура стоит к двери лицом – конечно, если можно было так назвать плоскую поверхность головы.
Затем сущность обернулась. Во всём коридоре на дверях кают разом повернулись ручки.
– Вот, котёнок, смотри! – Царь обвёл рукой просторное помещение, которое пытались осветить свечи, расставленные где попало. – Это – казино! Прикинь, как новенькое! Только света нет. Зато мы свечи в ящике нашли.
Действительно, в отличие от коридора, по которому они только что шли, в этой зале царил порядок. Наверное, после пожара владельцы решили отремонтировать судно и начали как раз с казино, а потом, осознав весь масштаб работ, остановились.
Конечно, света не хватало, но там, где темнота всё же отступила перед язычками пламени, сажи видно не было. Да и мебель – карточные столы, стулья выглядели не тронутыми огнём. На чистом полу лежали ковры.
Противоположная полукруглая стена целиком состояла из окон, которые протянулись от пола до потолка. На стёклах красиво танцевали отражения огней, отчего тёмная поверхность казалась звёздным небом. Окна – с задёрнутыми занавесками – были и по бокам.
Перед застеклённой стеной находилось небольшое возвышение. Сцена, догадалась Полина, увидев торчащий там шест.
В самом центре залы за одним из таких круглых столов сидели друзья. Посередине столешницы, поставленная на какую-то картонку, торчала большая свеча. Ребята держали в руках карты – видимо, игра была в самом разгаре.
Чуть левее Полина заметила краешек какого-то предмета, выступавшего из темноты. Больше всего это походило на огромный диван. Царь, проследив за её взглядом, хмыкнул с улыбкой.
– Всему своё время, милая. Пойдём-ка к нашим. Они уже заждались.
В этом помещении почему-то нет и следов пожара, но зато есть кое-что другое. Разум не может подобрать правильное название, но это неважно. Самое главное – тело дарит новые ощущения. К нарастающему наслаждению добавляется приятная пряная нотка. Ну почему, почему такие замечательные места попадаются так редко?! Какая несправедливость…
Надо вовсе не иметь мозгов, чтобы уйти отсюда, не обследовав всё до конца, до самой крохотной каморки.
Подойдя поближе, Полина заметила одну странность, которая поначалу не бросилась в глаза девушке, опьяневшей от лошадиной дозы коньяка и близости любимого. Друзей нельзя было назвать полностью одетыми. Света зачем-то расстегнула блузку, Юрец снял футболку, а рядом со стулом Димастого стояли его кроссовки.
– Мы же в казино, разве не так? – ответил Царь на её ещё не высказанный вопрос. – Скучно играть просто на интерес. Поэтому режемся на раздевание. Садись, начинаем новую партию.
Несмотря на шум в голове, Полина заколебалась. Конечно, она хотела Царя и готова была отдаться ему где угодно, пусть даже на этом сгоревшем корабле. Но выставлять себя на обозрение? Да и Сашенька… на него ведь тоже будут смотреть.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
