Читаем без скачивания Теряя маски - Николай Метельский

— Добрый день, — поздоровался я, поклонившись. — Сакурай Синдзи. Не против, если я присяду?

— Вот молодежь пошла, чуть что, сразу присяду, — проворчал старик, что был справа от меня. — Как будто у них ноги отвалятся постоять рядом со старшими.

— Кхм, кхм, — многозначительно покашлял Такаки.

— Что, Таки-тян, простуда замучила? — начал усмехаться тот, что был слева. — Ты глянь, Торенчи, кто-то, кажется, думает, что мы должны тянуться, словно какие-то новобранцы, лишь только нам предложили работу. — Забавное прозвище у старика — «окоп». Что же он такое сотворил, чтобы получить его? В окопах, что ль, сидеть любил?

— Похоже, что так, Кикку. — Ага, а его дружбан по кличке «пинок» выпроваживал его оттуда. — Похоже, молодые люди забыли, что мы и на с пенсии неплохо живем. Слава богам, что в этой стране не забывают про своих ветеранов.

Я потер переносицу.

— Не, ты видал, Такаки? О времена, о нравы. Раньше перед началом разговора хоть представлялись.

— Вы не совсем правы, Сакурай-сан. Старики во все времена были одинаковы, — философски заметил бывший прапорщик.

— Такие же наглые и хамоватые? — задумчиво произнес я в потолок. — Ну да, согласен. Тогда ладно.

— А мальчик-то с норовом, — заметил Торенчи.

— Его бы нам в учебку в свое время, — сказал Кикку, — быстро бы норов сбили.

— Я свою учебку уже прошел, господа ветераны. И ОЧЕНЬ сильно сомневаюсь, что вы бы смогли научить меня хоть чему-то.

После моих слов старики лишь оглядели меня усмехаясь. После чего Торенчи — Окоп — почти незаметно поменял положение, а Кикку — Пинок — откинулся на стул. Из такого положения, вроде бы расслабленного и не представляющего опасность, очень удобно вскакивать, одновременно подхватывая стул, на котором сидишь. Стул, конечно, не для меня, а для моего спутника, сомневаюсь, что они воспринимают меня всерьез. Впрочем, сейчас меня интересовало, для чего все это? Набивают цену? Или решили не принимать моего предложения? Судя по тому, что они все же пришли на встречу — именно что набивают цену. В любом случае, мальчиком для валяния по полу я быть не намерен. Особенно по полу какой-то забегаловки. Так что, в ответ на их действия, я сменил опорную ногу. При этом улыбнувшись.

— А мальчик действительно не так прост, Кикку, — перестав ухмыляться, произнес «правый» старик.

— Похоже… нам придется… выслушать его предложение, Торенчи.

— Предварительно предложив присесть, само собой, — дополнил своего приятеля этот самый Торенчи, поведя рукой в сторону свободного стула.

Со стариками я, в конце концов, договорился. Мне даже предложили свести знакомство с одним военным инженером, который может помочь с планировкой базы. Да и с материалами. Язык, как говорится, до Киева доведет, а знакомства — до Имперского звездного разрушителя. Главное, с Дартом Сидиусом при этом не встретиться. Ну, да ладно, шутки шутками, а заниматься еще и инженером у меня времени может и не хватить. Таро тоже загружен под завязку. И что делать, кому поручить? Упускать лишнее знакомство как-то не хочется. Такаки со стариками могут быть разве что посредниками, все-таки они больше служаки, а там, кроме переговоров, еще и с финансами дела иметь надо. У проверенных людей из Шидотэмору и без нас дел хватает. Эх, блин. Вот потому большие люди, кроме мастера на все руки, еще и порученца имеют. Как раз на такой случай. А у меня из достаточно надежных для такой должности людей, только Фантик. Но у него, кроме того что профиль другой, еще и розыск за душой висит. Может, у Кояма кого попросить? В смысле, с инженером разобраться. Да и вообще, с постройкой на моей частной собственности базы охранной службы. А что? Это идея. Главное, все правильно организовать, чтобы этот человечек чего лишнего не узнал. Критичного о моих делах он бы и не узнал ничего, но… ладно, об этом чуть позже. Сначала этого гипотетического помощника еще выпросить надо.

Забравшись в свою машину, расслабленно вытянулся на сидении, благо место и моя комплекция позволяли, и задумался, куда ехать дальше. Тир, словно заговоренный, опять отменялся. Туда наобум можно не ездить, никогда не знаешь, кто конкретно сегодня там будет. Хотя туплю, как мне еще-то узнать, кто и когда будет? Еще можно съездить в оружейный, но это не горит. Я еще с неделю могу об этом не задумываться. Да и потом, в клубе на первое время запасов хватит. Человек на двадцать. М-дя. Лучше, наверное, съездить. Забавно, впереди целый день, а я уже не знаю, что делать и куда податься. И ведь секретаря не заведешь — все тот же кадровый голод. И пока я окончательно не выйду «на свет», с этим у меня будет туго. Да и потом тоже не очень. Наверное, стоит, для начала, отметиться дома, заодно, если вернулся кто-то из старших Кояма, и о помощнике поговорю. Да и о домике с гаражом перетереть можно.

— Домой, Вась. Надо хоть перед охранкой тамошней засветиться. А то Кагами-сан волноваться будет.

Глава 4

— Добрый день, герр Шмитт, — обратился я к старику за прилавком. — Рад вас снова видеть.

Джернот Шмитт был владельцем маленького с виду оружейного магазинчика на северо-востоке Токио. Этот магазин, кроме владельца немца, отличался от других небольшим тиром в подвале и, конечно, просто потрясающим выбором представленного оружия. Здесь было если и не все, то очень многое. Род старика Шмитта уже не первый век занимался продажей оружия и, даже не будучи аристократами, их семейство было достаточно известно и уважаемо. В определенных кругах. Данный представитель этой семьи, в противоположность своему двоюродному племяннику, занимался продажей в розницу, специализируясь на различных редкостях и новинках. В Японию он попал еще во вторую мировую, отправленный своим отцом в союзную страну, дабы расширить рынки сбыта. Но, в отличие от своих родственников в других странах, домой так и не вернулся. Это, конечно, не значит, что он вообще дома с тех пор не был, но основное место проживания у него именно здесь.

— А-а-а, юный Сакурай. Давно не виделись, молодой человек. Уже… четыре месяца как. Да-а-а, четыре месяца я не слышал родную речь, — с улыбкой встретил меня старик. По необъяснимым причинам старик чуть ли не с первой нашей встречи относился ко мне тепло, почти как к внуку.

— Вы уж извините меня, герр Шмитт, — состроил я извиняющуюся мину, — дела, можно сказать, погребли меня под своим весом. Вот, — протянул я ему небольшой пакет, — в качестве извинений. Самый настоящий «Дэнто но аджи», прямиком с плантаций клана Акэти. Мне-то, как вы знаете, что чай, что кофе… так что достал специально для вас. — Старик был настоящим фанатом чая, так что этот стограммовый пакетик, который достать довольно трудно, а для не аристо — чрезвычайно трудно, он оценил по достоинству.

— Потрясающе, — произнес он, осторожно забирая у меня пакет. — Поражаюсь вашим связям, молодой человек.

— Да повезло просто. У меня соседи, как выяснилось, те еще ушлые типы.

— И они, вот так просто, дали вам такую редкость? — спросил он, задумчиво оглядываясь, куда бы положить чай. И, видимо, решив, что держать такую драгоценность в помещении для посетителей не стоит, рявкнул. — Момодзи!

— Кояма, — пожал я плечами. — У них этого чая… даже не знаю… я двухлитровую банку видел.

— Кояма? — замер он на мгновение. — Кхе. У этих, да. Вполне возможно.

Бросив вышедшему, наконец, пареньку, чтобы тот постоял за прилавком, направился внутрь помещений, пригласив меня с собой. Пакет чая он так из рук и не выпустил.

Пока он ходил на кухню заваривать чай, я сидел в его… ближе всего к этой комнате подходит определение «кабинет», хотя пара диванов, столиков и части разобранного оружия, раскиданные по комнате, намекают и на другие обозначения. Взяв с его стола каталог оружия и усевшись на один из диванов, я обеспечил себя занятием на время ожидания старика. Каталог, кстати, был не простой, а выпускаемый очень маленькими тиражами специально для торговцев оружием. Под патронажем семьи Шмитт, между прочим, и в основном, как ни крути, для себя. У меня самого в клубе была парочка изданий, честно выклянченная у старого немца. В каталоге, кроме ТТХ самого оружия и графиков цен относительно разных стран, было много интересной, хотя и видимой далеко не сразу, информации. Например, при какой температуре РЕАЛЬНО начинаются осечки в том или ином продукте. Или некритичная степень загрязнения, или сравнение баллистики пуль и отдачи. Эргономика, различные тесты, даже мини история создания и жизни того или иного продукта. Короче, офигенная вещь. Для понимающих людей, конечно.

Вернувшийся с подносом немец, покосившись на меня, поставил его на стол, стоящий посредине комнаты, отодвинув при этом части наполовину разобранного болгарского ПП «Шипка», убогого, если честно, пистолета-пулемета.