Вот как, милая девушка, нужно торговать цветами. Как думаете, сможет мне ваш магазин не к семи часам, а хотя бы к Новому году приготовить корзину самых редких орхидей?
– Разыгрываете вы меня, гражданин, по глазам вижу. А если хотите цветы по своему выбору – ступайте на рынок.
Так я понял, что москвичи сидят на своеобразном цветочном пайке, когда человек покупает не то, что ему хотелось бы купить, но то, что предлагает магазин и что человек покупать вынужден. И только рынок, опять же, сглаживает немного атмосферу и обстановку пайка.
Впрочем, когда слишком много цветов, это тоже… в некотором роде другая крайность.
Во время большого какого-то праздника в одной республике нас, приехавших на этот праздник московских гостей, завалили цветами. Не успеем выйти из самолета – навстречу бегут школьники с букетами в руках; не успеем прийти на фабрику – навстречу бегут девочки с букетами в руках; не успеем приехать в совхоз – цветы; собираемся уезжать из совхоза или с фабрики – опять цветы. У нас не хватало рук, чтобы держать тяжелые букеты. В гостиницах, в автомобилях, в салонах самолетов не хватало места, чтобы положить цветы. Это были осенние жирные георгины и астры, связанные в округлые снопы. Их были пуды, их были тонны. Оказывается, если цветов тонны, то они начинают производить впечатление силоса.
Иногда я вижу, как артисту или артистке на сцену чинно выносят корзину с цветами (какие оказались на базе). Таких корзин набирается несколько штук, и появляется подозрение: уж не сам ли артист их заказал? Очень они одинаковы. Впрочем, что я? База-то у всех магазинов одна!
В то же время иногда летит на сцену один цветок. Или маленький букетик фиалок. Если бы я был на сцене вместо артиста, для меня такой цветок и такой букетик, упавший на серые пыльные доски, был бы дороже чопорных корзин, перевязанных шелковыми красными и белыми лентами.
Извлечения
И. Бунин. О цветах и травах в стихах разных лет
…Есть на полях моей родины скромныеСестры и братья заморских цветов:Их возрастила весна благовоннаяВ зелени майских лесов и лугов.Видят они не теплицы зеркальные,А небосклона простор голубой.Видят они не огни: а таинственныйВечных созвездий узор золотой.Веет от них красотою стыдливою,Сердцу и взору родные они…
1887 г. (то есть очень раннее)
* * *Понял я, что юной жизни тайнаВ мир пришла под кровом темноты,Что весна вернулась – и незримоВырастают первые цветы.
1889-1897 гг.
* * *Все темней и кудрявей березовый лес зеленеет,Колокольчики, ландыши в чаще зеленой цветут,На рассвете в долинах теплом и черемухой веет,Соловьи до рассвета поют.Скоро троицын день, скоро песни, венки и покосы…Все цветет и поет, молодые надежды тая…О, весенние зори и теплые майские росы,О, далекая юность моя!
1900 г.
* * *А на селе с утра идет обедня в храме:Зеленою травой усыпан весь амвон,Алтарь сияющий и убранный цветамиЯнтарным бликом свеч и солнца озарен.
1900 г.* * *
Крупный дождь в лесу зеленомПрошумел по стройным кленамИ лесным цветам…После бури молодеяВ блеске новой красоты,Ароматней и пышнееРаспускаются цветы.
1888 г.
* * *Темной ночью белых лилийСон неясный тих.Ветерок ночной прохладойОбвевает их.Ночь их чашечки закрыла,Ночь хранит цветыВ одеянии невинномЧистой красоты.
1893 г.
* * *Пахнет медом, зацветаетБелая гречиха…Звон к вечерне из деревниДолетает тихо…
1892 г.
* * *Из зреющих хлебов, как теплое дыханье,Порою ветерок касается чела.Но спят уже хлеба. Царит кругом молчанье.Молчат перепела.
1897 г.
* * *Веет утро прохладой степною.Тишина, тишина на полях!Заросла повиликой-травоюПолевая дорога в хлебах.В мураве колеи утопают,А за ними с обеих сторонВ сизых ржах васильки зацветают,Бирюзовый виднеется лен.Серебрится ячмень золотистый,Зеленеют привольно овсы,И в колосьях брильянты росыВетерок зажигают душистый.И вливает отраду он в грудь,И свевает с души он тревоги…Весел мирный проселочный путь,Хороши вы, степные дороги!
КАНУН КУПАЛЫНе туман белеет в темной роще —Ходит в темной роще Богоматерь.По зеленым взгорьям, по долинамСобирает к ночи Божьи травы.Только вечер им остался сроку,Да и то уж солнце па исходе:Застят ели черной хвоей запад,Золотой иконостас заката.Уж в долинах сыро – пали тени,Уж луга синеют – пали росы,Пахнет под водою медуница,Золотой венец по рощам светит.Как туман бела ее одежда,Голубые очи – словно звезды,Соберет Она цветы и травыИ несет их к божьему престолу.Скоро ночь – им только ночь осталась,А наутро срежут их косами,А не срежут – солнце сгубит зноем,Так и скажет Сыну Богоматерь:«Погляди, возлюбленное Чадо,Как земля цвела и красовалась!Да недолог век земным утехам:В мире Смерть – она и жизнью правит».Но Христос ей молвит: «Мать! Не солнцеТолько землю тьма ночная кроет.Смерть не семя губит, а срезаетЛишь цветы от семени земного.И земное семя не иссякнет.Скосит Смерть – Любовь опять посеет,Радуйся, Любимая! Ты будешьУтешенье до скончанья века!»
* * *Зато все ярче и нежнееЖивая неба бирюза:И смотрят, весело синея,В кустах подснежников глаза…
* * *…Полями пахнет – свежих трав,Лугов прохладное дыханье!От сенокосов и дубравЯ в нем ловлю благоуханье…
* * *…Поздним летом в степи на казацких могилах«Сон-цветок» в полусне одиноко цветет.Он живой, но сухой. Он угаснуть не в силах,Но весна для него не придет…
* * *…Воз тонет в зелени, как челн в равнине вод,Меж заводей цветов, в волнах травы плывет,Минуя острова багряного бурьяна…
* * *…Растет, растет могильная трава,Зеленая, веселая, живая,Омыла плиты влага дождевая,И мох покрыл ненужные слова…
* * *…Брат в запыленных сапогахШвырнул ко мне на подоконникЦветок, растущий в парах,Цветок засухи – желтый донник.Я встал от книг и в степь пошел.Ну да, все поле – золотое,И отовсюду точки пчелПлывут в сухом вечернем зное…
* * *И цветы, и шмели, и трава, и колосья,И лазурь, и полуденный зной…Срок настанет – господь сына блудного спросит:«Был ли счастлив ты в жизни земной?»И забуду я все – вспомню только вот этиПолевые пути меж колосьев и трав —И от сладостных слез не успею ответить,К милосердным коленям припав…
* * *
Муза, крапиву воспой… На мой взгляд,крапива – одно из самых любопытных растений. Во-первых, зачем ей жалиться? А между тем природа ничего напрасно не делает. На что уж бесполезной у нас считается слепая кишка. Атавизм, пережиток, излишество. Начали в Америке удалять ее в младенческом возрасте, чтобы потом взрослому человеку не нужно было хлопотать и заботиться. И что же? Развитие ребятишек без слепой кишки пошло ненормальным путем. Заметили нежелательные отклонения. Пришлось отказаться от самонадеянного вмешательства в дела природы: молодые американцы растут все с аппендиксами.
Пчелиное жало объяснено, змеиный яд понятен, ядовитые колючки некоторых рыб не вызывают никаких кривотолков. Но зачем жжется крапива? Защищая себя? От кого? Почему другие соседние травы обходятся без такой защиты и процветают? Да и какой вред крапиве, если ее съест какое-нибудь травоядное существо? Чтобы ее извести, нужны не благодушная корова, не лось, не коза, а железо, огонь, терпенье и многие годы.
Шипы на розовом кусте, но ведь там цветок, и какой! Каждый, кто увидит, потянется сорвать и понюхать. Но и шипы на розе появились, надо полагать, задолго до человека. И оказались они, между прочим, с точки зрения защиты от человека, праздными. Человек все равно выращивает и срезает розы и вывел 7000 (семь тысяч) сортов. Нет, непонятная, непонятная трава крапива. Кстати, насчет невзрачности ее я не согласен. Один раз сидели на лавочке и разговорились.
– Ну, знаешь! Это надо уж до чего дойти, чтобы утверждать, будто крапива красавица! Тогда не надо было бы выращивать георгины, нарциссы, маки… Крапива сама везде растет, только любуйся.
Я отошел за угол дома, сорвал три высоких свежих стебля крапивы, унес их в дом, поставил в высокую узкую вазу, установил около золотистой тесовой стены. Свет падал удачно, сбоку: не плоское, а объемное освещение. Пригласил друзей-спорщиков.
