Дуб готовился ждать годы, пока его потомок окрепнет настолько, что сумеет понять, кто он и где находится… тем больше было удивление, когда такое знакомое ощущение связи с другим деревом пришло из-за пределов Кронии. Дуб чувствовал, как из другого мира к нему тянутся корни его собрата… который просто не мог быть никем иным, как его желудем. Выросшим быстрее, чем это возможно.
А вот это встревожило Огромный Дуб не на шутку. Он прекрасно знал, что рост деревца можно ускорить темной магией, но вспомнил и о том, какими проблемами обернулось применение злой магии в прошлый раз, когда собрат-Дуб в другом мире поддержал Цестинду в ее намерениях разрушить спокойную жизнь Кронии. Определенно, волшебство, которое сначала отняло драгоценный желудь Огромного Дуба, а потом помогло ему вырасти быстрее обычного, еще и на Земле, было недобрым.
Дуб боялся, что стоит его потомку добраться корнями до его корней – младшее дерево вмиг высосет всю магическую силу, чтобы окрепнуть и подрасти еще быстрее. Ведь темная магия не учит умеренности. И если такое случится, то волшебству Огромного Дуба придет конец, а значит и магии, что питает Кронию, тоже. Начнут угасать волшебные огоньки, деревья не будут такими пышными, а погода – такой приятной. Ведьмы утратят свои силы, пегасы перестанут летать, да и феи не смогут легко порхать по облачкам. Крония просто исчезнет, развеется, как туман, без своей магии.
Пусть Огромный Дуб и не любил вмешивать в свои дела прочих волшебных существ, но сейчас у него не было выбора. Опасность грозила не только ему, но всему их миру. Потому он послал птиц-стражей с сообщениями для Эргена и Тананны, чтобы правители Кронии собрали Совет-На-Заре и сообща нашли решение, пока молоденький Дубок не вырос достаточно и не сгубил их всех. Огромный Дуб не сомневался, что его потомок, науськиваемый темным магом, именно это и сделает.
«Эх, – думал Дуб, – не стоило выращивать желудь так рано, нет бы подождать пару тысяч лет, пока готов не буду». Стоило птицам, в которых воплотились души доблестных защитников Кронии, обратиться к Эргену и Тананне, как те без лишних проволочек созвали Совет-На-Заре…
Это был не первый раз, когда жители волшебной страны Кронии, лунные и солнечные, собирались вместе, чтобы решить важные для всех вопросы. Этот Совет действительно собирали на заре: тогда, когда дневные существа только-только просыпаются, а ночные – готовятся отходить ко сну. Пусть это время не было ни для одних, ни для других слишком удачным, но так они, по крайней мере, могли обсудить проблемы сообща. Обычно мелкие общие вопросы правители решали между собой, но теперь опасность была значительно больше, и они не имели права принимать решения, не обсудив их со своими поданными.
На Совет-На-Заре явились пусть не все жители Кронии, но многие, и, конечно, пришли представители самых старших и уважаемых семейств: здесь были кентавры и орки, гоблины и эльфы, гномы и кикиморы, гремлины и ведьмы – все-все народы, что существовали в их мире. Бабочки с девчачьими лицами нервно взмахивали крыльями, грифоны переминались с лапы на лапу и недовольно порыкивали, а драконы выдыхали тонкие струйки дыма… Эрген и Тананна восседали на изукрашенных креслах, возвышающихся над собравшимися.
– Жители Кронии, – начал Эрген, и его голос заставил умолкнуть ропот толпы, – мы собрались здесь по множеству не очень радостных причин.
– Братья и сестры, – продолжила Тананна за своим правящим коллегой, – сегодня нам с вами предстоит решить, как мы встретим очередную напасть, что готова разрушить мирную жизнь нашей родины.
После этого им пришлось еще немного подождать, пока уляжется волнение.
– Совет-На-Заре давно нужно было провести, – снова взял слово Эрген, – как многие из вас слышали, один за другим пропадают жители Кронии. Никто не придает этому значения, но сейчас выяснилось, что исчезли слишком многие…
Из толпы раздался чей-то голос:
– Так пропадают же лентяи!
Его поддержали другие, но они замолкли, стоило Тананне сурово свести брови, а Эргену хлопнуть по подлокотнику кресла.
– Лентяи или нет, но они – жители Кронии, – сказал он. – Наши сородичи. Мы не можем игнорировать то, что их с нами больше нет.
В толпе снова раздались шепотки, но никто больше не спорил: все согласились с тем, что, какими бы надоедливыми и бесполезными не были пропавшие, они оставались чьими-то родными и близкими.
– Нужно организовать поиск, – предложил старший из кентавров, его седые волосы и борода достигали самой земли, а в лошадином хвосте поблескивали белые прядки.
– Мы поможем, – поддержал его стоящий рядом эльф.
Тут же нашлись другие добровольцы, как дневные, так и ночные. Все готовы были отправиться на поиски пропавших прямо сейчас, но Эрген прервал их, подняв руку.
– Может оказаться, что вы не найдете их в Кронии, – заявил он.
Все, кто был на поляне, враз затихли и замерли, ожидая, что же их правители скажут дальше. А заговорила молчавшая до того Тананна.
– Мы подозреваем, что их нет в нашем мире, – сказала она и грустно покачала головой, – думаю, все здесь помнят недавнюю грозу. Ее создали силы злой магии… злой магии, что осталась от моей предшественницы…
На самом деле, об этом слышали многие из собравших на сегодняшний Совет-На-Заре, кое-кто даже помогал в поисках крепости Цестинды. Но сейчас никто не перебивал Лунную Правительницу. А Тананна снова покачала головой и продолжила:
– Магический арсенал Цестинды, ее волшебное убежище, осталось целым. Мы перестали его ощущать… – при этих словах другие ведьмы закивали, – и потому решили, что угроза исчезла сама собой. Но это была ошибка, арсенал Цестинды не уничтожен. Более того, есть основания полагать, что у него появился новый владелец… или владелица…
Какой же шум поднялся после этих слов! Война ушла из Кронии совсем недавно, особенно по меркам жителей волшебной страны, для которых тысяча лет – это как раз достаточный возраст, чтобы жениться. Теперь же, когда они узнали о том, что кто-то завладел оружием Цестинды, и лунные, и солнечные были до смерти напуганы. Никто не хотел, чтобы дни мира в Кронии закончились, толком не успев начаться.
– Успокойтесь! – в один голос крикнули Эрген и Тананна.
Этот призыв, усиленный магией, пронесся над поляной и отдался эхом в ушах каждого из собравшихся. Волшебные создания снова утихли на миг или два, а потом посыпались вопросы.
– Что нам делать? – спрашивали феи.
– Как мы будем сражаться? – интересовались орки.
– Нам опять придется ковать оружие? – беспокоились гномы.
Драконы едва сдерживали рвущееся из глоток пламя, а гремлины испуганно прикрывали головы ладошками. Высокий и прекрасный птичий крик, больше похожий на песню, заставил всех замолкнуть и посмотреть в уже начавшее светлеть небо. Оттуда к ним спланировала одна из птиц-стражей Огромного Дуба. Она опустилась на спинку кресла Эргена и развернула крылья.
– Есть и более страшная беда, – сказала птица глубоким и полным мудрости голосом. – С Огромного Дуба был похищен волшебный желудь… похищен и перенесен на Землю, в мир людей, где раньше укрывалась Цестинда.
Жители Кронии опять принялись обеспокоено переговариваться, но замолчали, стоило только заговорить Солнечному Правителю.
– Да, – подтвердил Эрген, глядя на стража, – это еще один вопрос, к которому мы не успели подобраться. И он тоже важен.
– Благодаря черной магии, Молодой Дубок растет очень быстро и скоро его корни коснутся корней Огромного Дуба, – продолжила говорить птица. – Кто знает, что случится после этого? Возможно, соперник отберет волшебство у нашего мира.
После этих слов наступила настолько оглушительная тишина, что стало слышно далекий птичий щебет – утро вступало в свои права все больше и больше.
– Очевидно, что наши проблемы связаны, – спокойно сказала Тананна, – новый хозяин волшебной крепости Цестинды похитил желудь Огромного Дуба, бежал в мир людей и теперь растит Молодой Дубок там. У него есть магия… он же похищает для своих злых козней жителей Кронии и завлекает их на Землю.
Юная гремлинша, которая стояла в окружении своих родственников, неуверенно вышла вперед и спросила:
– Но… зачем они ему? Я переживаю… понимаете, мой братик Коми тоже пропал. Что, если он попал в руки этому злобному колдуну? Или новой ведьме? Что с ним будет?
Эрген вздохнул и поскреб в бороде, а Тананна очень мягко и ласково улыбнулась гремлинше.
– Не переживай, милая, – сказала она, а потом возвысила голос, обращаясь к собравшимся: – Не волнуйтесь, братья и сестры! Кого бы вы не потеряли, скорее всего, они живы. В мире людей нет волшебства, а для питания крепости Цестинды оно необходимо, как и для всех заклинаний, что накладывает неведомый колдун. Это значит, что они пользуются эмоциями похищенных жителей Кронии.
– Мы вернем тех, кто исчез, всех до единого, – добавил Эрген.
