Йен взглянул на Талию. Он заметил, что та внимательно смотрит на него, но тут же нахмурился, когда Талия быстро отвела взгляд.
– Милая, этот маленький мальчик – счастливчик, – сказал он. – Из двух родившихся близнецов остался в живых только он. Его сестренке на следующий день после рождения вдребезги разбили голову о дерево.
Талия вздрогнула и схватилась рукой за горло. Она с ужасом посмотрела на Йена:
– Как ты можешь быть предан таким людям? – испуганно спросила она. – Ведь они просто нецивилизованные дикари и больше никто! Как они могут убивать собственных детей? Как?
– Милая, я не вправе осуждать этих людей из-за законов их племени, которые передаются из поколения в поколение, – спокойно ответил Йен. – Девочку убили в соответствии с простым законом племени, гласящим, что последнего из родившихся близнецов, либо девочку, родившуюся в паре с мальчиком, один из родителей должен убить.
– Как отвратительно! – сказала Талия, вздрагивая. – Как бесчеловечно!
– Да, на первый взгляд так и кажется, – сказал Йен, роняя взгляд на обручальное кольцо. – Но я уверен, спроси любого из этих темнокожих туземцев о наших традициях и обычаях, – они скажут то же самое.
– Ничто не сравнимо с убийством ребенка из-за каких-то нелепых древних обычаев! – сказала Талия, встряхивая волосами, спадающими ей на плечи. – Ничто!
– Хотя ты непреклонна в своем мнении по поводу законов их племени, все же они очень добрые люди, – сказал Йен, протягивая руку за поленом и бросая его в огонь. – Они с особой заботой относятся к оставшимся в живых детям… Они – верные и преданные супруги. Для них совершенно естественно прожить всю жизнь вместе, одной семьей и до конца своих дней хранить верность друг другу. И когда один из супругов умирает, очень скоро за ним уходит и другой, тая на глазах от простого нежелания жить.
Йен потянулся, чтобы взять Талию за руку, но она резко отдернула ее.
– Ты можешь сказать, что испытываешь к Полу такую же большую любовь? – низким голосом спросил он. – Если он умрет, почувствуешь ли ты, что скоро последуешь за ним из-за того, что не сможешь жить, потеряв мужа?
Талия и Йен встретились взглядами и пристально посмотрели друг на друга. Ей так хотелось поведать ему всю правду, сказать, что она ни с кем, кроме него, не чувствует себя в безопасности! Талия тяжело вздохнула. Ей хотелось умолять его, чтобы он сделал ее жизнь спокойной и счастливой.
Но девушка не могла. Она до сих пор слышала угрозы Пола, что он прикажет послать в Англию людей и убить Вайду.
Йен был достаточно внимательным к чувствам и переживаниям других людей, чтобы заметить, как борется Талия с чем-то в глубине своего сердца и души.
– Талия, ты не ответила на мой вопрос, – сказал он, испытывая желание обнять ее и успокоить. – Ты не отвечаешь мне, потому что боишься? Ты же знаешь, что никогда не сможешь полюбить такого человека, как Пол Хэтуэй. Признайся мне, что ты сделала ошибку, так быстро выйдя за него замуж. Скажи мне, что ты не любишь его, что никогда не сможешь полюбить его!
Талия не могла дольше выносить его настойчивых вопросов по поводу ее брака с Полом. Всхлипывая, она вскочила с циновки и бросилась к двери. Но оказалась недостаточно проворной. Йен остановил ее, поймав за локоть.
Задыхаясь, она обернулась и взглянула на него, оказавшись в его удивительно сильных руках, когда он прижал ее к себе. По его виду было ясно, что Йен готов поцеловать Талию сию же секунду, но девушка не могла позволить этого. Если он поцелует ее, она забудет о здравом смысле и о причине своего страха, и тут же признается ему во всем.
– Пожалуйста, – пробормотала она. – Отпусти меня!
Нежным движением Йен отбросил с ее лица волосы:
– Мне так хочется поцеловать тебя, – хрипло сказал он. – Ты так прекрасна!
Сердце Талии отчаянно колотилось, чувства боролись с разумом, она положила руку Йену на грудь и осторожно отталкивала его от себя.
– Я замужняя женщина, – сказала она, пряча за словами свои чувства к Йену. – Или у тебя вошло в привычку целовать женщин, когда их душой и телом уже владеет другой мужчина?
Слова Талии, будто острый нож, пронзили сердце Йена, и он отшатнулся от нее.
– Я постараюсь забыть это, – хриплым голосом сказал он.
– А теперь, пожалуйста, верни меня на мое ранчо, – попросила Талия, пытаясь сдержать слезы. – Муж встревожится из-за моего отсутствия.
– Мы не можем просто так уехать, – сказал Йен. Он взял ее за локоть и заставил сесть к огню. – Хотя мне известно, что ты вышла замуж за Пола Хэтуэя, но я привез тебя сюда, чтобы поделиться с тобой некоторыми подозрениями. И отказываюсь отвезти обратно к нему, пока не открою тебе все, до последней капли!
Йен посмотрел на дверь, услышав голос Беркута, который начал неожиданно громко разговаривать со своими людьми на родном языке.
– К тому же Беркуту надо поговорить со своими соплеменниками, – сказал Йен, присаживаясь рядом с Талией. – Мы должны дать ему время, а потом и я должен поговорить с ними. Они сейчас очень взволнованы и, кажется, только мы с Беркутом способны успокоить их.
– Ты? – удивленно спросила Талия.
– Да, – ответил Йен, поднимаясь на ноги. Он оперся рукой о дверь и выглянул наружу. Голос его друга во время разговора становился все громче и напряженнее, с каждой секундой наполняясь яростью из-за всего, что происходит с его людьми и страхом из-за того, что может произойти. – Я для них, как связующее звено между будущим и настоящим, потому что я всегда рядом с ними, я их защитник. – Он развернулся и посмотрел на Талию. – Боже, что будет, если из-за меня они обманутся в своих ожиданиях?!
– Насколько я понял, твои надежды не оправдались, – сказал Йен, опять усаживаясь рядом с Талией. Он пристально посмотрел на нее, потом поднял руку, касаясь ее щеки, и сердце больно сжалось, когда он ощутил, как вздрогнула девушка от его прикосновения. – Милая, поговори я о тебе раньше с Дейзи, ты бы предпочла меня Полу Хэтуэю?
Сердце Талии остановилось, в горле пересохло, пульс участился. Разве не настало самое подходящее время сказать ему правду? Разве не показал он, как искренне относится к ней? Сможет ли он все исправить?
Талия вспыхнула, почувствовав на себе пристальный взгляд Йена. У нее перехватило дух, когда рука Йена последовала за взглядом и остановилась на груди, ощущая в своей ладони ее тяжесть. Она прикусила нижнюю губу и закрыла глаза. Ей с трудом удавалось бороться с удивительным ощущением страсти, охватившем ее от простого прикосновения Йена!
Но что ей делать? Он хочет ее, а она не свободна! Ей приходится делать вид, что она принадлежит другому мужчине – расчетливому злому человеку!
