тебе, Морозов!
Только после того, как мама отбирала девушек, анкеты шли уже ко мне, где количество невест урезалось до десяти. Кстати, именно моя родительница предложила Оле снять этот загородный клуб, помня о моей нелюбви к шуму и суете, она же настоятельно рекомендовала познакомить ее с девочками, чтобы дать им несколько советов, как покорить такого холодного человека, как ее сын.
– Она еще и интервью активно раздает, – покачал головой, прикрывая глаза. Кстати рядом с ней почти всегда сидел мой старший брат. О нем мама тоже говорила, рассказывая, какой замечательный Слава. Не в пример мне добр, отзывчив и внимателен. Увы, не так богат, но это дело поправимое. Как уж поправлять они его будут, даже уточнять не хочется.
Отложив в сторону планшет, я потянулся к бару, но резко остановился, когда услышал непонятный грохот на втором этаже.
– Совсем не смешно, – пробормотал, поднимаясь на ноги, – не дом, а проходной двор!
Тихо поднявшись по лестнице, я заглянул в свою комнату, благо дверь до этого не открывал. Картина перед глазами меня поразила до глубины души. Голые мужики ко мне в кровать еще не залезали. А этот не только залез, но и активно пытается слиться с общей обстановкой, накрывая себя покрывалом и подушками.
Включив свет, я никак не ожидал, что раздастся вопль.
– С ума сошел! – зашипел я, – весь дом разбудишь!
Но в данном случае я волновался только о Веронике, которую этот неандерталец мог напугать.
– Рот закрой! – но куда там, верещал мужик хуже бабы, поэтому пришлось ему заехать кулаком в скулу.
Желаемого эффекта я не достиг. Нет, ор прекратился, но только потому, что кто-то упал в глубокий обморок.
– Лишь бы не убил, – накрыл глаза рукой, даже не представляя, как буду уничтожать Ольгу.
Именно в этот не радостный момент пришли мои архаровцы, которые точно так же, как и я смотрели на “римского полководца”, закутанного в простыню.
Никита почесал заросшую щетиной щеку и цокнул. Илья поджал губы и размял шею.
– Что будем делать? – задал вполне закономерный вопрос.
– Закопаем, – вздохнул Никита, – можно прямо в этом же лесу.
– Или в соседнем.
– Не надо никого закапывать! – в комнату ворвалась Вероника, с волнением посмотрела на меня, потом на парней, которые продолжали гипнотизировать тело мужчины.
– О! – воскликнула Ника, – знакомые пятки!
– Что значит, знакомые? – вспылил я.
– Я их видела в постели у Ольги, когда заходила в ее домик с разборками, – стала оправдываться девушка, – вот эта татушка на щиколотке в виде птицы сразу привлекла мое внимание. Подожди, а ты что подумал?
Девушка недовольно сложила руки на груди и требовательно уставилась на меня.
– Если этот здесь, – не стал обращать внимание на данную позу, а то взгляд немного съезжал вниз и мешал думать, – то кто тогда с Олей?
– Надо узнать! – кивнула Ника, – и этого прихватим!
Парни скривились, но горе-любовника подхватили, чудом не потеряв набедренную повязку.
– Вы это, – предупредил их, – несите аккуратно! Чтоб он своими частями тела мне тут не сверкал.
– Так неудобно! – пожаловался Никита, – если нести иначе, можно головой его обо что-нибудь задеть.
– Лишним не будет, – пожал плечами и стал спускаться вслед за Вероникой, которая успела не только в свою комнату зайти, но и халат на плечи накинуть.
– В путь! – усмехнулась девушка, злорадно потирая ладони, – возмездие возмезднулось!
Мне хотелось расхохотаться, несмотря на нелепость и абсурдность ситуации. После фразы Солнцевой, сразу вспоминался номер из КВН. Но я себя сдержал.
Мы толпой двинулись в сторону домика, где проживала Ольга. Рядом с деревянным срубом стоял внушительных размеров внедорожник. Ника сразу же как-то притихла и тяжело вздохнула.
– Это машина Разумовского Максима Евгеньевича, – тихо сказала она и даже чуть попятилась назад, словно сомневалась в том, что стоит заходить.
– Просто чудесно! – радостно воскликнул и постучал в дверь, – есть кто дома?
Дверь нам моментально открыл грузный и очень недовольный мужчина, но его лицо моментально разгладилось, стоило узнать меня в лицо.
– Роман Юрьевич, ты ли это?!
– Это я, Максим Евгеньевич, это я! – мы с мужчиной обменялись рукопожатиями, пока за его спиной бледнела Оля, а стоящая рядом со мной Ника открыла от удивления рот.
– А что так поздно? – мужчина посмотрел мне за спину и увидел…
– Мы с подарком! – радостно сообщил, отступая в сторону, позволяя Никите внести тело, – немного помял его, потому что никак не ожидал увидеть в своей комнате. Но, думаю, он даже цел, если парни ни обо что его не ударили.
К сожалению, пока не ценный груз складывали на пол, то кто-то успел наступить на покрывало, которое открыло все, что открывать было нельзя. Лично я Веронике глаза ладонью закрыл сразу, Максим нахмурился, а Оля пискнула.
– И поговорить надо… – добавил суше, чем хотелось бы.
– Уже понял, – мужчина перевел строгий взгляд на Ольгу, – натворила ты дел, натворила…
Девушка поджала губы, но слезы стоически держала. Парни же между тем прикрыли стратегические места любовника Ольги, а я убрал ладонь от лица Вероники.
– Давай так, – тяжело вздохнул Максим, – я сейчас тут пару вопросов решу и к тебе зайду. Выпить есть что?
– Найдем, – кивнул, соглашаясь с таким раскладом дел.
Обратно шли не так бодро, потому что было о чем подумать. Как ни странно, криков за спиной не раздавалось, а все потому, что суровый Максим Евгеньевич, хозяин канала, на котором будет идти шоу с моим участием, обладал стальной выдержкой, но убийственным взглядом. Он говорил тихо, размеренно, а уже хотелось пристрелиться.
Мы с ним познакомились на одном из вечеров, и сразу же нашли общие темы для разговора, уйдя в кабинет, где не было шума, гама и разодетых тел. После непродолжительной беседы остались, друг другом, довольны.
И вот наши пути снова пересеклись.
В домике моментально достал и поставил на стол всю выпивку. Вероника суетилась на мини-кухне, делая нам закуску.
– Ты завтра встанешь? – уточнила она, поглядывая на дверь.
– А куда я денусь, – усмехнулся, – если только проект не закроют.
Максим пришел быстро. Оценил наше гостеприимство, уселся на кресло и на мгновение прикрыл глаза.
– Мне попался договор, который составили для тебя, – выдохнул он, – нахожусь в глубочайшей депрессии от непрофессионализма некоторых.
– Я выбил себе много плюшек!
– Правильно сделал! Чего мне сразу не позвонил?
– Стало в какой-то момент даже забавно…
– Чувство собственного достоинства взыграло? – уточнил он, а потом махнул рукой, – и не только! Знаю, знаю, решил проучить!
– Именно, – нисколько не скрывался я. Да и зачем, Максим точно такой же, как и я – сама прямолинейность.
– Полностью одобряю твою позицию и даю все
