Читаем без скачивания Симбиот - Вячеслав Федоров

Днем 8 апреля 1940 года я наконец-то подписал многострадальную бумаженцию и под благовидным предлогом смылся с работы отсыпаться, я так понял большинство сотрудников сделали то же самое. Со стороны танкистов для Комиссии все было готово. Вот только НКО с этим делом что-то не сильно спешил.

А уже поздно вечером несколько негласно снятых копий Стратегии лежали на столе товарища Сталина. Хлопцы Лаврентия Павловича свой хлеб ели не зря.

***

Иосиф Виссарионович уже около часа внимательно вчитывался в творение специалистов Автобронетанкового управления. Ему было действительно интересно. Несмотря на стереотип всезнания и непогрешимости, созданный вокруг его личности пропагандистами, Вождь знал далеко не все. Но в отличие от многих своих коллег по цеху, Сталин обладал одним немаловажным качеством - когда этого требовали обстоятельства, он умел слушать других. Жизнь заставила. Лучше потратить лишний час на изучение заведомой глупости, чем принять неверное решение. Такой подход не раз и не два сохранял его драгоценное здоровье для страны победившего пролетариата.

На этот раз прочитанным документом он был сильно удивлен. Нет, никаких откровений или неизвестных обстоятельств Стратегия в себе не несла. Единственное что сделали танкисты, так просто взяли имеющиеся факты и сведения, систематизировали их, последовательно изложили и на основании этого сделали выводы. Но эти выводы коренным образом изменяли картину существовавшей действительности. И меняли далеко не в лучшую сторону. Весь смысл документа сводился к одному - на сегодняшний день танковых войск у Советского Союза нет. Огромные ресурсы и бесценное время были потрачены фактически в пустую.

После Финской войны Вождь знал, что все плохо. Но тот факт, что начальник Автобронетанкового управления лично создает документ, который свидетельствует о полной небоеспособности имеющихся бронетанковых частей, тем самым фактически подписывая себе смертный приговор, говорил Сталину о многом. Об очень многом. В частности о том, что ситуация еще хуже чем говорят танкисты. Хотя как может быть еще хуже, он уже не знал.

Иосиф Виссарионович оторвался от чтения и откинулся на стуле. Напротив него в позе каменного истукана сидел нарком Внутренних дел. Все время, пока Вождь изучал документы, он, молча, сидел рядом. Почти час!

- Лаврентий, что ты думаешь по этому поводу? - негромко произнес Сталин.

- Факты, изложенные в Стратегии, соответствую действительности, - произнес заранее подготовленную реплику Берия: - По мере поступления сведений из АБТУ, я привлек к их оценке своих специалистов. По их мнению, выводы сделанные Павловым весьма логичны. Не все, но большинство из них...

- С чем они не согласны?

- С оценкой сегодняшнего состояния согласны все. Эксперты склонны подвергать сомнению некоторые выводы. Например, о целесообразности сведения танковых корпусов в армии. Они считают, что в этом нет необходимости, а получившееся соединение получиться чрезвычайно громоздким. Хотя лично я с их мнением не согласен. Но в целом они с Павловым солидарны. А его проекты самоходных артиллерийских орудий и тяжелого танка вызвали их особый интерес.

- Да, если конструктора смогут сделать что-то подобное, всю существующую бронетехнику можно смело сдавать в переплавку. Особенно этот танк со 122 миллиметровым орудием... Послушай Лаврентий, а почему ты все время говоришь "Павлов"? Как будто он один все это написал и придумал. Почему?

- Видите ли, товарищ Сталин, для этого есть основания. Почти все осведомители сходятся во мнении, что большинство предложений исходит лично от него. Создается впечатление, что Павлов как бы случайными репликами и особой формулировкой вопросов заранее подталкивает подчиненных к определенному выводу. Однако, надо признать, что действует он чрезвычайно осторожно, и к большинству решений его сотрудники приходят фактически самостоятельно. По вопросу этой своей Стратегии он добился почти единогласного одобрения документа в целом со стороны большинства подчиненных. Удивительный факт. Есть и еще одно обстоятельство...

- Какое? - нетерпеливо перебил Вождь.

- Дело в том, что еще до подготовки документа, Павлов беседовал с представителями всех танковых КБ. После разговора с ним, многие конструкторские коллективы фактически перешли на круглосуточную работу. Добровольно! Кошкин, уже на следующее утро после разговора с ним, уехал в Харьков, даже не дождавшись окончания испытаний собственной машины. По имеющимся данным, Павлов предложил им разработать как раз те машины, технические задания на которые приложены к Стратегии. То есть получатся, что он их выдал конструкторам еще до того, как их разработали специалисты АБТУ! И не просто предложил. По всей видимости, некоторым он даже свои эскизы передал. Вот один из них...

Берия достал из желтой кожаной папки фотокопию рисунка Т-44, переданную симбиотом Кошкину. Сталин долго и пристально разглядывал фотографию. Ничего подобного ранее Вождь не видел. Танк поражал своим совершенством, плавностью линий и ощущением законченности всей конструкции. Изображенная машина непроизвольно вызывала чувство непередаваемого сочетания мощи оружия, крепости брони, скорости и маневренности. В сравнении с ним сегодняшняя бронетехника казалась рыбацкой лайбой на фоне величественного линкора.

- Да, не удивительно. Это все равно, что показать Можайскому чертежи истребителя Микояна и Гуревича. Было бы странно, если бы они после этого спокойно заснули...

Иосиф Виссарионович нехотя оторвал взгляд от фотокопии и задал очередной вопрос:

- Что удалось узнать?

- Товарищ Сталин, - Берия сменил тон на официально-деловой: - За прошедшее время мои сотрудники опросили сотни людей и проверили множество документов. Удалось, почти поминутно, восстановить картину действий Павлова начиная с его отъезда из штаба Резервной группы. Из имеющейся информации уже можно сделать несколько выводов. Во-первых, странности в поведении объекта начались после несчастного случая. Во всяком случае, никто из членов его штаба, сослуживцев и просто попутчиков каких-либо неожиданностей в его поведении до этого момента не отметили. Странности начались после посещения им собственной квартиры. Удалось установить, что там Павлов провел в одиночестве всего семь минут, после чего его обнаружил адъютант. В квартире следов борьбы или присутствия посторонних людей не обнаружено. Опрошены все жильцы, вахтеры, дворники и его бывшие сотрудники. Вывод однозначен, осуществить подмену Павлова в квартире было невозможно. Во-вторых, по данным медиков и исходя из опросов свидетелей, можно однозначно констатировать, что это именно Павлов. Характерные обороты речи, мимика и жесты, события о которых мог знать только он и тому подобные вещи. В-третьих, несмотря на предыдущий вывод, в поведении объекта наблюдения замечены многочисленные изменения и странности. Начиная от стиля общения и руководства, до отличий во внешнем облике и появления новых привычек. Еще один странный факт, по нашим сведениям, он абсолютно не умел рисовать.

- Получается, что одновременно это и Павлов и не Павлов, - произнес Вождь, вновь задумчиво рассматривая фотокопию рисунка танка: - С кем он встречался за это время?

- В основном это были рабочие встречи. Как правило, на них присутствовало несколько человек. Из этого правила выбивается только разговор с Кошкиным, но учитывая вот это, - Лаврентий Павлович опять указал на картинку: - можно однозначно утверждать, о чем именно они там разговаривали. Из внеслужебных связей за все время наблюдения, замечено лишь одно. По всей видимости, ему понравилась одна из врачей в госпитале.

- Вы ее проверили?

- Разумеется. Абсолютна чиста. За последние три недели Павлов личных встреч с ней не имел. Лишь дважды отсылал букет цветов. Каждый раз выбор букета и количества цветков он поручал своему ординарцу, который является нашим сотрудником. Так что считать это способом связи, я считаю несколько преждевременным, хотя наблюдение за ней мы усилим.

- У тебя есть какое-то разумное объяснение происходящего?

Берия ненадолго задумался и проговорил:

- Некоторые врачи говорят, что подобные изменения иногда происходят с людьми, побывавшими на краю гибели. Таким людям чувство страха практически неведомо, а их отношение к окружающим меняется кардинально. Ничего более разумного мы предположить пока не можем.

- А он не мог просто с ума сойти от пережитого?

- Ну, опять же, по мнению врачей Павлов психически здоров. Никакого раздвоения личности у него нет.

Вождь опять помолчал. Этот рисунок никак не выходил у него из головы. Наконец он продолжил:

- Ну и что ты предлагаешь?

- Арестовывать его явно преждевременно. Он под нашим плотным контролем. Никаких враждебных действий не предпринимает. Компрометирующих разговоров не ведет. Все свои опасения он выказал только вам, что свидетельствует о том, что он не желает их огласки. Работа АБТУ с его возвращением явно улучшилась. По крайней мере, в административной части. Скорость обработки информации и принятия решений увеличилась в несколько раз. Назвать его предложения по реформированию танковых войск направленными на подрыв обороноспособности лично у меня язык не поворачивается. А, по мнению экспертов, предложенная реформа АБТУ весьма логична и обоснована и, теоретически, должна заметно улучшить качество работы. Кроме того, в ходе ее реализации Павлов добровольно отказывается от части полномочий, что нелогично, если предположить что он шпион. Поэтому я предлагаю...