До наших дней дошел только один боевой шлем саксов, из упомянутого ранее погребения в Бенти-Грэйндж. Сейчас этот шлем находится в Музее Шеффилда (рис. 7). Шлем состоит из образующей кольцо железной полосы на уровне бровей, на которой расположились четыре железные арки, сходящиеся на вершине головы. Промежутки между полосами были когда-то заполнены пластинами из рога, следы которого сохранились. Пластины прикреплялись серебряными заклепками. Прямая железная полоса предохраняет нос. Кольчуга, найденная в этом погребении, могла закрывать шею, как это было у франков. Одной из самых интересных черт этого шлема являются его украшения. На самой вершине находится бронзовый дикий кабан, символ древнего германского (в том числе скандинавского) бога Фрейра (Фрейр – бог плодородия и мира, муж Герды, а также Фрейи. Его атрибуты – чудесный корабль Скидбладнир и золотой вепрь Гул линборсти. – Ред.), который, как считали воины, их защищал. Серебро на боках вепря вырезано из старого римского сосуда. Глаза сделаны из граната, и похоже на то, что этот кабан когда-то был покрыт эмалью. Шлемы, охраняемые вепрями, упоминаются в «Беовульфе»; кузнецы, делающие оружие, считали, что меч такой шлем не побьет. В данном случае сила древних богов была уси лена символом нового «государя победы, защитника воинов», поскольку защищающая нос полоса имела на себе серебряный крест Христа. Шлем с сильно стилизованным зверем, стоящим на его вершине, иллюстрирует страницу из рукописи VIII века – возможно, из Нортумбрии, – хранящейся в Ленинградской (ныне Санкт-Петербургской) публичной библиотеке. Относящаяся примерно к 700 году шкатулка франков имеет на себе изображение шлема с защищающей нос полосой; этот шлем закрывает всю голову и шею, но оставляет открытым лицо. Данный шлем, возможно, имел гибкую полосу, защищающую нос, которая спускалась под подбородок и закреплялась у горла шнурком.
Реформы Альфреда
В IX столетии западные саксы столкнулись с большим числом хорошо вооруженных и прекрасно руководимых профессиональных солдат, живущих на доходы с земли и очень подвижных благодаря лошадям. Датчане могли нанести удар как с моря, так и по суше намного быстрее, чем мог собраться для противодействия местный фирд[12].
Хотя обязанности саксов по военной службе, по всей видимости, поначалу были не ограничены временем, сельское хозяйство и необходимость участия в местном самоуправлении сделали такую службу убыточной. Время года не ждало; когда крестьяне пропускали время сева или сбора урожая из-за военных действий, начинался голод. Согласно Англосаксонским хроникам, Альфред преодолел эту трудность, организовав фирд таким образом, что только половина крестьян служила одновременно, в то время как другая оставалась дома для возделывания своих земель и исполнения административных обязанностей. Благодаря этому он мог планировать и вести продолжительные кампании, зная, что у него на смену первой по окончании ее срока службы и проеданию своих продовольственных запасов есть вторая армия. У датских армий не было такой передышки, поэтому их можно было постепенно изматывать непрерывными стычками. Датчанам приходилось уходить за новыми рекрутами в Уэльс или в область «датского права». Альфред, по всей видимости, сильно выиграл от долгого мира после битвы при Эдингтоне (878), поскольку первое упоминание об этой реорганизации относится к 893 году, когда началось новое датское вторжение. Эта система, похоже, использовалась до 920 года. Утверждается, что Альфред использовал шестую часть своих доходов для поддержки солдат и тэнов, служивших при дворе. Он реорганизовал своих тэнов таким образом, что они служили попеременно, один месяц из трех – по крайней мере, в мирное время.
Хотя в указах мало упоминаний об укреплениях «против язычников», только при Альфреде и его детях, Эдуарде Старом и Этельфлед, госпожи Мерсии, начались систематические укрепления опорных пунктов. Возможно, следуя примеру укрепленных базовых лагерей, весьма успешно использовавшихся датчанами в 875 – 877 годах, саксы построили ряд укрепленных городов (называвшихся burgh, бург) – как для местных гарнизонов, способных делать вылазки и держать оборону независимо от основных сил, так и для сбора местных сил. Одной из неизменных повинностей, которые свободный крестьянин был обязан выполнять для короля, была trimoda necessitas – участие в строительстве укреплений. Предполагается, что Дайк, построенный Оффой, был возведен для того, чтобы отметить границу Мерсии и Уэльса. Защитные укрепления второй половины VI века, недавно раскопанные за саксонским королевским залом в Олд-Иверинге, Нортамберленд, состояли из внешнего частокола и двойного внутреннего частокола, на котором, возможно, располагались боевые площадки. Ассер, биограф Альфреда, рассказывает, как медленно и неумело осуществлялась работа. В главе о Вустере довольно ясно говорится, что целью бургов была защита епископа и церквей «и дать укрытие всему народу».
Между смертью Этельреда, правителя Мерсии, в 911 году, и Эдуарда Старого, в 924 году, было построено не менее двадцати семи бургов. Из тех, что нам известны, почти все имеют стратегическое расположение на важном водном пути (подобно Оксфорду) или на старой римской дороге. В качестве примера можно привести Эддисбери в Чешире – здесь находится форт Айрон-Гейт, усиленный Этельредом в 915 году. Этот форт все еще можно видеть на соединении Уотлинг-стрит с дорогой на Киндертон. Его ограда имеет примерно овальную форму и окружена рвом с высоким внешним берегом. Имеются следы и внутреннего вала. В некоторых случаях достаточно было только привести в порядок римские стены, как в Лондоне, где Альфред восстановил стены в 886 году. Аналогично были восстановлены стены в Честере, а предположительно в 908 году здесь был размещен гарнизон, поскольку ранее, в 893 году, город был оставлен перед лицом датской армии. Бург-Тоустер получил каменные стены в 920 году. В Уэреме, Дорсет, земляные валы были облицованы камнем вместо первоначальной облицовки из леса. Рочестер в 885 году и Эксетер в 893 году успешно выдержали осаду. Провал операций большой армии, приведенной Хестеном после его поражения от короля Арнульфа в 891 году, мог быть результатом созданной Альфредом схемы укреплений. Ни один из бургов не был взят, и Англосаксонские хроники упоминают много успешных вылазок со стороны burghware, городских гарнизонов.
По мере отвоевывания у датчан территорий при Эдуарде Старом датские города сдавались один за другим, как это было с Ноттингемом, получали новые укрепления и снабжались гарнизоном из местных англичан и датчан. Один из документов времен правления Эдуарда, называемый Burghal Hidage, содержит записи о районах, предназначенных для обслуживания определенных бургов под правлением западных саксов, в то время как другой документ несколько более позднего времени добавляет к этому: «Для поддержания и защиты стен, охраняющих акр земли, требуется 16 наделов. Если каждый надел представлен одним человеком, то каждый угол стены может быть снабжен 4 солдатами». Земельная перепись свидетельствует, что магистрат Честера имел право призывать одного человека от каждого надела в шире для ремонта городской стены и моста. Если какой-то человек не являлся на работы, его господин выплачивал королю штраф в 40 шиллингов. Некоторые строки в переписи заставляют предполагать, что поселенцев привлекали в новые города благоприятные условия владения недвижимостью.
Строительство укрепленных городов на континенте началось примерно в то же время. Король Франции Карл Лысый в 862 году приказал начать сооружение крепостей, а в 869 году – укреплений для всех городов между Сеной и Луарой. Король Германии Генрих Птицелов, женивший своего старшего сына на Эдит, дочери Эдуарда Старого, столкнувшись с нападениями датчан и венгров, также успешно использовал линию укрепленных приграничных городов для отражения набегов. Летописец Видукинд записал, что Эдуард Старый приказал каждому девятому крестьянину жить в новых городах и строить дома для своих товарищей и что треть продукции остальных восьми крестьян должна храниться в городе на случай, если им придется искать в нем убежище. Все рынки, места собраний и праздники за пределами городов запрещались.
Для того чтобы встретить датчан в море и ограничить их мобильность вдоль побережья, Альфред имел специальные суда (перед этим, в 80-х годах, Альфреда и его людей долгое время консультировал в этой области норвежец Отер, бывший тогда на службе у Альфреда. Отер был норвежским ярлом, мореходом, зверобоем, купцом и, по совместительству, как все викинги, крупным морским разбойником. – Ред.), построенные в 896 году «почти вдвое больше обычных. Некоторые имели 60 весел, некоторые больше. Они были и быстрее, и крепче, а также выше других». Согласно Англосаксонским хроникам, они были построены не по образцу датских или фризских кораблей. Король сам решал, в каком виде они принесут наибольшую пользу. Сейчас мы не знаем, как финансировалось строительство этих кораблей, неизвестно и то, как набиралась команда, но о службе на корабле временами упоминается в переписи. В 1008 году король Этельред приказал построить по кораблю с каждых 300 – или, возможно, 310 – крестьянских наделов. И в других странах встречаются указы об объединении 300 хозяйств для ship-soke, постройки корабля. В 1003 или 1004 году архиепископ Эльфрик по своему завещанию оставил три корабля: один – королю, один – гражданам Кента и один – гражданам Уилтшира. Из этого можно заключить то, что и внутренние районы страны были обязаны предоставлять корабли и что 1008 год не был первым, в котором заказывались суда.
