и симпатичное лицо. Хороший, вроде, парень. Веселый, высокий, улыбчивый, но мои бабочки спят рядом с ним. Не разбудить даже пушечным выстрелом.
– Тебе девчонок что ли мало? – бросаю с ухмылкой.
Крылов обгоняет меня и преграждает мне путь, он высокий почти такого же роста как Ярослав. И почему я их сравниваю?
– Мне не нужны остальные, Дина. Мне важно, чтобы пришла ты.
Вот тут любая девочка, наверное, растеклась бы лужицей. Но похоже это не я. Даже обидненько немного.
– Зачем? Тем более, без Насти я не пойду.
Мы с Настей обсуждали эту тему, и подруга сказала, что там скукота обычно, и будет круче, если мы на выходных сходим в какой-нибудь танцевальный паб. Нам этом и остановились. Но если она все-таки пойдет, то я тоже присоединюсь.
– Беру сеструху на себя, – уверенно заявляет парень. – Если Настя пойдет, ты согласишься?
– Я подумаю, – киваю.
– Я провожу тебя, Дин. – одноклассник не спрашивает разрешения, а просто идет рядом.
Ладно, пусть провожает.
Дома списываюсь с Настей, уточняя пойдет ли она новогоднюю дискотеку в школу. Одноклассница долго не отвечает, но, когда все-таки приходит ее короткое сообщение “буду” я бегу к шкафу. Надо поторопиться.
Переодеваюсь. Кончики волос завиваю щипцами, наношу немного туши на ресницы, и блеск на губы. Готово.
Дискотека началась в семь вечера, я же прихожу в оживленный актовый зал двадцать минут спустя, и не вижу пока ни одного знакомого лица.
Обхожу жал по кругу, и так никого и не встретив, решаю просто немного потанцевать. Не стоять же стенку подпирать?
Из динамиков льется энергичная песня Артик и Асти, я подпеваю словам и отдаюсь музыке.
Девочка, танцуй, всё пройдёт так скоро
Разгоняй тоску – он того не стоит…
Кружусь на месте, плавно двигая бедрами и задирая руки вверх, раскачиваясь из стороны в стороны. Сейчас я не цветку себя одинокой, хотя и танцую одна посреди кучи незнакомых ребят.
Ритмичная песня сменяется медляком, и меня без спроса обнимая за талию увлекают в танец. Раскрываю глаза, поднимаю голову и вижу перед собой довольное лицо Крылова.
– Ты пришла.
– Угу, – киваю, – а где Настя? Ты не видел ее?
– Неа, – он плотнее прижимает меня к себе, и мне приходится прогнуться в спине, чтобы не быть к нему так близко.
– Вы не вместе пришли? – продолжаю допрос.
– Неа, – снова улыбается.
И мне хочется ударить его ладошкой в плечо, чтобы стереть его улыбочку.
Не нравится мне все это.
А когда он еще и сокращает расстояние между нашими лицами, я уже прекрасно догадываюсь для чего. Пытаюсь отвернуться. Даниил удерживает меня одной рукой за спину, а второй ловит шею и не дает увернуться. Он впивается своими губами в мой рот. Хочу оттолкнуть парня, но не успеваю этого сделать, как уже оказываюсь свободна.
Ярославов дергает друга за руку и тащит куда-то в сторону.
Это происходит настолько быстро и стремительно, что я вообще не успеваю сообразить. Что это было?
Мне нужно подышать воздухом и заодно набрать Насте и узнать, где ее черти носят.
Когда спускаюсь по боковой лестнице со второго этажа, слышу голос Волковой. Столько дней не слышала, еще бы столько не слышать и не видеть.
Но мои мольбы оказались не услышаны. Она догоняет меня и хватает за руку, чуть выше локтя. Больно.
– Пусти, – пытаюсь вырваться.
Да, что я ей сделала?!
Я не здесь.
Это происходит не со мной. Это все сон. Проснусь и еще посмеюсь над этой картинкой.
Но сильный больной толчок в спину дает ощущение, что это происходит на самом деле.
– Держите ее, – приказывает одна из моих одноклассниц, и меня тут же хватают за руки с обеих сторон.
Это лишнее, я бы все равно не смогла от них убежать. Они пришли за мной толпой.
– Отстаньте от меня! Я вам ничего не сделала!
Ко мне вплотную подходит моя одноклассница, ее красивое лицо перекошено яростью, и она шипит на меня, словно дикая кошка:
– Еще как сделала, и ты об этом сейчас очень пожалеешь.
Я сглатываю, но подбородок стараюсь держать прямо.
Их больше шести человек, они окружили меня, пытаясь надавить не только физически, но и морально.
Они меня не сломают.
Надо держаться, не показывать свой страх.
Кожа от холодного пронизывающего зимнего ветра покрывается мурашками, и меня начинает потряхивать уже не только от дикого холода, но и неизвестности.
На мне лишь тонкая белая блузка без рукавов и кюлоты, а на дворе декабрьский вечер. Скоро и зуб на зуб не сойдется.
Сходила называется на новогоднюю школьную дискотеку.
Девчонки вытащили меня из школы на улицу без верхней одежды. Увели за угол здания, где почти никто никогда не ходит.
Идеальное место. Еще и темень кругом.
Меня некому спасти. От этой мысли мне становится еще дурнее.
Что они задумали?
Запугать?
Отлично! Супер!
У них получилось.
– Отпустите меня, – прошу спокойно.
– Отпустим, но сперва ты кое-что скажешь мне.
– Что? – Переминаюсь с ноги на ногу, пытаясь хоть немного согреться.
И тут она достает из своего рюкзака ножницы, и мне становится действительно страшно. Она точно ненормальная.
– Ты совсем больная?! Не подходи ко мне! – Пытаюсь сделать шаг назад, но девчонки держат крепко, не дают сдвинуться с места.
Блондинка подходит ко мне вплотную и начинает отрезать пуговицы на моей рубашке. Одну за другой.
Я дергаюсь, пытаюсь увернуться, но я проигрываю. Моя рубашка нараспашку, и кожу живота и груди тут же пронизывает колючий мороз.
– Какой милый топик, – обманчиво ласково мурлычет одноклассница, – а теперь слушай и запоминай, – она достает свой мобильник и наводит камеру на меня, – Повторяй. "Я никто. И звать меня никак. Я невидимка и я больше никогда не посмотрю на твоего парня". Повторяй!
А я не могу вымолвить и слова. Одинокая слеза скатывается по щеке. Чувствую себя опустошенной и опозоренной.
Это видео увидит вся школа.
И он тоже его увидит!
Но какая уже разница, если я для него никто. Зачем я только влюбилась в чужого парня? Но ведь глупому девичьему сердцу не прикажешь, кого любить.
Но если его подружка здесь, значит не все так у них гладко. Неужели я та самая кошка раздора, что пробежала между ними?
Это вселяет в меня надежду, и я отрицательно мотаю головой.
– Не хочешь по-хорошему значит, нерусь, будет по-плохому, – подходит вплотную, щелкая ножницами перед моим лицом. – Давненько я не практиковалась в парикмахерском искусстве. Да, девчат?
Девчонки мерзко хихикают, и мне сейчас настолько они омерзительны, что я бы сама им всем их космы поотрывала.
