Сделал последнюю крупную затяжку:
— Вот только…получится ли?
— Припудрю носик, — обиженно протянула Покровская, — к моменту, когда вернусь, надеюсь, вы оба вспомните о хороших манерах.
* * *
— Ничего себе! — Возмущенно присвистнул Глеб, потирая свой зад. — Такая маленькая, а бьешь, как сестра Емельяненко!
Лера прыснула со смеха. Даже за живот схватилась машинально.
— Пошути мне еще, извращенец!
— Все, сеструха! Мир!
Обхватив лицо ладонями, молодой человек запечатлел пламенный поцелуй на ее виске.
— Прощаю! Прощаю. Отпусти.
С другом девушке повезло. Стоило только озвучить свои желания…
Ни вопросов лишних. Ни возражений. Ничего! Лишь лаконичное — через двадцать минут выезжаем. Глеб привел ее в одно из своих любимых местечек. Она старалась, особо не таращиться на внутреннее убранство клуба, но находилась под впечатлением. Да, шикарно. Да, стильно. Чувствовался совершенно другой уровень. Во всем.
Как только подошли к бару, и уселись на высокие стулья — все диванчики оказались заняты — Давыдов сразу сделал заказ.
Но, когда его подали, глаза девушки начали округляться.
— Глеб, что это? — С ужасом покосилась на выставленные в два ряда коктейли.
По двенадцать штук в каждом.
— Это, малышка, «дары ночи»! — Заговорчески подмигнул паренек. — Кто-то, довольно четко сформулировал свои планы на вечер! Напиться, так напиться!
— Вот, прямо тут мы и сдохнем, если выпьем все!
— Не парься! Сколько сможем!
— По рукам!
— Погнали, родная! — Глеб залпом осушил первый фужер, закусывая долькой лимона, прикрепленного к стенке, в виде декора. — За встречу! Давай. Ты должна это попробовать!
Равнодушно пожав плечами, она повторила все в точности, как он. Спустя секунду, когда жидкость обожгла все внутренности, начала задыхаться. Прослезилась.
Рвано хватая воздух открытым ртом, начала обмахивать себя ладошками.
— Лимон! — Друг проворно запихнул маленькую дольку ей в рот. — Дыши! Умница!
— Воды! — Прохрипела осипшим голосом. — Жжет! Жжет!
Давыдов повернулся к бармену:
— Толян, нам воды! Девушка, не привыкшая к такому градусу.
Через секунду Лера, с упоением глотала прохладную жидкость.
Глеб заливисто смеялся, демонстрируя ей поднятые вверх большие пальцы обеих рук.
— Сильна, мать! Сильна!
— Жесть какая-то! — Недовольно буркнула Спирина. — Хватит, ржать!
— Ты как напиваться-то планировала?
— Более щадящими способами, знаешь ли!
— Между первой и второй…
— О, нет!
Глеб, силой всучил ей бокал.
— Давай на брудершафт. Этот мягче.
— Хорошо, — молодые люди переплели руки.
— До дна!
— Знаю я!
Выпили одновременно.
Не соврал.
И, правда, вкус оказался очень мягкий. Соблюдая обычай, расцеловали друг друга в обе щеки. Алкоголь уже ударил в голову. Лере стало легко и безмятежно. Она улыбалась. Лицо раскраснелось.
— Первый раз в жизни, пью коктейли залпом, — хихикнула девушка, — на нас смотрят, как на сумасшедших!
— Да и хр*н с ними! Пускай, хоть глаза сломают! Как хотим, так и пьем!
Расслабившись, Валерия начала двигаться в такт музыке.
Глеб, хоть и улыбался, смотрел на нее задумчиво.
— Расскажешь, что произошло? — Выдал он, наконец. — Ты плакала?
Не теряя ритма, девушка отрицательно покачала головой.
— Все хорошо.
— Врешь же!
— Ага.
— Еще по одному, и танцевать?
— Давай!
Третий, а за ним и четвертый коктейли, пошли, как по маслу.
Лера взвизгнула, когда Глеб сгреб ее в охапку, и понес в самый центр беснующейся на танцполе толпы. Там ребята полностью отдались во власть музыки. Словно, в прошлое вернулись.
А танцевать они любили!
Когда Давыдов приезжал в гости, закадычные друзья становились грозой всех местных тусовок и клубов! Молодой человек двигался потрясающе. Валерия не отставала. Никогда. А сейчас…все, что в душе накопилось, выплескивала через танец. Так продолжалось, пока не выдохлись. Как только, вернулись за барную стойку, друг, пытаясь отдышаться, произнес:
— А теперь, мы поиграем!
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— М-м-м?
— Да-да! Я задаю вопросы — ты отвечаешь. Или пьешь штрафную.
Мозг уже работал заторможено:
— Хорошо!
— Итак, что произошло между тобой и Германом, на похоронах тети Оли?
— Что, прости?
Валерия испуганно уставилась на Глеба. Сердце заледенело от страха.
Давыдов закатил глаза:
— Все время, пока мы были у вас, он никого к тебе не подпускал. Поддерживал, стараясь облегчить горе. Как пес сторожевой оберегал. Но! Потом все изменилось. Возвращался домой брат уже разъяренным. И ведь с тех пор, ни разу больше не поехал к вам. Ни разу о тебе не спросил! Так, что же произошло?
Лера уставилась в пол, нервно сцепив пальцы в замок.
— Я думаю…вернее, мне так кажется. Наверное, таким способом, он наказывает меня…
Глеб удивленно вкинул брови:
— Наказывает? За что?
Не в силах вынести его изучающий взгляд, отрицательно замотала головой, отказываясь отвечать:
— Штрафная!
Вновь залпом осушила фужер.
— Ладно. Теперь ты.
— Почему не хочешь работать в вашей компании? Это же, семейный бизнес.
Друг сморщился, словно от зубной боли.
— Понимаешь…мой брат…он во всем лучший. На этом поприще мне никогда не достичь его высот. Лучше быть первым в чем-то другом, чем…вечно вторым.
— В итоге, ты просто прожигаешь жизнь. И полностью зависим от родителей.
— Это не так. Их деньги я беру крайне редко. На данный момент, у меня два стабильных источника дохода, о которых семья не подозревает.
— Глеб? Не пугай меня!
— Ты ведь помнишь, как сильно я мечтал стать режиссером?
— Конечно!
— Этим на жизнь и зарабатываю. Снимаю праздники, торжества. Монтирую из них фильмы. Мне нравится. Реже, но бывают заказы на клипы от начинающих исполнителей, мечтающих о признании и славе. Так как они еще не раскручены и никому не известны, именитые режиссеры им отказывают. Я берусь! Пару раз, даже рекламу снимать приходилось.
— Мое ж ты солнце, — Лера ласково потрепала друга по щеке, — я так горжусь тобой!
Давыдов просиял:
— А еще, у меня в собственности имеется небольшая студия звукозаписи. Без работы моя крошка не простаивает никогда.
— Братишка…
— Меня все утраивает. Правда! Проще жить, когда тебя считают безответственным шалопаем. Больше свободного времени.
— Хитрый жук!
— За тебя! — Молодой человек осушил еще один напиток.
— У меня все перед глазами плывет! — Глупо хихикнула Спирина.
— Я тоже, хороший уже. Но, мы здесь до победы! Продолжаем. Почему я не знал о твоем романе, и тяжелом расставании? Почему вы…Лера?
Она смотрела на друга, но ничего не видела из-за стоящих в глазах слез. Боль потери, вновь, казалась близка. Словно, не полтора года назад все произошло, а вчера. Хотела схватить бокал, чтобы выпить штрафную, но не могла сфокусироваться и на нем.
Глеб вскочил на ноги. Слегка покачнулся, но равновесие удержал. Когда молодой человек заключил в свои крепкие объятья, ее окончательно прорвало. Слезы стекали по щекам, а сердце кровоточило.
— Тише, маленькая. Тише. — Шептал на ухо Давыдов. — Дурак я. Нельзя о таких вещах спрашивать. Прости.
— Я любила его, Глеб! — Прошептала еле слышно. — Правда, любила. Теперь же, нет на свете человека, которого я ненавидела бы сильнее.
Так и сидели в обнимку, пока Валерия не успокоилась. Он ничего не спрашивал, и ничего не говорил. За что девушка была безмерно благодарна. Как только отстранилась, парнишка протянул ей еще один коктейль.
— Оставь его в прошлом, Лера! Все оставь! Вздрогнули!
— Больше не могу! — Жалобно простонала, поглядывая на пустой бокал. — Ног не чувствую.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Приятного вечера, народ! — К ним приблизилась компания из трех парней. Лера инстинктивно напряглась. Внутри, словно пружина сжалась. Хоть те и улыбались приветливо, тревога не покидала ни на секунду.
