Читаем без скачивания И все заверте... - Заязочка

— Да-а-а, — протянула Парвати, — а почему тогда все ее вещи пропали?

— Может ее тот монстр утащил? — задумался Терри Бут. — Значит, шапочки не помогают?

— Нет, — ответила Гермиона, — шапочки помогают. Она могла снять или потерять.

— Ну, на ночь-то все снимают... — пробормотала Лаванда.

— Говорят, пятьдесят лет тому назад, ну или около того, — с видом заправской заговорщицы проговорила Пэнси, — Тайную Комнату тоже открывали. И тогда погибла девочка.

— Что? — потрясенно переспросил Гарри.

— Я тоже слышал об этом... я тоже слышала... — послышалось со всех сторон.

— Ой! — вскинулась Лаванда. — Так оно девочек убивает? Кошмар!

Старшекурсники качали головами.

— Так, мелкие, — заявил Флинт, — по одиночке не шляться. Дело серьезное.

— Я домой хочу! — всхлипнул кто-то из самых маленьких.

— Тихо там! — прикрикнул Флинт. — Старосты, назначьте дежурных, чтобы мелких одних не оставлять. И шапочки эти даже на ночь не снимать, веревочками привяжите, если сваливаются. Или полотенцами, что ли. И будем следить!

Глава 20.

Глава 20

Слежка не дала ничего. Разве что мадам Помфри заявила, что Джинни Уизли больна чем-то очень страшным и заразным, поэтому увидеть ее ну никак нельзя. Это было странно, и Перси написал родителям. Письмо вызвало визит Молли Уизли и скандал. Сперва в Больничном Крыле, а потом в кабинете Дамблдора. Впрочем, никаких последствий у этих скандалов не было. Другие ученики не пропадали, из-за чего все уверились, что Джинни просто неосторожно сняла шапочку на ночь. Шапочки тогда сняли и другие, но монстр был еще слаб, поэтому смог призвать только одну девочку. А потом появилась следующая надпись: «Бойтесь тех, в кого поверили и кому доверились». И снова Хогвартс погрузился в пучину слухов и сомнений.

Дамблдор был в ужасе. Он уже несколько раз подходил к проходу в женском туалете и пробовал его вскрыть, но у него ничего не получалось. Похоже, что Том решил подстраховаться и зачаровал проход наглухо. В конце концов директор снес проклятый умывальник Бомбардой. Прохода не было, взгляду открылась лишь слегка покореженная заклинанием каменная кладка. И все бы ничего, но на шум прибежал Филч, который теперь держался поближе к месту, где напали на Миссис Норрис, мечтая поймать злоумышленника.

— Ди... директор... — пробормотал потрясенный завхоз, медленно отступая к двери.

— Этот кран все равно не работал, — заявил Дамблдор и гордо продефилировал мимо потрясенного сквиба. Можно, конечно, было и память стереть, но уж очень ничтожной личностью был завхоз. И достал до печенок своей облезлой кошкой. Пусть теперь боится!

Филч покачал головой. Мало того, что у него кто-то спер весь запас краски, так теперь еще и это. Краску могли стащить рыжие близнецы, от них всего можно было ожидать. А от директора стоит держаться подальше. Разве что спросить у профессора Снейпа? Может он знает, что тут происходит? К тому же, декан Слизерина обещал сварить зелье для Миссис Норрис. Вот только мандрогорам еще зреть и зреть! Но профессор Спраут обещала, что как только — так сразу. И продолжая скорбно качать головой, старый сквиб отправился в подземелья.

Снейп на услышанное только покачал головой. Директор, целенаправленно и методично (да даже если бессмысленно и хаотично) уничтожающий Хогвартс — это было что-то чудовищное и дикое. Что-то из области того, чего не может быть просто потому, что не может быть никогда.

— Спасибо, что сказали, Аргус, — со вздохом проговорил он, — хотел бы я знать, что это значит. Но больше об этом не стоит говорить никому. Мало ли что.

Филч кивнул.

— Профессор, — сказал он, — а это зелье, оно очень дорогое? У меня есть некоторые сбережения...

Снейп потер переносицу. Ну какие у Филча сбережения? По его видавшему виды сюртуку были понятны размеры его накоплений. Работал, небось, за еду и крышу над головой.

— Аргус, — сказал Снейп, — я даю вам слово, что обязательно приготовлю зелье для Миссис Норрис. Но думаю, что сейчас этого делать не стоит. Вы сами видели, в каком состоянии директор. А если ему ваша кошка попадется под горячую руку? Сейчас она просто окаменела, и мы с вами знаем, что ее можно вылечить. А если ее Авадой? Она ведь не Поттер, чтобы выжить после такого. Да и просто зашибить может.

Филч печально покивал, поблагодарил и ушел, поправив на седой голове слегка сбившуюся шапочку из фольги.

А Снейп еще раз тяжело вздохнул и призвал бутылку старого огденского и бокал. Добиться от Дамблдора внятных объяснений тому, что случилось с Джинни Уизли, не удалось. «Девочка попала в беду, но я сам справлюсь, и все будет в порядке!» Ничего себе! Кстати, не рыжая ли пишет странные надписи — почерк детский, да и написано не на большой высоте. Но зачем ей это надо? Мало нам спятившего директора. В аврорат пока может и не стоит сообщать, но вот Люциуса определенно нужно озадачить. В конце концов, у него тут единственный сын учится. Да, это он сделает в первую очередь. И прямо сейчас.

Люциус Малфой был дома и охотно согласился пройти через камин в Хогвартс.

— И что тут у вас происходит? — заинтересовался он, получая бокал.

Снейп молча продемонстрировал ему шапочку из фольги.

— А это что такое?

— Инициатива гриффиндорцев, — вежливо ответил Снейп, — с помощью этого маггловского артефакта предлагается защищаться от Ужаса из Тайной Комнаты.

Малфой несколько секунд с интересом смотрел в лицо старого приятеля.

— Издеваешься? — спросил он.

— Нисколько.

И Северус поведал и об окаменевшей кошке, и о странных надписях, не забыв эпопею с фольгой, исчезнувшую первокурсницу и выходки Дамблдора.

Малфой залпом опустошил бокал.

— И почему я узнаю об этом только сейчас? — спросил он.

— Ты меня спрашиваешь?

Люциус передернул плечами и взял в руки шапочку.

— Занятная идея, — проговорил он.

— Филиус считает, что это может создавать какой-то дополнительный щит, — пояснил Снейп, — но я думаю, что тут дело скорее в том, что детям так спокойнее. Они даже придумали, что самая младшая Уизли пропала потому, что снимала это на ночь.

— А ты тоже такую носишь? — заинтересовался Малфой. — Хотел бы я на это взглянуть.

— Это была идея Дамблдора. Честно говоря, я бы посоветовал тебе навестить школу во время обеда — то еще зрелище.

Малфой хмыкнул.

— Пожалуй, не стоит. Моя хрупкая нервная система может не перенести такого удара. Думаешь, что Драко пора забирать из Хогвартса?

— Это тебе решать. Но других нападений пока не было. А с девочкой там вообще странно, вместе с ней пропали ее вещи и постельные принадлежности.

— Значит, она прячется где-то в замке, — сказал Малфой, — ты думаешь, что Дамблдор ее ищет? Но почему таким странным способом?

В гостиную величественно вплыл Кровавый Барон.

— Декан, — сказал он, кивнув гостю, — новое разрушение.

Снейп и Малфой последовали за призраком и с ужасом увидели выломанную и разломанную плиту с барельефом, изображающим крылатого змея, которая когда-то украшала стену напротив входа в гостиную Слизерина.

— Это был директор? — спросил Снейп.

— Он, — кивнул Барон.

— Чем ему барельеф-то помешал? — ошарашено спросил Малфой. — Скотина! Да я...

— Тихо! — сказал Снейп. — Нам все равно не поверят. Нужно брать его с поличным. И лучше даже не нам, а кому-то, в чьих словах никто не усомниться.

— Точно, — согласился Малфой, мрачно глядя на бывший барельеф.

Снейп вызвал эльфа и приказал привести все в порядок. Еще не хватало, чтобы студенты увидели это безобразие.

Глава 21.

Глава 21

Утром во время завтрака перед Снейпом опустилась пестрая сова и деликатно протянула лапку. Северус отвязал письмо и угостил крылатую почтальоншу кусочком бекона. Конверт скрепляла печать с изображением семилучевой звезды в окружении двух саламандр. Хорошо известный среди зельеваров герб Руджиери. Снейп быстро спрятал письмо в карман мантии.

— От кого это? — тут же спросил Дамблдор.

— Это личное, — ответил Снейп.

Директор нахмурился. Он терпеть не мог, когда от него что-то скрывали.

— От дамы? — подмигнул Флитвик.

Северус не ответил. Он предпочел бы получить письмо от Маддалены без свидетелей, но не мог же он рассказать ей о патологическом любопытстве Дамблдора и о том, что находится под тотальным контролем. Ничего, пусть дорогой директор понервничает, особенно если заметил герб.

— Северус, — у МакГоннагал аж глаза засветились, — тебе пишут женщины?

— Не понимаю, Минерва, почему это вас так удивляет, — процедил сквозь зубы Снейп, — по вашему, ни одна женщина не может мне написать?

— Я не это хотела сказать, — тут же поправилась декан Гриффиндора, — просто...

— Извините, коллеги, у меня урок.

Его проводили заинтересованные взгляды. Сплетники троллевы! Но надо скорее прочесть письмо.

Синьора Руджиери писала, что переживает за Гарри. Она уже известила Фламмеля, тот приедет в Хогвартс, как только вернется с важной конференции в Дамаске. Кроме того, у нее появились кое-какие соображения по поводу проекта Снейпа и их совместной работы.