и два труда не составило. Или даже могли их допросить после такого. Хотя парни ни о чем подобном мне не рассказывали, но мало ли… Получается, мне хотят «втюхать» вполне конкретного человека в ватагу? Иначе с чего бы ИСБ так оперативно сработала и «убрала» Петьку. До этого-то его не трогали, пока я его в ватагу не позвал. Но здесь вопрос в другом — что делать мне? Принять все как есть, или пытаться вытащить бывшего друга? Лучше бы вытащить. Мало того, что я не хочу засланного казачка к себе в подчиненные, так и просто по-человечески жалко парня. Он ведь, получается, из-за меня в тюрьму отправился. Но как я могу ему помочь?
До самого обеда я маялся этим вопросом, перебирая в голове самые безумные варианты. Отказаться от сотрудничества и не сдавать анализы? Могут надавить на родителей, а после ужесточить меры моей «мягкой тюрьмы». А Школу, несмотря на все ее плюсы, я воспринимал по большей части как свою тюрьму. Место, где я заточен и не могу делать то, что хочу. Обратиться за помощью к кому-то из известных мне аристократов? А к кому? И согласятся ли те помочь? А если согласятся, будут ли у них вообще возможности что-то сделать? И что они попросят за свою помощь? Вопросов больше, чем ответов, и результат не гарантирован. В итоге из всех идей осталась лишь одна, не менее безумная, но имеющая хоть какой-то шанс на успех с минимальными последствиями для меня. Я так думал, пока не принялся за ее исполнение.
А идея была простой — попросить о помощи Ольгу. Да, мы вчера расстались не на самой хорошей ноте, но раз уж девушка проявила ко мне интерес, надо этим воспользоваться. Хоть и противно ощущать себя альфонсом, живущим за счет милости любовницы. Пусть у нас с Олей не те отношения, чтобы так считать, но вот по-другому я почему-то ситуацию не могу воспринять. Иные же варианты, кроме как попросить девушку, на мой взгляд еще хуже.
Когда Ольга брала у меня кровь на анализ, я внимательно следил за ее реакцией. Не сильно ли она злится после вчерашнего? Девушка естественно это заметила, слегка запунцовела, но молчала. Я решил, что это хороший знак и, когда она закончила, задал свой вопрос «в лоб».
— Ты можешь выполнить одну мою просьбу?
Та в этот момент стояла спиной ко мне, и я увидел, как Оля замерла. Потом аккуратно положила шприц с взятой кровью на стол и медленно повернулась ко мне, словно ожидая, что я на нее прямо тут наброшусь.
— И… что за… просьба? — с опаской спросила она.
— У меня будущего ватажника ИСБ забрала. Надо его вытащить.
Облегченно выдохнув, Оля уже с интересом и даже превосходством посмотрела на меня. Задумалась, от чего я стал нетерпеливо постукивать ногой по полу — мандраж.
— Хорошо, — наконец величественно кивнула девушка, полностью осознавая свою власть надо мной в этот момент. — Но тогда и ты выполнишь одну мою просьбу.
— Какую? — напрягся я, ожидая самого худшего.
Куда Олю может привести ее фантазия, я даже не догадывался. Но уж точно не ожидал дальнейших слов.
— Ты станешь за мной ухаживать. По настоящему!
Глава 11
— Чего такой загруженный, командир? — подошел ко мне Рустам, когда я вернулся в кубик из медпункта.
— Размышляю, в какую кучу проблем я вляпался, — на автомате ответил я ему, все еще переваривая требование Ольги.
Я не мог понять, зачем ей отношения со мной? Принцесса решила поиграть в любовь? Или ей дома не давали с мальчиками встречаться, и она сейчас отрывается? А почему со мной, а не с кем-нибудь из офицеров? Хотя-я-я… Те ведь тоже не дураки. Должны понимать, что за интерес к дочери императора им могут все, что ниже пояса, вырвать с корнем и сказать что «так и было». Собственно и мне могут, от того я и не рад, что красивая девчонка сама чуть ли не вешаться на меня стала.
— Разгребешь, — уверенно заявил Рустам. — Ты всегда из самых поганых ситуаций выбираешься, да еще и с прибытком. Лучше скажи, когда нам Лобастого ждать?
— Пока не знаю, — покачал я головой. — Я сделал все, чтобы он поскорее появился здесь. И даже больше.
— Неужели возникли проблемы? — удивился Рустам. — Ты потому такой загруженный?
— И поэтому тоже. Ладно, не бери в голову. Пойдем лучше на обед.
Вообще Ольга не просто сказала «ухаживать по-настоящему». Потом она пояснила, что под этим понимает. Ну, тут стандартный почти набор. Цветы, конфеты, свидания под небом по ночам. Еще — походы в ресторан или кафе, можно кино. «Как у всех» подытожила она. И все бы ничего, даже момент с тем, чья она дочь, опустим. Вот только ГДЕ Я НА ВСЕ ЭТО ВРЕМЯ ВОЗЬМУ?!!! Я же в Школе с армейским уклоном обучаюсь. Тут за дисциплиной следят, и отлучки по ночам из кубика не приветствуются. А еще цветы, конфеты — найти их на территории Школы, подозреваю, тоже будет непросто. Ну и для походов в ресторан и кино нужны увольнительные. Которые опять же не так-то просто получить. В общем, геморрой еще тот. Но и отступать и «давать заднюю» я не намерен. Раз уж впрягся за Петьку, надо идти до конца. Единственное, на чем я настоял — никаких свиданок и ухаживаний, пока парень не появится в ватаге.
Уж не знаю, к кому и как обращалась девушка, но уже вечером капитан Павлинов привел Петьку к нам в кубик.
— Травин, принимай пополнение, — с такими словами Вадим Семенович зашел к нам, тут же цепко обшарив взглядом, что происходит на вверенной мне территории.
Койки в спальной комнате заправлены, рюкзаки после похода в увольнительную сложены в тумбочки, а большинство парней сидят в комнате для досуга, смотрят телевизор. Не найдя толком к чему придраться, капитан слегка разочарованно скривился и покинул нас. Петьку тут же обступили мои ребята из старого состава банды.
— Ну как ты там? Не скучал без нас? — хлопнул его по плечу Артем.
— Какой-то ты помятый, — тут же заметил состояние Лобастого Толик. — Неужто проблемы были, пока добирался?
— Да так, — кинул на меня неприязненный взгляд Петька. — Легкие неприятности.
— Знакомьтесь пока, — кивнул я на парня остальным членам ватаги и посмотрел на бывшего друга. — Как устроишься, зайди ко мне в комнату. Разговор есть.
Дождавшись от Петьки согласного кивка, я ушел к себе. Думал, Лобастый подойдет не раньше чем через полчаса, но тот заявился уже минут через десять. Я как раз в этот момент читал основы ритуалистики. Небольшую брошюрку, что мне выдали на курсах по артефакторике с наказом изучить ее к следующему занятию.
— Давай сразу все проясним, чтобы дальше недоразумений не было, — так начал Лобастый, закрыв за собой дверь. — Когда ты меня позвал в свою ватагу, меня в аэропорту офицер ИСБ задержал. Требовал, чтобы я стукачом стал и про тебя докладывал. Но я не предатель, что бы там раньше не говорил! — зло чуть ли не выплюнул Петька мне в лицо. — А вот ты… К тебе есть вопросы. Откуда они узнали о том, что я владею техниками волевиков? Кроме как от тебя им узнать было не от кого.
— Ты забываешь про остальных парней, — покачал я головой. — Мы здесь уже почти месяц. Их по физухе постоянно гоняют. Спроси у них — не использовали ли они свои знания, чтобы хоть немного помочь себе в выполнении нормативов. И если ответ будет положительным, то подумай тогда — сколько понадобится армейскому офицеру времени распознать технику врагов в исполнении одного из ватажников.
Петька замолчал, всерьез задумавшись. А потом привел, как ему казалось, очень логичное возражение.
— Но тогда за мной пришли бы гораздо раньше.
— А нафиг ты им был нужен? — пожал я плечами. — Ты уж извини, но не того ты полета птица, чтобы за тобой бегать. Вот если бы ты начал направо и налево свои умения и навыки использовать, тогда да. Пришли бы и раньше.
— Зато ты — важный гусь, — фыркнул Лобастый. — Вон, даже магом стал. Искусственным!
Я напрягся.
— Откуда ты узнал?
— Да тот безопасник, что меня пытался завербовать, рассказал. Слушай, а как меня выпустили, если я отказался? — дошло до Петьки.
— Я постарался. Мне в любом случае кого-нибудь бы подсунули для пригляда, вот я и подумал, что даже если тебя завербуют, то я хотя бы смогу положиться на тебя в боевой обстановке. Ну а то, что ты бы сливал обо мне информацию, я бы как-нибудь пережил.
— Я не предатель, — снова вспыхнул Петька.
— Извини. Я уже понял это, — примирительно поднял я руку.
В комнате воцарилась тишина. Каждый из нас думал о своем. Я переваривал новость о том, насколько был неправ в оценке Петьки. Может он и метил в лидеры или просто хотел чувствовать свою важность и нужность банде, но уж сливать меня не стал. И тогда ведь все же пришел сначала со мной поговорить, а не сразу
