Акорион поднялся, с улыбкой взирая на людей.
В этот момент с моей головы медленно, но неотвратимо свалилась корона, покатившись по белой от вновь пошедшего снега брусчатке.
***
Позже, когда мы сидели в ресторации и ждали заказ, я никак не могла перестать смеяться. Нет, правда, это было ОЧЕНЬ смешно. И то, как Акорион осекся, когда свалилась корона, и то, как растерянные стражники переглядывались, не решаясь ее поднять, и то, как один все же решился и подал ее мне, а я чуть было не уронила снова и не полетела следом за короной - карета была слишком высокой.
Я не рискнула надевать ее снова, поэтому корона лежала рядом, пугая официантов.
- Таара, это не смешно.
- А по-моему очень смешно.
- Ты сделала это специально.
- Хаос, ты говоришь, как в детстве! Я не делала это специально, она свалилась сама. А чего ты хотел? Мы договаривались о кофе, Акорион. А ты устроил шоу.
- Я теперь король. Ты же видишь, я не могу просто так явиться в ресторацию и заказать кофе.
О, я видела: мы были здесь единственными посетителями. Не только из соображений безопасности, в этом мире Акориону никто не мог всерьез угрожать. Скорее всего, в Штормхолде больше некому было ходить в такие места. Вряд ли у людей сейчас есть деньги, их жизнь слишком резко поменялась.
А еще мы пугали персонал. Весть о том, что Даркхолд представил меня темной богиней, мгновенно разнеслась по Флеймгорду, и все, начиная от хостес, что провожала нас к столику, заканчивая официантом, принесшим заказ, испуганно косились.
Я не стала отказывать себе в удовольствии. Пережив стресс на глазах у толпы народа, я ужасно проголодалась, и теперь с наслаждением уплетала салат из холодной говядины, помидор и зелени.
- Ты и сама не готова пить со мной только кофе, - улыбнулся Акорион.
Злость за сорванное представление постепенно проходила.
- Попрекаешь сестру куском хлеба? Ну-ну, – хмыкнула я.
- Я радуюсь тебе, Таара. Кажется, с нашей последней встречи прошло столько времени. Когда это было? Не хочешь поговорить?
- О чем? Как у тебя дела я знаю, ты не скрываешься от общественности. А как у меня дела, рассказывать не хочу.
- А я бы многое хотел узнать. Например, что у тебя с тем мальчиком и насколько далеко вы зашли. Мне стоит волноваться?
- Пожалуй. Тот мальчик уже давно не мальчик, и осторожно - он может тебя сожрать. И я сейчас в прямом смысле.
- Что ж, я многое переосмыслил. Если тебе так важно спать с ним - мне плевать. Ты всегда любила играть со смертными, я выше того, чтобы опускаться до ревности к какому-то мальчишке.
То-то у него почти скрипели зубы от злости. Упоминание Бастиана и то, что я не стала отрицать наши отношения, вывело Акориона из себя. Он привык к страху, к тому, что я хорошо усвоила преподанный урок. Но теперь не было смысла скрываться, мы и так уже на пороге войны, а Бастиан всегда был целью брата. Я и не ждала, что Акорион обойдет эту тему стороной. А вот следующий вопрос удивил:
- Что с твоими крыльями? Почему их нет?
Он не знал? Значит, Ванджерий не поделился с хозяином итогами своей сладкой мести. Трусливый демон. Интересно, жив ли он после того, как потерял кулон-артефакт.
- Отрезала, – улыбнулась я. - Они меня раздражали. Напоминали о прошлой жизни.
- А ты упрямая.
Принесли кофе. Крепкий и черный, для нас обоих. Я любила именно такой: без сахара, сливок, с резким и терпким вкусом, но демонстративно из вредности налила молока.
- Я надеялся, ты чуть успокоишься. Дал тебе свободу, не стал преследовать и даже отпустил в то место, что Крост называл нашим домом. Думал, вернувшись туда ты, наконец, вспомнишь, почему ушла.
- Я и вспомнила. Из-за тебя.
- Не я предал тебя и не я силой сделал своей женой. Я всегда любил тебя, Таара. Всегда был рядом.
- Нет, дорогой братик, ты разрушил мою жизнь.
- Ты была несчастна с Кростом!
- Я была почти ребенком! Все дети бунтуют и ссорятся с родными! Ты как-то упускаешь то время, когда мы были счастливы. Когда все было хорошо, когда мы вместе жили в Штормхолде! А ты бесился, ненавидел Кроста за то, что тот требовал уважения к себе. Ненавидел меня за то, что я была с ним счастлива! Мы любили друг друга, а ты эту любовь разрушил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
В темных глазах Акориона полыхала ненависть. Вот оно, его слабое место. Ты можешь быть тысячу раз богом, но ты никогда не перестанешь быть ребенком, обиженным на отца. Он называет Бастиана мальчишкой, а сам готов уничтожить мир из-за обиды и неполноценности.
- Если вы так любили друг друга, зачем тебе ди Файр? Скажи, Таара… или Деллин, зачем тебе огненный король, если у тебя есть бог грозы?
- Затем, что я уже не твоя сестра, Акорион. Пора это понять.
- Тебе хочется так думать.
Я со вздохом откинулась на спинку кресла и протянула руку к короне. На глянцевой поверхности опала мерцали отблески свечей. Задумчиво я погладила острые пики и резко отдернула руку. На пальце выступили капельки черной крови.
- О, Таара… - Акорион будто бы и впрямь расстроился. - Ты должна быть осторожнее. Позволь, я посмотрю…
Мягко, но настойчиво, он взял мою руку в свои и склонился над порезом. Я непременно бы вздрогнула и отшатнулась, когда горячие сухие губы коснулись пальца, а язык слизнул капельки крови, но я не отрываясь смотрела на корону, пораженная внезапно пришедшей в голову идеей.
- Акорион…
- Да, милая?
- Можно я ее заберу?
- Корону? – Он нахмурился. – Конечно. Тебе можно все, Таара. Но я рассчитываю на благодарность.
- Какую же?
- Поцелуй. Настоящий поцелуй, такой, какие ты дарила, когда принадлежала мне. Всего лишь поцелуй, не такая уж большая цена.
- Хорошо, - ответила я.
И тут же себя обругала. Слишком поспешно! Слишком легко! Акорион это явно заметил, потому что с подозрением сощурился и произнес:
- Нет. Я передумал.
- Так нельзя! Ты пообещал! А как же извечное “тебе можно все…”?
- Я не знаю, зачем она нужна тебе, но если ты согласилась на поцелуй, значит, корона так же ценна, как жизнь Брины ди Файр. Ты верна своему Бастиану, без веской причины ты не станешь предавать его даже в мелочах. Видишь? Я хорошо изучил не только Таару, но и Деллин Шторм. Еще кофе, родная? Возьми десерт, здесь они великолепны. И позволь…
Он осторожно взял корону и отдал тут же подошедшему стражу.
- Заприте в сокровищнице и выставите охрану.
Я почувствовала досаду. Вот черт! Почему актерское мастерство, которое иногда так нужно, все время мне отказывает? Придется найти другой способ получить еще парочку вещиц из коллекции Таары. Они ведь все сделаны с использованием чистой магии, древней магии, необработанной. Из нее можно сделать оружие. С ее помощью можно отплатить Акориону его же монетой и отправить к папочке хаосу навсегда.
В моих глазах отражалось все, о чем я думала. На миг мне показалось, будто брат умеет читать мысли, но на самом деле Акорион просто внимательно за мной наблюдал. Искал лазейки, слабые места.
- Предлагаю обсудить планы на будущее. Я думаю, мы сумеем найти компромисс, любовь моя, при котором я получу тебя, а ты - все, что только захочешь. Или кого…
Хорошо, что в этот момент я не пила кофе, потому что иначе непременно поперхнулась бы, забрызгала белые салфетки – и все это на глазах у свиты, стражи, призрачных принцесс. Вышло бы очень неловко. Я предполагала, что Акорион попытается заговорить о моем возвращении, но никак не ожидала, что он заведет разговор в таком ключе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
- Поясни, пожалуйста, что ты имеешь в виду.
- Ты знаешь, что я имею в виду. Если ты думаешь, что я собственник – то глубоко ошибаешься. Но мы оба знаем, что между нами есть связь. Что тебя тянет ко мне, ты не хочешь настоящей войны. Спроси себя, Таара, сможешь ли ты убить меня, своего брата, любовника, частичку себя? Поднимется ли рука в случае победы?
