Какой кошмар!
Кристина старалась не обращать внимания на притихший класс, но буквально всей кожей ощущала на себе взгляды мистера Коллинза и Ника Вуда. И если первый был откровенно осуждающим, то характер второго она не бралась определить, поскольку не смела повернуть голову в сторону окна.
Она готова была сползти под стол, или, еще лучше, провалиться сквозь землю, только бы не чувствовать осуждение старого преподавателя, которого она уважала.
– Я задал вам вопрос, мисс Риверс, – сухо повторил он. – Какое же название сейчас носит упомянутый мной населенный пункт, столь печально известный три столетия назад?
Какой населенный пункт? О чем он вообще говорит?
Стыд жег ей щеки. Кристина ощутила в пальцах колючие иголочки пробежавшего тока и сжала взмокшие от волнения ладони. Она уже была готова признать свою нерадивость и невнимательность, как вдруг в тишине класса негромко, но очень четко прозвучал хрипловатый голос:
– Позвольте, мистер Коллинз, я отвечу. Это Дэнверс, штат Массачусетс.
– Благодарю вас, мистер Вуд. Действительно, это Дэнверс, – не поворачиваясь к нему, сказал преподаватель. Затем он печально вздохнул и добавил, обращаясь к Кристине, окаменевшей под его суровым взглядом: – А вам, мисс Риверс, я бы порекомендовал быть чуточку внимательнее на моих занятиях и проявлять уважение если не ко мне, то хотя бы к истории своей страны.
Мистер Коллинз развернулся и, чуть заметно прихрамывая, направился к своей кафедре. Вслед за ним, потеряв к происходящему интерес, один за другим от Кристины стали отворачиваться остальные присутствующие в классе.
Сгорая от стыда, она все-таки нашла в себе мужество вновь посмотреть на Ника. Он сидел в пол-оборота к ней и даже не думал отворачиваться. Как ей показалось, серые глаза смотрели на нее с жалостью. Опасаясь, что сейчас от досады прокусит губу, Кристина чуть заметно кивнула ему, благодаря за помощь, и увидела, как в ответ по его непроницаемому лицу скользнула тень неровной улыбки.
Боже, наверняка Ник ее презирает… Что ж, поделом. Хотя презрение – это уже что-то. По крайней мере, наконец-то он ее заметил! А радоваться ей или огорчаться причине его внимания, она потом решит. Сейчас она просто смотрела Нику в глаза и таяла, как весенний снег.
В эту минуту прозвенел звонок и заставил их обоих обратить внимание на учителя. Тот шумно захлопнул книгу и, убирая очки в золоченой оправе в потертый кожаный чехол, устало произнес:
– Ну что ж, дорогие мои, на сегодня все. Не забудьте, на следующей неделе, во вторник, у нас семинар, подготовьтесь к обсуждению, темы я вам уже раздал. Надеюсь, список литературы записали все. И еще, – он медленно обвел класс взглядом, словно подсчитывая количество присутствующих, – настоятельно рекомендую заниматься парами. Это дает мне призрачную надежду, что хотя бы у половины будущих вершителей истории останется в голове что-то существенное и из прошлого.
Кристина дождалась, пока класс опустеет, и только тогда поднялась из-за стола. Миранда, пританцовывая от нетерпения, ждала ее в коридоре у двери.
Выходить туда и встречаться с одноклассниками не хотелось, поэтому Кристина медлила. Собирая свои вещи, она уронила ручку на пол, потому что никак не могла успокоиться после неприятного инцидента. Она оглядела проход между рядами, заглянула под стол, но ручка как сквозь землю провалилась.
Пришлось присесть.
Куда же она укатилась? И почему всегда маленькие, но нужные вещи так паршиво себя ведут? Оторвавшаяся пуговица, например. Заколка-невидимка. Или ручка…
– Тебе помочь?
Кристина посмотрела вверх и остолбенела: рядом с ней стоял Ник Вуд. Хороша же она, должно быть… Второй раз с ним сталкивается (причем первый раз буквально и оба раза чувствует себя не в своей тарелке. Он решит, что она неуклюжая и вечно с ней что-нибудь случается. А тут еще этот простецкий вопрос, на который она не сумела ответить на уроке…
Из-за него, между прочим!
– Что? – одними губами ответила она.
Наверное, это сон – Ник Вуд стоит рядом и разговаривает с ней. Кристина на миг зажмурилась. Сейчас она откроет глаза, и его, разумеется, не будет. А ей останется поздравить себя с переходом на новый уровень галлюцинаций.
Она чуть не засмеялась – все, дожили – и подняла голову.
В этот раз перейти на новый уровень не вышло: Ник Вуд и не думал никуда пропадать.
– Я могу тебе помочь? – повторил он, словно не замечая ее состояния. – Ты, кажется, что-то ищешь?
Кристина неловко выпрямилась, одернула юбку и нервно улыбнулась:
– А… нет… ерунда, я ручку потеряла.
Ник внимательно оглядел пол и через мгновение сделал шаг в сторону.
– Вот она, держи. Откатилась к окну.
Он протянул ей ручку и тут только обратил внимание на этот небольшой предмет, так некстати блеснувший золотым пером.
– Надо же, «Паркер». А ты говоришь – ерунда!
– Это подарок отца, – быстро проговорила Кристина, забирая у него ручку и засовывая ее в сумку. – Большое спасибо.
Она в который раз за сегодняшний день прикусила от досады губу и поморщилась от неожиданной боли. Предупреждала же ее Миранда о том, что она во всем слишком выделяется. Сейчас вот эта несчастная ручка… Ну что ей стоило уронить простой карандаш?
Вспомнив, однако, что карандаш у нее далеко не такой простой, как ей бы хотелось, Кристина невольно покачала головой. Нет, его тоже не стоит ронять, терять и вообще демонстрировать окружающим. А может, Миранда права, и надо стараться быть такой, как все?
Она опустила глаза. Джинсовая юбка и темно-синий, под цвет глаз, шерстяной джемпер. Замшевые закрытые туфли на среднем каблучке. Ну, хоть внешний вид вполне заурядный. По крайней мере, фирменные бирки с запредельными ценниками на одежде не висят, поэтому все может сойти за наряд из обычного магазина.
Наверное.
О чем она думает, Господи? Ведь рядом с ней стоит он! Нет, это какой-то обман. Этого просто не может быть…
А Ник, между тем, не растворялся в воздухе и не уходил. Наоборот, он протянул ей руку и сказал:
– Здравствуй! Я Ник Вуд.
– Привет, а я Кристина Риверс.
Она лишь слегка коснулась его теплой ладони своей ледяной от волнения рукой и тут же спрятала ее за спину, чтобы Ник не заметил, что она дрожит.
– Я знаю, ты новенькая.
Я тут всю жизнь для всех буду новенькой…
– Да, я тебя тоже знаю, – Кристина произнесла это и тут же пожалела.
Светлые брови взлетели вверх.
– А, прости, тогда в коридоре нехорошо получилось, – ответил Ник с виноватой улыбкой. – Я спешил, вот и толкнул тебя. Прости, пожалуйста.
– Ничего, все в порядке, – изо всех сил стараясь держаться естественно, что удавалось ей с большим трудом, Кристина надела ремень сумки на плечо, чтобы хоть чем-то занять руки. Но в груди разлилось тепло – значит, он все-таки помнит ее!
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
