Даже решила, что в квартиру проник посторонний!
Например, недоброжелатель какой-то. Возможно, грабитель!
Но разве стал бы он так провокационно зажигать свет?
Может быть, он просто хотел сбить меня с толку?
Что ж, ему это удалось!
Осталось только напасть, я а приготовилась защищаться, мысленно перебирая предметы, которые могу запустить в наглеца. Рука потянулась к тяжелой монетнице, стоящей на тумбе. Обычно мы туда опускали ключи.
Мое запястье перехватывают мужские пальцы.
— Добрый вечер, малыш! Не думал, что я заслужил такого отношения! — мягко, с укором произносит мужской голос.
Это голос моего мужа. Я распахиваю глаза, его лицо, знакомое, родное, оказывается невероятно близко от моего лица!
Он словно планирует меня поцеловать, сделав это как ни в чем не бывало!
Неслыханная наглость!
Сначала ребенка принес, неизвестно откуда, заявив, что имеет на это право. Теперь еще и это… поджидает в темноте!
Как преступник.
Хотя, по сути, так, может быть, и есть, в аспекте наших отношений, он — злорадный нарушитель!
Я в последний миг ухожу от его поцелуя, сделав шаг назад, и с грохотом опускаю монетницу на тумбу.
— Черт бы тебя побрал! Слава! — восклицаю я. — Ты… Ты, вообще, в своем уме?!
— Малыш, ты чего на взводе? — удивляется.
Я трясу головой, отхожу назад со смехом. Но это, скорее, нервный смех. Да, точно нервный, ни капельки не веселый!
— Почему я на взводе? Ты серьезно это спрашиваешь! Как долго ты собираешься валять передо мной дурака, а? Скажи! — невольно повышаю голос.
Я говорю громче, чем следовало бы.
Надо оставаться спокойной, во что бы то ни стало! Но у меня не получается. Кажется, я достигла точки кипения. К тому же сегодняшние сообщения Славы, его невозмутимый вид и ссора с подругой добавляют остроты.
— Милана, прошу, успокойся. Давай поговорим! — предлагает Слава.
— Ах, ты теперь поговорить хочешь? Теперь?!
— Милана, прошу…
— Хватит с меня твоих просьб, Слава. Когда я просила тебя рассказать, что, черт возьми, происходит, ты сделал вид, будто не слышал моих вопросов. Я задавала тебе вопросы снова и снова, но ты увиливал от ответов. Еще и маму свою приволок, как будто отгородился от меня, спрятавшись за ее склочный характер. Теперь ты решил поговорить? Слишком… поздно для разговоров!
Муж отступает на шаг, задумчиво волосы ерошит, смотрит на меня с удивлением.
— Милана, — бормочут его губы. — Какая муха тебя укусила? Ты через предложение чертыхаешься!
Он подходит ко мне пытается расстегнуть верхнюю одежду, обнять. Но я вырываюсь из его рук, хотя, признаться, внутри все ноет.
Я хочу его объятий и ласковых поцелуев.
Хочу вернуться в то время, когда все было легко, просто.
Почему нельзя отмотать пленку и вернуться туда, где нам было хорошо вдвоем, когда у нас все было общее и понятное!
Что за недомолвки и тайны? Обиды…
Теперь я смотрю на Славу, он находится на расстоянии метра от меня, но чувствую, будто он далеко, а между нами выросла незримая, но толстая стена.
— Милана, я такой тебя никогда не видел! — говорит он взбудораженно. — Ты взвинченная, говоришь громким голосом.
— Ааа… Ты привык к тихой и послушной жене, которая привезла бы твоей маме тапочки! — усмехаюсь. — Все, попрощайся. Той Миланы больше нет. Подруга была права. Доброта не ценится даже самыми близкими, все норовят вытереть о тебя ноги.
Слава мрачнеет, тоже заводится и начинает ходить кругами.
— Подруга. Ясно! — восклицает он и дергает воротник рубашки. — Твоя долбаная подруга. Ну, конечно! Конечно, она! Умнее всех, лезет в нашу семью! Настраивает тебя против меня…
— Ой, вот только не надо! Хочешь сказать, что подруга во всем виновата? Наверное, именно она притащила в наш дом ребенка чужого.
В квартире становится жарко, я расстегиваю пуговицы до самого низа и прохожу мимо мужа, в его кабинет, чтобы взять свои документы. Пароль от сейчас я знаю назубок. Но когда прокручиваю колесико, выставив его на нужные позиции, внезапно оказывается, что дверь не поддается.
Наверное, я слишком сильно нервничаю. К тому же мне жарко.
Я скидываю зимнюю одежду, повесив на спинку кресла, снова ввожу пароль. Муж застыл в дверях, наблюдает за моей попыткой.
Она снова оказывает безуспешной.
— Зря стараешься. Я пароль изменил! — наконец, соизволил сказать он и закрывает дверь.
— Чтоооо?! Ты… Ты изменил пароль от нашего сейфа, где лежат не только твои, но и наши общие документы, и только мои — тоже! Изменил пароль, и молчишь? Ты… У меня просто нет на тебя хороших слов. Ты наблюдал, как я пытаюсь ввести пароль, и просто молчишь! О чем еще ты умолчал? Ну, кроме ребенка…
— Сядь, успокойся. Я готов поговорить. Как видишь! — разводит руками в стороны. — Без лишних ушей!
— Где же твоя мама и твой ребенок? — выплевываю я.
— Успокойся! — кричит Слава, его лицо покраснело. — Думаешь, мне легко? Я делал это ради нас, ради, млин, твоей мечты!
— Больше мои мечты с тобой никак не связаны! Понятно?!
— Не знаю, что ты себе в голове придумала, — усмехается довольно жестко. — Какие фантазии у тебя появились, малыш. Но ты… Ты — моя жена! ЖЕНА! Ею и останешься!
— Черта с два! Я подаю на развод.
— Я тебе его не дам! — снова повышает голос и, подойдя к столу, бухает по нему кулаком.
Я вздрагиваю. Слава меняется в лице и трет его.
— Извини. Не спал… Все это время я толком не спал.
— Что, ребенок тебе спать мешает?
— И это тоже. Без шуточек, давай, а? — огрызается.
— Откуда ребенок? — спрашиваю я.
—
