Адвокат собственноручно обыскал карманы мертвеца. Они оказались пустыми так же, как и пояс.
— Его уже ограбили, — сказал адвокат. — Стало быть, мы имеем дело с убийством, отягченным ограблением. Наш долг — найти убийцу. Следы показывают, что преступление совершено не в одиночку. Нападающих было много. И когда я подумал, что нечистая совесть преступника должна гнать его к месту преступления, я предположил, что нам вовсе не надо далеко ходить, чтобы найти убийц. Братья Хофман, объявляю вас своими пленниками. Вы будете сопровождать нас до ближайшего поселения, а это — Хельмерс-Хоум. Там мы расследуем дело по всей строгости закона. — Он встал перед братьями в позу, которая, по его мнению, должна была вызвать к нему уважение. — Сдайте оружие! — добавил он повелительным тоном.
— Весьма охотно, — ответил Джим. — Вот тебе мое ружье. Хватай!
И он прицелился в адвоката. Щелкнули курки. Джибсон испуганно отскочил в сторону и закричал:
— Негодяй! Ты намерен сопротивляться?
— Ну, нет, — Джим рассмеялся. — О сопротивлении не может быть и речи. Я только хочу попросить тебя как можно осторожнее взять ружье из моих рук, иначе оно может выстрелить, и тогда всей твоей адвокатуре конец. Ну, берись аккуратно за ствол.
— Еще одна насмешка? Парень, я прикажу тебя связать, и так крепко, чтобы ты корчился от боли! Мне это будет очень приятно, так как связанный человек быстрее успокаивается.
— А чтобы другие господа освободили руки для этой работы, мы хотим их освободить от наших мулов… Полли, ко мне!
— Молли, сюда! — крикнул и Тим.
Животные до сих пор спокойно позволяли держать чужакам поводья. Но едва услышав повелительные голоса хозяев, они тотчас вырвались и с фырканьем приблизились к братьям.
— Держите же их! Держите! — заорал Джибсон, но было уже слишком поздно.
— Не утруждайте себя! — рассмеялся Джим. — Вы не сможете удержать нашу скотинку. Они просто растопчут вас копытами. Оказывается, двоих настоящих вестменов совсем не так легко поймать.
— Если вы не остановитесь, я прикажу стрелять!
— Ого! Этого вы не сделаете! Вы наверняка заметили, что мы вас не боимся. Это заметно хотя бы по тому, что я не держу ружье на изготовку. Но уверяю вас: тот, кто приблизится к нам на три шага, немедленно получит пулю в лоб. Такие люди, как вы, здесь не очень ценятся. В лучшем случае над такими смеются. Чего стоят здесь, на краю Льяно, десять адвокатов против одного-единственного степняка! Здесь говорят языком пороха и свинца, а в настоящей схватке вы против нас что дети. Против наших пушек вы просто не выстоите со своими воробьиными ружьишками — можете мне поверить. Нам не нужны правоведы с Востока. Мы изучили законы прерий и знаем все их параграфы. Мы честные люди, и относительно нас вы заблуждаетесь. Но мы не станем вас наказывать, потому что ваше полицейское остроумие очень нас позабавило. Вы стояли перед мертвецом, словно кучка первоклашек перед египетской пирамидой, и для нас было высочайшим наслаждением слушать ваши мудрые рассуждения. Разобраться в таком деле не научат ни в одном колледже, ни в одном университете. Запомните это. Нужные для этого знания усваивают только в высшей школе прерий, а там любого из нас можно, пожалуй, назвать только «кокни»51. Теперь с этим делом придется разбираться нам самим, и тогда вы узнаете, к какому результату мы придем. К сожалению, вам неизвестно, какое большое значение придается в таких случаях следам. Вы позволили своим лошадям топтаться здесь, как им хотелось. Теперь следы прочесть почти невозможно. Мы все-таки попытаемся справиться с этим. Давай-ка, Тим, пойдем по кругу: ты направо, я налево, пока мы не встретимся.
Такой способ изъясняться, к какому прибег Джим, произвел сильное впечатление. Никто из шестерых, даже Джибсон, не возразил ни слова, хотя лица их нахмурились. Однако, когда братья разошлись в разные стороны, ни один не осмелился им помешать или хотя бы попытаться снова схватить мулов.
А оба охотника тщательно осматривали землю, двигаясь по широкому кругу, центром которого был убитый человек. Встретившись, они поделились своими наблюдениями, а потом осмотрели лошадь убитого и затоптанное место. Тщательность, с которой они рассматривали даже отдельные камешки, могла показаться даже смешной. Наконец братья о чем-то тихо переговорили и, казалось, пришли к твердому мнению. Потом Тим обратился к адвокату:
— Мастер Джибсон, вы хотели нас арестовать, потому что я рылся в карманах у мертвеца. Точно с таким правом мы могли бы задержать вас, потому что вы тоже находились на месте преступления и проверили потом те же самые карманы. Но мы убедились, что вы невиновны. Значит, вам нечего бояться.
— О, и я тоже знаю, что мы невиновны, но что вы мне сможете сделать?
— Все, что нам только захочется. У вас нет никакого представления о жителях Дикого Запада. Если нам понадобится, то мы свяжем всю шестерку и в таком виде доставим в Хельмерс-Хоум, несмотря на все ваше оружие. У вас был бы только один выбор: между повиновением и смертью. Хорошо, что дело обстоит по-другому! Когда мы подъезжали, вы находились у трупа. Следовательно, у нас были все основания подозревать вас, тогда как высказанное вами недоверие к нам было совершенно бессмысленным. Одно то, что этот человек оскальпирован, должно было привести вас к догадке, что он пал от пули индейца. Мы сразу же об этом догадались и нашли подтверждение своему предположению. Впрочем, скорее всего над убитым вершили правосудие. Сначала мы ему посочувствовали, но теперь оказалось, что зря. Он был плохим человеком, состоял в одной из разбойничьих банд, бесчинствующих в этих краях. Берегитесь их!
Его слова вся шестерка встретила с величайшим изумлением.
— Как? — спросил Джибсон. — Вы все это прочитали по следам?
— Это и еще многое другое.
— Просто невероятно!
— Вы новичок в этом деле, потому так и говорите. Следы можно читать столь же уверенно, как строчки и страницы в книгах. Конечно, для этого надо знать Дикий Запад. Мы его знаем, а вы — нет. Парня подстрелили совсем не там, где он теперь лежит. Вы заметили, что пуля прошила тело насквозь и вышла из спины?
— Да.
— Пойдемте-ка в сторонку!
И все пошли за Тимом. Через несколько шагов тот остановился и указал на твердую обнаженную породу, из которой слагался грунт. В ее углублении скопилась большая лужа свернувшейся крови.
— Что вы здесь видите? — спросил Тим адвоката.
— Кровь, — ответил Джибсон.
— А больше вы ничего не заметили?
— Нет.
— Значит, у вас маловато таланта криминалиста, хотя вы и отважились было нас арестовать. Взгляните-ка вот на эту маленькую вещицу. Что это, по вашему мнению?
