так, как ты этого захочешь.
— Послушай меня, — он хватает меня за руку и толкает в темный угол, нависая сверху, — мне плевать, насколько вы задержитесь в моем доме. Можете пока порадоваться, что твоя мать заарканила богатого мужика. Но не смей указывать мне, как я должен себя вести. Понятно, мелочь серая?
Я вжимаюсь в стену, чтобы увеличить расстояние между нами. Воздух чуть ли не искрит от его ярости, и я от волнения закусываю губу.
Он внезапно замолкает, и я снова ощущаю взгляд, как и ночью. Он направлен в район моего рта. Руслан делает глубокий вдох и приближает ко мне лицо. А я и вовсе перестаю дышать в ожидании, что он сделает.
Он скользит большим пальцем по нижней губе и освобождает ее от зубов. Открывает рот, чтобы что-то сказать, но звенит звонок, и Руслан дергается, отстраняясь. Окидывает меня задумчивым взглядом, от которого по телу разливается дрожь, и скрывается из вида.
Какое-то время я пытаюсь привести чувства в порядок, но ноги упорно не хотят слушаться и двигаться. Сердце колотится так, что уши закладывает.
Что это, блин, было?
* * *
Выхожу после пар и достаю телефон, чтобы позвонить маме.
— Эй, мышка, — летит в спину знакомый голос.
Но продолжаю идти вперед, игнорируя обращение.
До меня доносится тяжелый вздох.
— Карина.
Замедляюсь и поворачиваюсь к прислонившемуся к машине Руслану.
— В машину садись.
— О, — удивленно выгибаю брови, — неужели звезда решила снизойти до меня?
— Ты сейчас договоришься, что пешком пойдешь.
— Да с чего бы? Маме позвоню.
Сзади кто-то фыркает, но я не свожу взгляд с этого индюка. Раздражает своим высокомерием! Словно сам Господь Бог снисходит до меня.
— Они уехали на встречу. Садись давай, — говорит уже с нажимом.
Делаю несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться. Если этот индюк не врет, то он мой единственный шанс быстро и безболезненно доехать до дома.
— Рус, — Руслана окликает его друг и парень замирает возле открытой двери, — не забыл? Сегодня в восемь.
— Забудешь тут, — бормочет парень и садится в машину.
Я, насколько позволяет мне моя врожденная грация, плюхаюсь на пассажирское сиденье. Тут намного теснее, в отличие от машины Владимира. Незаметно окидываю взглядом аккуратный салон из светлой кожи. Панель увешана какими-то примочками, в которых я не разбираюсь и даже не буду пытаться.
Руслан срывается с места, и я вжимаюсь в кресло. Машина моментально разгоняется до ненормальной скорости, а перед глазами мелькает воспоминание нашей прошлой поездки.
— Что, даже не пискнешь, что скорость высокая?
Сжимаю пальцы на обшивке сиденья. Закусываю губу, чтобы не начать читать нотации. Я лучше промолчу, иначе он меня посреди трассы выкинет и глазом не моргнет.
— Ага! — ржет этот индюк и бросает на меня взгляд, в котором пляшут чертики. — Чувствуешь, что если не то выдашь, то пешком пойдешь?
На кончиках пальцев начинается зуд от желания врезать по самодовольной роже, но я откладываю это на потом. По крайней мере пока не окажусь в безопасности.
Молча доезжаем до дома, и я поднимаюсь в комнату. Чтобы как-то убить время до ужина, перебираю вещи и спускаюсь в прачечную. Да, в этом доме есть прачечная. Небольшое помещение со стиральной машинкой, корзиной для белья, сушилкой и гладильной доской.
В стиральной машинке уже лежат вещи, и я понимаю, что принадлежат они Руслану. Светлые вещи.
Роюсь в своей одежде и нахожу нужную вещицу. Губы растягиваются в кровожадной улыбке. Хотя я и представляю, что мне может быть за мою выходку.
Прости Русичка, но никому не позволено затыкать меня.
Руслан
Падаю на кровать и впериваю глаза в белый потолок. Эта девчонка все нервы мне вытянет своими закидонами! Только вот когда она сегодня была так близко, мысли были совсем не о том, чтобы проучить или наказать ее. И если бы не гребаный звонок…
Стряхиваю с себя мысль, что мы с Кариной сейчас вдвоем в доме и отец с Настей не вернутся до вечера. А эта девчонка всего лишь через коридор, и стоит…Так, стоп! Что там стоит? И у кого?
Фыркаю. Вскакиваю на ноги с внезапным желанием свалить от нее подальше. Совсем уже мозг атрофировался, раз допускаю мысли об этой мыши.
Зарываюсь в гардероб.
— Да блин! — вырывается от мысли, что завтра игра, а я благополучно забываю постирать форму.
Рычу сквозь зубы. Да уж, без нашей Аллы все тормозится неимоверно. Так закинул грязную одежду в корзину, а на следующий день уже все отглажено и аккуратно сложено в шкафу. Сейчас же черт-те что. Каждый сам за себя.
Ну, не считая завтрака. Тут Насте стоит отдать должное, готовит она хорошо, и я даже не отравился.
Выхожу из комнаты и натыкаюсь на меховой комок, который вроде как должен быть котом. Подавляю в себе желание зашипеть на животину. А животина как ни в чем не бывало подходит и трется о спортивки, которые через минуту покрываются серой шерстью.
— Карина, твою мать! — ору на весь дом, хватая кошака в охапку.
Без стука вламываюсь в ее комнату и скидываю с себя это меховое нечто.
— Я тебе че сказал?
Девчонка смотрит на меня испуганными глазами, потом переводит взгляд на ошарашенного кота, и я вижу на ее лице извиняющуюся улыбку.
— Я же не виновата, что он от тебя без ума.
— Я тебе сейчас свои штаны на чистку принесу, мышь, — зло выплевываю я и выхожу из комнаты, громко хлопнув дверью.
— Индюк, — приглушенно доносится вслед, но я заставляю себя проигнорировать.
В противном случае, застряну дома с этой занозой в з…
С подозрением смотрю на стиральную машинку. Я точно, когда был в последний раз тут, не закрывал дверцу и не включал ее. Вытаскиваю влажную одежду и чувствую, как внутри все закипает от бешенства.
Носок. Красный. С моей белой формой.
— Ах ты ж зараза мелкая! — дом сотрясается от
