Черные колготки можно надеть в любом случае. В фильме, который видела Дженни, Мег Райан носила черные колготки под почти такое же платье. Конечно, Дженни не обладала внешностью Мег Райан, ее улыбкой и мужеством. И Дженни бы ни за что не смогла выдержать, чтобы люди смотрели на нее так, как они смотрели на Мег Райан. Дженни была очень замкнутым человеком.
Сегодня вечером, однако, что-то должно было произойти. Сегодня она собиралась встретить кого-то столь же прекрасного, как Самый Сексуальный Мужчина Планеты. Он должен проехать через городок по пути туда, где его ждала хорошая работа и уютный дом, и влюбиться в нее с первого взгляда так сильно, чтобы убедить бежать с ним, прежде чем неделя подойдет к концу. И она согласится. Она не станет раздумывать. Он – единственный, кого она ждала все эти годы.
За углом Мэйн-стрит туман поредел настолько, что стали видны тенты, за установление которых, во имя обновления облика города, жители проголосовали в прошлом марте. Тенты были темно-зелеными, с крупными белыми буквами, обозначавшими по порядку скобяную лавку, аптеку, редакцию газеты, магазин уцененных товаров и кондитерскую – по одной стороне улицы и бакалейную лавку, садовый центр, закусочную, лавку мороженщика и магазин одежды – по другой.
Дженни не понимала, какой смысл в тентах, если все остальное не меняется. Машины, припаркованные вдоль тротуара, были теми же самыми машинами, которые парковались на одних и тех же местах в одно и то же время каждое утро. Те же люди заходили в те же магазины. Те же люди сидели на тех же деревянных скамейках. Те же люди глазели на нее, когда она проходила мимо.
Дженни не могла помешать им глазеть. Наклонив голову так, чтобы козырек кепки закрывал лицо, она засунула руки в карманы и продолжала свой путь. Она не ждала приветствий и не получила ни одного. Дойдя до магазина мисс Джейн, она бросила на свое платье быстрый взгляд и проскользнула внутрь.
Мисс Джейн была маленькой женщиной с громким голосом. Пытаясь справиться с огромными кусками оберточной бумаги, чтобы завернуть нечто, по-видимому представляющее собой объемистую покупку Бланш Данлэп, она не прекращала громогласно вещать:
– …и она поехала в Конкорд и купила эти тарелки за полную стоимость! Платье я еще могу понять, – это было сказано с неподдельной нежностью, – но тарелки?! Говоря откровенно, я расстроена… – В этот момент она заметила Дженни и замерла с открытым ртом. Потом все-таки кивнула: – А, Мэри-Бет.
– Здравствуйте, – проговорила Дженни приветливо – как ей хотелось надеяться, – глядя на хозяйку магазина. Дженни остановилась в дверях, глядя то на обеих женщин, то в пол, пока те не вернулись к прерванному занятию. Под нескончаемый шорох бумаги она пыталась придумать, что сказать, но в голову лезла только мысль: как это хорошо, что почти никто в городе не называл ее Дженни. Это было облегчением. Но про нее уже почти забыли, так как в этот момент занавески примерочной раздвинулись, и оттуда появилась дочь Бланш, Маура.
– Мам, помоги мне, пожалуйста. – Она извивалась, безуспешно пытаясь справиться с лямкой рюкзака-«кенгуру», криво свисавшего у нее спереди.
Дженни училась с Маурой в школе. Хотя их трудно было назвать лучшими подругами, Дженни улыбнулась:
– Привет, Маура!
Маура удивленно подняла глаза. Она посмотрела по очереди на Дженни, мать и мисс Джейн. Подойдя поближе к матери, она подергала за лямку.
– Привет, Мэри-Бет. Господи, сто лет тебя не видела. Как поживаешь?
– Хорошо. Это твой маленький?
– Угу. – Из рюкзака выпирало что-то неопределенное. Дженни осмелилась приблизиться на шаг и вытянула шею, но почти ничего не разглядела.
– Кто?
– Мальчик. Что там такое, мам? Что-то перекрутилось. Мое платье уже завернули? Я опаздываю.
Мисс Джейн засуетилась еще больше, укладывая свертки в пакеты. Бланш занялась лямками рюкзака. Маура натянула на маленькую лысую головку ребенка шапочку.
Дженни ощутила, как растет внутри мучительная пустота. За всю жизнь можно было бы уже привыкнуть к тому, что на нее глядят с опаской, нервно шарахаются и старательно избегают. Но ее до сих пор не покидала надежда, что все может измениться. Она все еще мечтала, что в один прекрасный день горожане начнут принимать ее с той же теплотой, как и друг друга.
Мечта быстро стала мольбой: Дарден Клайд возвращался, она нуждалась в помощи.
Бланш сделала вид, что справилась с лямкой. Маура торопливо сортировала пакеты, вместе с матерью выражая благодарность мисс Джейн короткими улыбками и понимающими взглядами. Когда взгляд кого-нибудь из них случайно падал на Дженни, улыбки становились натянутыми. Она отступила в сторону, освобождая им проход.
– Я правда опаздываю, – сказала Маура. – Береги себя, Мэри-Бет.
Не успела Дженни поднять руку, чтобы махнуть на прощание, как за ними уже закрылась дверь. Сжав пальцы в кулаки, она дала себе минуту на то, чтобы справиться с ощущением опустошенности.
– Мэри-Бет, тебе подсказать что-нибудь? – вежливо поинтересовалась мисс Джейн.
– Я хотела бы купить вот это. – Дженни повернулась в сторону витрины.
– Что?
Дженни подбородком указала на платье.
– Я смотрю на него целое лето. Мне хотелось бы сегодня пойти в нем на танцы.
– Сегодня? В этом платье? О, дорогая, я боюсь, что ничего не получится. Это платье уже продано.
У Дженни упало сердце.
– Тогда почему оно до сих пор в витрине?
– Ну, именно это – нет, но мне кажется, это не твой размер. Твоего размера уже не осталось.
Глядя на платье сзади, Дженни увидела, что оно заколото булавками по фигуре манекена. Но манекен был слишком тощий. А Дженни – просто стройная. Оно должно было подойти ей.
– А можно померить?
– Можно, если ты хочешь прикинуть цвет и фасон, но ты только зря потеряешь время. Я никак не смогу достать нужный размер к сегодняшнему вечеру. Я не уверена, смогу ли я достать его вообще. Это платье из летней коллекции. Сейчас поступают только осенние и зимние вещи.
Танцы занимали мысли Дженни не одну неделю. И все это время она представляла себя в этом платье. Она подошла к витрине и потрогала материал. Он был таким же мягким, как она представляла.
– Вы же занимаетесь подгонкой?
– Подгонкой, да. Но не перекраиванием. Для тебя это платье слишком большое, Мэри-Бет.
– Называйте меня Дженни, – негромко, но с вызовом проговорила она. Что-то подсказывало ей, что мисс Джейн будет называть ее Мэри-Бет до самой смерти, поэтому можно было не бояться, что это дойдет до ее отца. – Пожалуйста, разрешите мне его примерить.
От одного взгляда в трюмо у задней стенки примерочной самообладание едва не покинуло Дженни. Но она хотела купить это платье. Поэтому, отвернувшись, она наклонилась и стянула с ног тапочки. Потом сняла кепку и, продолжая стоять к зеркалу спиной, заново собрала волосы в «хвостик». Она пыталась подобрать ускользнувшие пряди, когда в примерочную зашла мисс Джейн с платьем в руках и выражением муки на лице.
