загорелись — дело-то хорошее! Наступила пора, когда «травы и деревья ощущают приход весны». В сентябре 1979 года IV пленум ЦК КПК XI созыва издал «Решение ЦК КПК по вопросам ускоренного развития сельского хозяйства». Два аспекта в нем были важнейшими: во-первых, уважение суверенитета производственных бригад и права собственности; во-вторых, увеличение закупочных цен на продукцию сельского и подсобного хозяйства и рост доходов крестьян. Первый пункт можно назвать «ослаблением контроля», а второй — «отказом от части прибыли». Эти два пункта привели всех в восторг. Для крестьян настали неплохие времена!
Разве это не хороший вариант развития сельского хозяйства? Идея менять высаживаемые сельскохозяйственные культуры, используя правила севооборота, позволит на одной и той же земле получать стабильные прибыли.
Подул весенний ветер, и пошел весенний дождь! Оуян Дэ, Ли Цзинь-вэй, Чжэн Цзиньтао и другие руководители уезда Дунгуань собрались для обсуждения вопроса. У Ли Цзиньвэя был живой ум, он мгновенно прикинул: «Один му поливного риса дает 300 юаней, разбиваем на нем апельсиновый сад и получаем доход в 2000 юаней…» Разница огромная! Это было как коллективное озарение, словно команда корабля после долгого морского путешествия увидела на горизонте новый гигантский континент.
После оживленной дискуссии руководители Дунгуаня зафиксировали в решении собрания, что опыт жителей деревни Бэйань — хорошее направление для развития. Можно сажать всё, что принесет деньги! Сказано — сделано! После серьезного анализа ситуации с 1979 года партком и правительство уезда Дунгуань развернули политическую работу среди крестьян всего уезда, провели структурное регулирование земель и дали распоряжение высадить фрукты на земляных участках, не особенно подходящих для выращивания поливного риса.
Раньше производственным отношениям всегда уделялось огромное внимание, но потенциала к росту производительности труда в сельской местности не было — как правило, всё возвращалось к одному и тому же: истощенные горы, загрязненные воды, иссякнувший энтузиазм крестьян. Новая волшебная идея в мгновение ока подарила крестьянам небывалую ранее надежду. В стремлении к новой жизни их активность беспрецедентно возросла, и они стали массово высаживать промышленные культуры.
Земля была той же самой, люди были теми же, — изменился механизм, и земля стала приносить деньги!
Сегодня этот подход кажется простым и естественным, а тогда он мгновенно разрушил традиционную структуру сельскохозяйственного производства, где зерно было основой отрасли. Это большой прорыв в Китае того времени.
Когда я просматривал материалы тех лет, то размышлял: вариант коммерциализации сельского хозяйства в Дунгуане стал первой ласточкой среди реформ в стране. Сначала было «Решение ЦК КПК по вопросам ускоренного развития сельского хозяйства». Оно появилось в 1979 году и предоставило политические гарантии для коммерциализации сельского хозяйства жителям деревень Дунгуаня. Однако вскоре после этого Китай стремительно вышел на этап коррекции внутренней политики. В октябре 1984 года III пленум ЦК КПК XII созыва позволил общим идеям реформирования Китая сделать значительный прорыв. Страна, пребывая в предыдущие годы в нерешительности, наконец определилась с направлением развития.
Я ощутил такое же удовлетворение, как и Юй Гуанъюань. С 1981 по 1984 годы общее направление реформ в Китае не было ясным. Люди пребывали в замешательстве, в основном занимая выжидательную позицию — «открытость, но не свобода; перемены, но не реформы». Дунгуань не остановился на полдороге в поисках собственного пути реформирования, он вышел на передовые позиции и смело начал преобразования в сельском хозяйстве уезда.
Реформа в Дунгуане не только принесла реальную пользу простым людям уезда. На земле Дунгуаня стали появляться семьи с доходом в ioооо юаней в месяц — солнце новой эпохи взошло…
Эмиль Золя говорил: «Смысл жизни заключается в бесконечном завоевании неизвестного, в вечном усилии познать больше». Ли Цзинь-вэй хорошо это понимал. По его мнению, исследование неизвестного — это и смысл жизни, и ответственность.
Дунгуань — аграрный уезд. Ли Цзиньвэй родился и вырос здесь, в сельской местности. Он смотрит на мир глазами крестьянина, хорошо понимая жизнь бедных людей. Долгое время Ли Цзиньвэя занимала одна проблема. Рабочая сила — это ресурс, но в Дунгуане избыток сельского населения, и оно теснится на ограниченном участке земли. Фактически это скрытая безработица, в этом — причина сельской нищеты. Крайне важно, чтобы избыток рабочих рук превратился из проблемы в преимущество, чтобы доходы крестьян увеличились. Как этого добиться?
К 1984 году у Ли Цзиньвэя сформировались собственные подходы.
В августе 1984 года Дунгуань посетил Жэнь Чжунъи, исполнявший обязанности секретаря комитета КПК провинции Гуандун. Ли Цзиньвэй не упустил возможность и поделился с секретарем провинции своими соображениями.
Жэнь Чжунъи слушал и кивал, прекрасно зная традиционную точку зрения, бытовавшую в сельской местности испокон веков: «чем больше детей, тем счастливее жизнь», «чем больше людей, тем больше сил». Однако в реальности было наоборот — чем больше людей рождается, тем сложнее разбогатеть; чем больше пожилых, тем тяжелее социальное бремя; чем больше неграмотных, тем сложнее развиваться обществу; при избытке сельской рабочей силы в обществе становится неспокойно. Проблема сельского населения в Китае издавна является большой и трудноразрешимой, и Жэнь Чжунъи расспросил Ли Цзиньвэя, что он об этом думает.
— Мне кажется, что ключевыми являются два аспекта: первый состоит в расширении возможностей для трудоустройства, а второй — в повышении морального уровня населения. Сейчас крайне важно решить проблему рабочих мест. Выпускник начальной школы, хорошо работая на заводе, через восемнадцать лет может стать начальником цеха или директором, то есть высококвалифицированным специалистом. А выпускник вуза, просидев пять лет без работы, может превратиться в ненужный материал, ведь знания устаревают, а люди дряхлеют. Наиболее реальный и актуальный вопрос на данный момент — это решение проблемы трудоустройства крестьян.
— И как ты планируешь разобраться с этой проблемой? — Жэнь Чжунъи подался вперед, устремив заинтересованный, горящий взор на Ли Цзиньвэя.
— Уделять пристальное внимание рабочей силе и земле!
— Так, так, хорошо, расскажи подробнее!
— Нужно расширить производственную сферу. Не надо сковывать сельское население земледелием и ограниченными земельными ресурсами. Часть земли следует использовать как торгово-промышленную, нужно дать свободу избыточной сельскохозяйственной рабочей силе. Последние несколько лет Дунгуань интенсивно развивался. Я чувствую, что пришло время перейти к индустриализации сельских районов. Секретарь, как вы думаете?
Слушая, Жэнь Чжунъи время от времени кивал, а после этого вопроса его глаза ярко вспыхнули, и он заволновался:
— Сельская индустриализация? Хорошо! Хорошая идея!
— В ближайшие годы наша цель — перевести более 70 % рабочей силы из сельского хозяйства в промышленность и сферу услуг и постепенно реализовывать «индустриализацию сельских районов, интеграцию между городом и деревней»…
— Очень хорошо, так и сделайте, я поддержу вас. — На лице Жэнь Чжунъи появилась счастливая улыбка, и он произнес: — Надеюсь, что Дунгуань
