— Потому что надоел. И ты сама слышала, официальный визит он нанесёт завтра. Сегодня он не удержался и пролез сюда один, наверняка скрыв свою личность. Пусть не наглеет.
Мы спустились и пошли к комнате. Обычно я не рисковала разговаривать с командором в это время. Мало ли, вдруг кто-то из делегации ещё не спит, неплотно закроет двери и услышит мой голос? Взбрендило же в тот раз служанке прийти к командору.
Только у комнаты я решилась на ещё один вопрос:
— А разве оборотни… ну…
Акорн повернулся ко мне и с интересом слушал, что же дальше.
— Обычно не хотят показывать своё превращение. А он полетел.
— А куда ему было деваться? — хмыкнул Акорн. — Но Гельвет отличается от остальных. Он не держит свою ипостась втайне.
Акорн открыл дверь и пропустил меня внутрь.
— Спокойной ночи. Будь осторожна.
— Подожди, — сама удивляясь своей смелости, остановила я его. — Помолвка… э… вас можно поздравлять?
Лицо командора застыло. Он задумался, скользя взглядом по моему лицу.
— А ты хотела бы поздравить? — наконец, спросил он, внимательно глядя в глаза.
— Не очень-то, — призналась я. — Если можно было бы, то лучше не торопиться с этим браком.
Это было предупреждение. Чойс начнёт действовать, только когда у стран появятся официальные договорённости. Пока всё только на словах, но если принцесса (настоящая или нет) станет невестой, будет больше возможностей рассорить страны. А у командора и так полно дел.
Акорн вдруг растянул губы в улыбке. Не широкой, сдержаной, но немного довольной. В уголках глаз появились морщинки. Пока я в шоке смотрела на абсолютно непривычное выражение его лица и глупо моргала, он шагнул вперёд, крепко прижал меня, запустив руку мне в волосы, и поцеловал. Горячо, уверенно, как будто я уже принадлежу ему. Дыхание перехватило, и я несмело положила руки ему на плечи.
— Спокойной ночи, — отстранившись, сказал он.
И теперь действительно ушёл. А я осталась одна, с пылающими жаром губами, горящими щеками и пустотой в голове.
Легла на кровать, но не могла уснуть и смотрела в потолок. По легенде он не сразу полюбил Люмину. А меня целовал уже второй раз. Я вообще не понимала, что происходит. Могу ли я радоваться, что легенда уже не сбывается точь-в-точь?
Я коснулась губы, вспоминая Акорна и ту волну приятных ощущений, что принёс поцелуй. Раздался стук в окно.
Глава 31. Намерение
Что-то это мне напоминало. Я прислушалась, ловя момент, когда стук повторился. Это не был камешек, брошенный в окно, кто-то стучал вполне целенаправленно. Командор в виде орлана?
Сначала я собиралась проигнорировать это и не открывать. Опять нарычит на меня утром, как будто я виновата в том, что птица прилетела сюда. Или не нарычит, а воспользуется возможностью побыть со мной в одной постели? Оба варианта меня не устраивали, хотя второй вызывал против воли приятное волнение. Нет уж, не дождётся.
Стук повторялся и повторялся. Я подумала, что что-то могло случиться и требовалась моя помощь как целителя. Поэтому всё же встала и осторожно открыла окно.
И в него действительно влетела птица! Только не орлан, а чёрный ворон! От испуга закричала.
В лёгкой панике я смотрела, как ворон делает по маленькой комнате круг, и не знала, что делать. Понимала, что командор меня просто прибьёт. Я впустила непонятного кого! Возможно, того странного врага-брата-лазутчика, с которым Акорн разговаривал на башне. Или вообще шпиона!
Ворон сел на пол и поднял крылья. Чтобы он не успел перевоплотиться, я взяла с тумбочки подсвечник и со всей силы кинула в птицу. Он каркнул и отпрыгнул. Здоровый же, гад. И когти большие.
Оставался только один вариант — звать Акорна, он разберётся. Я подскочила к стене, разделяющей нас, и забила в неё кулаками, крича “Помогите!”. Но стена была не такая, как в нашем панельном доме, а толще, каменная. И мои слабые удары вряд ли были слышны с противоположной её стороны.
В следующий миг я оказалась прижата к этой стене чужим крепким телом.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Тише, нас же застукают, — прошептал мне на ухо мужчина хрипловатым голосом.
Так это мне и надо было! Я закричала громче, вырывалась активнее, но он закрыл мне рот ладонью и прижал сильнее. Перевес сил явно был не на моей стороне. С досадой и обидой я осознала, что ничего не смогу сделать. Вообще! Какие бы силы я ни применяла, их не хватит. А магия у меня целительская, а способность вызывать ветерок сильно не поможет. От расстройства на глазах выступили слёзы. Я затихла, надеясь, что он скажет, что ему нужно и я, возможно, смогу как-то выкрутиться. Если не убил сразу, то значит, информация?
— Молодец, — издевательски проговорил он. — А теперь расскажи, кто ты для Акорна? И не ври — я почувствую.
Теперь я уверена, что это тот самый мужчина, с которым Акорн говорил на башне. Пока думала, как ему ответить, дверь распахнулась и в комнату буквально влетел разъярённый командор. Впервые я была рада видеть его в таком состоянии.
Он кинулся к нам замахиваясь. Но “ворон” отреагировал быстро: отступил, отпустив меня, увернулся. Он не ждал удара, как Тобольд, но и в драку вступать, видимо, не хотел. Впрыгнул на подоконник, а потом выпрыгнул в окно. Командор — за ним.
Со всё ещё бешено колотящимся сердцем я подошла к окну. Орлан гнал ворона прочь, то и дело догоняя его и атакуя когтями и клювом. Они летели всё дальше, и вскоре мне стало почти не разглядеть их в ночном небе.
Я закрыла ставни, пообещала себе, что ни за что просто так их больше не открою, и села на кровать. Успокоиться после всего было сложно, да ещё в голове роилось столько вопросов, что я понимала, что не усну.
В чуть приоткрытой двери, про которую я забыла, появилась тёмная фигура. Я вздрогнула. Фигура шагнула вперёд, и по движениям и силуэту я узнала Акорна.
— Что он тебе сделал? — глухо спросил он, остановившись напротив меня.
— Ничего, — выдавила я. — Не успел. Хотел вызнать, кто я такая.
Странно, только что я была спокойна, но как только сказала о вороне вслух, нахлынуло осознание случившегося и страх. Я сжалась, вновь вспоминая неприятные ощущения от того, как он прижимал меня к стенке.
Акорн сел рядом и сгрёб меня в объятия, окутав теплом и еле различимым запахом полыни. Он молчал, словно понимая, что мне нужно время прийти в себя. Когда я немного расслабилась, он заговорил:
— Значит, мне нужно держать тебя ещё ближе, чтобы это не повторилось.
Я не была уверена, что нужно. Тело само по себе напряглось, я сжала кулаки. Акорн чуть отстранился, осматривая меня, но не убрал рук. В темноте я не понимала, какое у него сейчас выражение лица.
— Зачем ему это надо было? — я не понимала действий ворона.
— Гельвету? Хочет стать королём. А им стану я, и он об этом догадывается. Вот и ищет мои слабости, — спокойно, как факт из энциклопедии, объяснил командор.
— Вы так уверены… — я не знала, восхищаться или сомневаться.
— С тех пор как появилась ты — уверен. Ты именно то, чего нам не хватало для победы. А победа принесёт мне право быть королём, согласно решению совета.
— И ради этого вы женитесь на принцессе? — спросила я и сразу прикусила губу.
Вот знала же, что не моё это теперь дело. Не надо было и спрашивать.
Командор молчал. А у меня появилось время подумать. И заглянув чуть дальше, а не как обычно ломая голову, как же мне решить текущие проблемы, я поняла, что дело с помолвкой меня касается, и ещё как. Если я останусь целителем при командоре, то рано или поздно пойду с ним на войну с Ауромией, которой добивается Чойс. Вряд ли он меня отпустит в отставку — слишком уж я полезна. И войны не избежать: если Акорн женится на фальшивке, по нормам этого времени и этой страны, он так просто это не оставит. Чойс наверняка подольёт масла в огонь. Я должна была признаться командору… Или бежать в Храм Ветра.
— Я отменю помолвку, — наконец, сказал Акорн.
Глава 32. Официальное заявление
Акорн.
