собственные вдохи. Один. Два. Почему Гелиан мочит? Три. Четыре. Что пронеслось мимо нее? Пять. Шесть. Зачем Кенерия отключил свет в отсеке? Семь. Дверь в отсек распахнулась и в нее вошел вооруженный человек. На голове — прибор ночного видения. В руке — плазмар. Гелиана рядом не было. Дверь за незнакомцем закрылась, и Терра вновь погрузилась в темноту.
— Ну и где ты? — закричал мужчина.
— Ты должен меня видеть, — громко ответила Терра.
— Я не к тебе обращался.
— 32/02.
— Что? — переспросил мужчина.
— 32/02. Дальнобойный.
— Ложись!!! — прогремел голос Гелиана, и Терра рухнула на пол.
Отсек озарился беспорядочными плазменными выстрелами. Несколько глухих ударов, хруст костей и все стихло. Терра не двигалась.
— Ты узнал все, что хотел? — раздался голос Гелиана.
— Ну что ты, — засмеялся в ответ Кенерия, — у меня как раз назрело много вопросов.
— Пришлешь сюда еще одну жертву или придешь сам? — прокричал Гелиан.
— А Август молодец, не так ли? Собственного ребенка в жертву принес… Хотя, он и приемное дитя для пользы дела готовил, так что я не особо удивлен.
— Когда ты догадался? — спокойным тоном спросил Гелиан.
— В поселении, когда те придурки пытались устроить самосуд. Слишком уж ты быстро бегал. И уложил семерых из плазмара за четыре секунды. Из плазмара, который генерирует один импульс в секунду. Математика, Гелиан. Один выстрел — два трупа. И так три раза. Оставалось только вывести тебя на чистую воду. Ты так рвался подключиться к Авалону… Честно говоря, я не собирался тебя ни к чему подключать, но Терра несколько помешала моим планам. Сейчас мне просто хотелось понять, что за образец мне достался. Впечатляет, честно.
— Кто ты такой? — прошептала Терра, поднимаясь с пола.
— Да, Гелиан! — смеялся Кенерия, — расскажи супруге, за кого она замуж вышла!
Свет в отсеке включился, и Терра прищурилась.
Гелиан с плазмаром в руке находился… …на противоположной стене. Ботинки будто приклеены к металлу. Он сидел на корточках и смотрел на Терру. Она медленно повернула голову в сторону двери, где на полу лежало тело убитого незнакомца. Кажется, Гелиан свернул ему шею.
Терра перевела взгляд на стену, где только что сидел Гелиан, но его там не оказалось. Она взглянула на потолок. Да, Гелиан теперь находился там. От сидел на корточках, скрестив руки на коленях и глядя на входную дверь.
Непрошеный страх обуял Терру. Как будто первобытный инстинкт самосохранения в искусственной части ее мозга активировался и отдал приказ «бежать». Что противопоставило общество рекомбинанту, рефлексы которого ускорены, выносливость повышена, а уровень интеллекта зашкаливает? Что придумали изощренные умы ее предков, чтобы сделать свою жизнь еще более комфортной и защищенной?
— Оборотень, — прошептала Терра внезапно охрипшим голосом.
— Какой интересный парадокс, — взял слово Кенерия. — Рекомбинант и оборотень! — засмеялся он. — Довольно изощренный союз, или мне это только кажется?
Терра на ватных ногах стала медленно отходить к двери.
— Не двигайся! — гаркнул Гелиан, и она замерла, боясь пошевелиться.
— Кенерия, — произнес он с угрозой, — либо ты в течение пяти минут притащишь свою задницу сюда, либо через семь минут я найду тебя и убью.
— Хотел убить, давно убил бы. Загвоздка в том, что ты нуждаешься во мне так же сильно, как и она.
— А ты в ней, — ответил Гелиан.
— Да, — громко вздохнул Кенерия, — что греха таить, перспектива умереть молодым на этой гребаной планете меня не радует.
— Твои предложения, — произнес Гелиан.
— Ты со своими родственниками проваливаешь с этого корабля. Терра улетает со мной.
— Она никуда с тобой не полетит.
— Думаю, разумным будет предоставить право выбора самой Терре.
Она знала, что в этот момент Гелиан смотрит на нее. Сама же она уставилась на пол, пытаясь принять решение, с которым вряд ли хоть один рекомбинант в прошлом сталкивался. Проект «оборотень». Искусственная интеграция имплантов в тело человека, которые замещали часть его органических систем и создавали из подопытного машину для убийства. Оборотня трудно было отличить от человека. Никаких рубцов на коже после имплантации. На слизистых полости носа и задней стенке глотки рубцы были, но чтобы их заметить, нужно было туда заглянуть. Оборотней создавали для поиска беглых рекомбинантов и их убийства. И если военных роботов и другие машины рекомбинанты научились обезвреживать, взламывая коды доступов и перехватывая управление над ними, то противопоставить оборотням рекомбинантам было нечего. Как человек оборотень был недоступен для прямого подключения извне. Как машина оборотень обладал всеми навыками роботов-убийц. Нейтрализовать оборотня можно было двумя способами: убить в открытой схватке или отключить все его имплантированные системы направленным электромагнитным и электрическим импульсом. К сожалению, рекомбинанты в открытой схватке с оборотнями не выживали, а выстрел из генератора электроимпульсного заряда мог вывести из строя не только импланты оборотня, но и нервную систему рекомбинанта, который в него стрелял. Что же создали люди, чтобы противопоставить своему детищу-оборотню? Электромагнитные клетки. Никто не пострадает от импульса, кроме жертвы, запертой внутри. Зачем же создавать оружие, на которое будет лишь одна управа? Ответ до банальности прост: чтобы уничтожить предыдущее поколение своих детищ, которое внезапно вышло из-под контроля.
— Зачем ты загрузил в меня столько информации? — пробормотала Терра, глядя себе под ноги.
— Чтобы расширить твое мировоззрение, — ответил Кенерия. — Как представитель вымирающего вида ты должна понимать, за что борешься, и что ждет тебя, когда все представители рода человеческого проснутся.
— История их ничему не научила, не так ли?
— Нет. Когда люди поняли, что бунты рекомбинантов и сопротивления на трех планетах им не подавить, они натравили на нас оборотней. Называя нас бессердечными, они прислали за нами венец своего творения. Проникая в наши ряды под личиной повстанцев из сопротивления, они внедрялись в наши ячейки и уничтожали их одна за другой. Оборотни легко вступали с рекомбинантами в контакт, ведь и мы, и они были лишены той ужасающей эмоциональности, присущей обычным людям.
— Почему сопротивление объединилось с рекомбинантами? — спросила Терра.
— Люди, не желавшие жить под гнетом тотального контроля поняли, что одолеть систему смогут только с помощью детей этой системы. У нас были общие цели. И мы вместе проливали кровь. А потом появились такие, как этот…
Терра подняла голову и взглянула на Гелиана, сидящего на полотке.
— Интеграция имплантов в головной мозг оборотня приводила к потере части корковых центров, — произнесла она. — Утрата большинства воспоминаний из детства наряду с органическими повреждениями мозга сопровождались необратимыми изменениями личности. Хладнокровие, с которым оборотни совершали убийства, поражало даже рекомбинантов. «Машина для убийства» — так вас называли люди. Вы быстро приспосабливались к ситуации, искусно врали и даже искренне улыбались, убивая детей у их матерей на глазах.
