нужно обладать крайней «удачливостью», чтобы одномоментно сработало несколько факторов, повлекших авиационное происшествие, в которое попал наш самолет. Сложно сказать, что было причиной такого нашего «везения». Но пока еще ничего не произошло, мы просто готовились к очередному полету, планомерно выполняя давно заученные наизусть действия.
Наш рейс вылетал по расписанию, без задержки, а потому никто не спешил и готовился тщательно. Возможно, именно эта аккуратность и внимательность помогли избежать более серьезных последствий. Проверка зоны ответственности бортпроводника проходит по чек-листам – это списки необходимых мероприятий. Они содержат около 33 пунктов, из которых я отражу лишь некоторые, чтобы читатель имел представление, с какой тщательностью происходит проверка самолета перед отправлением в рейс.
Первым делом проверяется станция бортпроводника – это откидывающееся сиденье, на котором мы располагаемся во время взлета и посадки. Тестируется связь по интерфону со старшим бортпроводником. Далее нужно убедиться, что спасательные жилеты находятся на своих местах. После осматриваются ремни безопасности на предмет возможных повреждений. Контролируется наличие на месте фонарика, ключа для открытия кислородных блоков.
После всех процедур нужно осмотреть двери эвакуационных выходов. На них не должно быть никаких повреждений. Ручка активации спасательного трапа, похожая на педаль желто-оранжевого цвета, на стоянке находится в положении disarmed – поднята кверху и зафиксирована металлической шпилькой. Это гарантирует, что спасательный трап не раскроется, если кем-то случайно будет открыта дверь. Педаль переводится в положение armed – спасательный трап активирован только после начала руления самолета и находится в таком положении весь полет. После этого проверяется давление в системе наддува эвакуационного механизма. Если стрелка находится в зеленой зоне, значит, с устройством развертывания все в порядке.
Далее по команде старшего бортпроводника проверяется аварийное освещение. В тот день Дмитрий выключил основные лампы в салоне и включил аварийные. Мы осмотрели каждый зону своей ответственности. Проблем не было. Кто бы мог подумать, что в тот день эта система нам очень пригодится.
Все проверочные действия, наизусть заученные после сотен рейсов, выполняются уже автоматически. Редко задумываешься, как важно быть готовым к непредвиденной ситуации. В то утро мы и представить не могли, что уже через час нам придется воспользоваться всеми этими спасательными средствами.
Припоминаю, что в этом рейсе мы везли с собой пледы. Я принимала экипировку – туалетную бумагу, полотенца, мыло, а также комплект оснащения для бизнес-класса (тканевые подголовники, подушки, пледы). Их было очень много, а место в салоне всегда ограничено. В итоге я распределила пледы равномерно по багажным полкам. Другого места для них не предусмотрено. Конечно, пассажиры часто ругаются, что им не достает пространства под ручную кладь, но выбора у меня не было.
Погода благоприятствовала полету, а потому рейс Жуковский – Симферополь вылетал точно по расписанию, и пассажиры быстро заняли свои кресла, собираясь провести около двух часов в вынужденной бездеятельности. Большинство представляло, как греются под теплым южным солнцем, пьют рубиновое вино крымских подвалов, закусывая солеными креветками, жареными мидиями, хрустящей в корочке барабулькой, нежным жирным сарганом и другими дарами моря, которым богат полуостров. Никто не подозревал, что полет продлится всего немногим больше одной минуты.
Я неспешно прошла вдоль рядов кресел. Спинки подняты, столики зафиксированы, багаж убран на полки. Все необходимые для полета документы уже у Дамира Юсупова. Двери самолета закрываются. Послышалась команда Дмитрия Ивлицкого о необходимости перевести двери в позицию «в полете». Это обязательный этап: если не переключить дверь, то в случае происшествия при открытии аварийного выхода трап не откроется. Поэтому руководством по деятельности в салоне предусмотрено, чтобы эту процедуру проконтролировал кто-то второй. Поскольку я летела на «третьем выходе» одна, то меня контролировала Яна. Я достала шпильку и перевела рычаг селектора в положение armed. В окошечке вместо зеленого поля появилось предупреждающее ярко-красное. Такие же действия провела с дверью по левому борту. В этот момент подошла Яна. Она проверила, что мной все процедуры были выполнены в полном объеме. Работу Яны контролировал Дима, а она в свою очередь проверяла его. Третий этап проверки – я позвонила Дмитрию Ивлицкому и доложила, что двери были переведены в позицию «в полете».
После этого я пошла на кухню, где раскладывала свой демонстрационный комплект: инструкцию, спасательный жилет, кислородную маску и ремень. По команде Дмитрия все члены экипажа одновременно приступили к показу средств аварийного спасения. Мне всегда интересно в этот момент наблюдать за реакцией пассажиров. По поведению всех их можно разделить на три группы: первая – ответственно смотрят, заглядывают в инструкцию в спинках впереди стоящих сидений; вторая – относятся к происходящему безразлично, занимаются своими делами и не реагируют на наши действия; третья – веселые, пытаются привлечь внимание бортпроводника, кривляются, машут руками. Насколько я помню сейчас, на этом рейсе не было пассажиров из третьей группы.
Дмитрий Ивлицкий начал чтение вступительной речи. Ее произносят на двух языках – русском и английском. Я в это время дошла до «вторых дверей». Там провела демонстрацию по расположению аварийных выходов и пользованию бортовым аварийно-спасательным оборудованием. А самолет уже отбуксировали от места стоянки, и он неспешно рулил к предварительному старту.
Мы завершили демонстрацию и были готовы к полету. Сомневаюсь, что кого-то из пассажиров в этот момент интересовало, что происходило в кабине пилотов. Им обычно важнее знать, когда необходимо пристегнуться, в какой момент следует выключить электронные приборы, не задерживается ли рейс. В то же время в кабине пилотов разворачивались самые важные события.
Глава 12
К взлету готов
В Интернете с первого дня после нашей аварийной посадки распространили расшифровку переговоров диспетчера аэропорта Жуковский с командиром воздушного судна. Но никакой текст не способен передать, что в действительности происходило в эти секунды в салоне самолета и кабине пилотов. Эта книга – первая попытка рассказать, что испытали пассажиры и экипаж авиалайнера при посадке без шасси на неподготовленную поверхность кукурузного поля.
Прежде чем продолжить повествование, необходимо дать небольшие пояснения для удобства читателей. Встречающееся в расшифровке наименование «Гордый» – это позывной диспетчерской службы аэропорта Жуковский, сотрудники которой дают разрешение на взлет и посадку, следят за полетом, рекомендуют высоту и направление движения каждого самолета. Конечно, окончательное решение в полете всегда остается за командиром воздушного судна, но он должен прислушиваться к рекомендациям авиадиспетчера, который видит на экране монитора обстановку в зоне обслуживания аэродрома.
Наш борт имел позывной СЖР 178. В тот день мы выполняли рейс U6 178, отсюда и название. Обратите внимание, как по обыкновенному, буднично начинался этот рейс. Время в расшифровке переговоров указано местное на широте аэропорта Жуковский.
06:00:32–06:01:45
Пилот: Гордый, руление, доброе утро, СЖР 178 на стоянке, разрешите погоду и условия выхода на Симферополь.
Диспетчер: Гордый, доброе утро. На вылет 12 полоса,
