— Особенно если эта профессионалка — светлая блондинка с огромными карими глазами и такой пластикой, от которой у скульптора слюнки потекут? — спросил он.
Роми посмотрела на трубку в руке и поморгала, словно не могла до конца поверить тому, что услышала.
— Моя внешность не имеет к этому никакого отношения!
Он засмеялся.
— Довольно наивное утверждение, если можно так выразиться. Но не волнуйтесь — там не будет никого, кто хоть в малейшей степени стал бы опасаться вас, Роми. Что же касается остального, то я завтра с утра перешлю вам сведения по факсу.
— Полагаю, вы уже договорились с рестораном, который будет обслуживать прием? — спросила Роми.
— Договорился. Эту фирму мне очень рекомендовала Трисс Александер, моя ближайшая соседка.
Имя определенно показалось знакомым. Роми порылась в памяти и вспомнила классически сложенную рыжеволосую красавицу, образ которой украшал глянцевые обложки многих журналов. Хотя последнее время ее что-то было не видно. Интересно, почему, подумала Роми.
— Трисс Александер, фотомодель?
— Она самая.
— И что она собой представляет?
— Она очень хороша. — Его голос смягчился. — Вы увидите ее, она будет на приеме.
— Понятно. — Сердце у Роми упало, и она почувствовала какое-то странное разочарование, которое даже не осмелилась анализировать. Возможно, когда он сказал, что его приятельницы там не будет, он имел в виду, что она пока еще таковой не является. Но Трисс Александер фотомодель международного класса и одна из самых красивых женщин в мире. А Доминик несомненно в ее лиге…
— Между тем я буду в Ирландии до пятницы, назначенной для приема, — говорил он. — Лечу туда завтра утром. Связаться со мной просто — по телефону или факсу. Могу я до пятницы оставить все в ваших компетентных руках?
— Разумеется, можете, — ответила Роми. — Ведь именно за это вы мне и платите!
Возникла странная пауза.
— Тогда до следующей пятницы. Я вернусь ближе к вечеру. — Последовала еще одна пауза, даже длиннее, чем предыдущая. — Спокойной ночи, Роми, — сказал он наконец.
Глава 5
К пятнице Роми почувствовала, что владеет собой лучше. Ладно, рассуждала она, въезжая в массивные ворота в Сент-Фиакэрз-Хилл, допустим, она увидит, как Доминик ухаживает за Трисс Александер. Допустим, случайно на них наткнувшись, она увидит даже, как они целуются. Или, что гораздо хуже, увидит, как Доминик крадучись выходит из ее спальни. Ну и что из того? Возможно, она испытает адскую боль — но ведь и была готова к тому, что именно так и будет. По крайней мере посмотрит в лицо фактам. И переживет это. От этого не умирают. Сердца разбиваются на каждом шагу, а люди продолжают жить. Причем люди, между которыми было нечто гораздо большее, чем одна страстная и для всех тайная встреча в застрявшем лифте!
Помимо связки ключей от дома, которую принес посыльный, Доминик переслал ей по факсу список гостей. Этот список Роми, нашла трудным для понимания. А точнее, она не могла догадаться, кто чей партнер. Кроме обеих пар Бейли — старших и младших, — больше никто, похоже, не состоял в браке. А если такие и были, то дамы являли собой высшую степень эмансипации, поскольку ни одна из них не носила фамилию мужа. В состав ее подопечных входили: Доминик, Бейли-старшие, Бейли-младшие, Лола Хеннесси, Герейнт Хауэлл-Уильямз, Кормэк Кейси и Трисс Александер. Кормэк Кейси, сценарист, был единственным, кроме Трисс, человеком, о котором она слышала раньше. Имя самой Роми замыкало список. Значит, Доминик включил ее в гостевой список. Так поступали многие. Видимо, людей, из светских соображений, больше устраивало, чтобы приглашенный для дела профессионал был замаскирован под гостя, а не выглядел бы как наемная обслуга! Что касается Роми, то она умела отлично держаться в любом обществе. Да, но неужели она ожидала, что Доминик заставит ее, в фартуке и чепчике с оборочками, ишачить на кухне и семенить от гостя к гостю, разнося напитки на подносе?!
Роми ехала по извилистой подъездной дороге к дому Доминика и, когда в конце затормозила перед постройкой из красного кирпича, с минуту оставалась в машине — просто вдыхала чудесные ароматы летнего сада. Интересно, давно ли он тут живет? Дом был слишком велик для одинокого мужчины. Даже для мужчины, часто принимающего у себя гостей, каковым Доминик определенно не являлся, если судить по разговору в ресторане. Может, дом куплен в расчете на будущую семью? Отсюда и Трисс Александер… Роми видела, как белеют костяшки ее пальцев, вцепившихся в баранку руля, словно в спасательный круг, и понимала, что ей по-настоящему больно думать о Доминике с другой женщиной. Но именно эта боль помогла ей принять решение. Ей, наверное, действительно нужно застать Доминика с другой женщиной — хотя бы для того, чтобы забыть его раз и навсегда. Роми выпрыгнула из машины и тут же напомнила себе, что двигаться надо помедленнее, как это делают люди, живущие в жарких странах. Полоса сильной жары, похоже, не собиралась отступать, и день был знойный и душный. На Роми было белое полотняное платье прямого покроя, длиной до середины бедер, но ей все равно было жарко. Она натянула пониже соломенную шляпку и только начала осматривать цветочные клумбы, задумав наполнить дом цветами, как вдруг ее окликнули:
— Привет!
Роми подняла глаза — с деланной улыбкой на лице. К ней направлялась молодая женщина, чей рост был почти так же поразителен, как и телосложение. Она была одета для тенниса — в простую белую юбку и тенниску, которые носила с небрежностью человека, привыкшего к авторским моделям, но тем не менее умеющего даже в наряде из мешковины смотреться на миллион долларов! Ее короткие каштановые с красноватым отливом волосы таили в себе яркость осенних листьев. Широко улыбаясь, она плавной и элегантной походкой пересекала лужайку по направлению к Роми, которая вдруг ощутила себя чем-то наподобие жалкой тряпичной куклы — несмотря на белое льняное платье. Женщина протягивала руку.
— Привет! Вы, должно быть, Роми Солзбери, которая устраивает такие чудесные праздники, что о них потом говорят месяцами! — произнесла она. А я — Трисс Александер.
— Да, я знаю. Здравствуйте, — выдавила Роми.
Ей приходилось встречать супермоделей больше, чем кому бы то ни было. Почему же сейчас она почувствовала такую растерянность?
— Я, конечно, сразу вас узнала, но и Доминик упоминал, что вы будете среди его гостей.
— Правда? — рассеянно спросила Трисс, наклоняясь, чтобы сунуть нос в самую середину громадной желтой розы. — Ммм! Какой чудесный запах! Потрясающий! — Она выпрямилась и вопросительно улыбнулась Роми. — Ну как, вы уже все там организовали? Что это — хозяйская проверка?
