Читаем без скачивания Король Воронов - Нора Сакавич

ухмыльнулся Эндрю. – Хочешь, чтобы кто-то другой подчищал за тобой дерьмо? Нил, Нил, в следующий раз придумай что-нибудь получше. С поджатым хвостом ты смотришься убого.

– Отъебись, – сказал Нил. – Твоя теория – всего лишь теория. Когда найдешь доказательства…

– …произойдет чудо и тебе сразу станет легче смотреть Элисон в глаза? – Эндрю изобразил потрясение. – Когда я найду доказательства, станет ясно, что Сет ходил с мишенью на спине и нарисовал ее ты. Задумайся об этом как-нибудь на досуге.

Нил не нашелся с ответом. Повисла короткая пауза, после чего Эндрю, хохотнув, двинулся прочь. Нил посмотрел ему вслед, пытаясь решить, кого ненавидит сильнее – его или Кевина.

– Я не буду ее приглашать, – сказал Кевин, прервав затянувшееся молчание. – Хоть ты и навлек гнев Рико на всю нашу линию нападения, но округ «Вороны» сменили в первую очередь из-за меня. Ни ты, ни я не вправе сейчас подходить к Элисон.

– Ты считаешь, что Эндрю прав.

– Да.

– Но людей не убивают из-за игры.

– Там, где я вырос, это больше чем игра, – сказал Кевин. – Я знаю, что за смертью Сета стоит Рико. Знаю таких, как он. Тебе не понять, что ими движет, – и слава богу.

При любых других обстоятельствах Нил вздохнул бы с облегчением, услышав эти слова. Они означали, что Эндрю не рассказал Кевину о его прошлом, что Кевин его пока не узнал. Однако на краткий миг Нилу захотелось возразить, сказать, что на его глазах творилось много жестокости, но такой бессмысленной – никогда. Отец Нила возглавлял крепкий преступный синдикат, состоявший из верных ему людей. Мало у кого хватало глупости оскорбить Мясника; рискнувших перейти ему дорогу было еще меньше. Из тех, кто на это осмеливался, Мясник делал показательный пример – только из них самих, а не из их соседей или коллег. Рико полагалось прийти за Нилом, а не вымещать злобу на Сете.

– Эй, – позвал Ники из прохода. Нил был рад отвлечься, но Ники двигался слишком медленно. – Хватит уже на сегодня чернухи. Прекращайте эти ваши разговоры, слышите?

В ответ Кевин молча отвернулся. Ники, все еще слегка настороженный, подошел к Нилу. Тот обвел глазами охапку вешалок с одеждой в руках Хэммика: для банкета все это не годилось. Спрашивать, кому предназначаются наряды, он не собирался, однако Ники поймал его взгляд и надулся от гордости:

– У меня отличный вкус, правда? Можешь примерить, если хочешь, но я и так знаю, что не ошибся с размером.

– С какой стати мне это мерить?

– С такой, что это твои шмотки. – Ники произнес это как нечто само собой разумеющееся и, не дожидаясь ответа, продолжил: – Ты же в курсе, что тренер еще с июня долбит нам кукушку насчет твоего гардероба? Он пригрозил, что заставит нас бежать марафон, если мы не решим вопрос. Гребаный марафон, Нил! Парень вроде меня на такой дистанции сдохнет. Будь добр, сделай одолжение и не спорь.

– Да что не так с моей одеждой-то?

– Отмотаем назад на тот момент, когда я просил не спорить, ладно? Я хорошо его запомнил, ведь всего пять секунд прошло. – Когда Нил потянулся за одеждой, Ники отдернул руки. – Нет уж, я сам подержу. А ты пока подбери себе штаны.

Нил мысленно сосчитал до десяти, однако унять вскипевшее раздражение это не помогло.

– В жизни больше не поеду с вами по магазинам.

– Ага, как же. Чувак, теперь я начинаю понимать, почему Эндрю оставил тебя здесь. Хорошо, что он не послушал, когда я предложил ему взять тебя с собой.

– Взять меня с собой куда?

– Ну, кое-куда, – туманно ответил Ники. – Сосредоточься на текущей задаче, Нил. Чем дольше ты будешь стоять столбом, тем дольше мы тут проторчим.

Нил отогнал мысли об Эндрю, Элисон и Рико и переключился на одежду. Со слаксами он определился довольно быстро, а вот несколько выбранных им рубашек Ники забраковал. В конце концов Нил плюнул и сдался на его милость. К кассе они подошли вместе, причем Ники никак не хотел расставаться с охапкой ненужных Нилу вещей. Шлепнув его по рукам, Ники упрямо увернулся.

– Раз уж эти шмотки тебе не нравятся, платить за них ты не будешь. Заплатит универ – ну, почти: деньги спишутся с карты тренера. Э, э! – Ники попятился, не давая Нилу выхватить у него вещи. – Еще раз полезешь, укушу. И не думай, что это пустая угроза. Я знаешь как кусаюсь! Иди Эрика спроси.

– Хватит нас позорить, – разнял их Кевин. – Ники, вали на другую кассу.

– Я сам могу купить себе одежду, – снова запротестовал Нил, когда Хэммик ускакал прочь.

Кевин медленно оглядел его с головы до ног. Джинсы Нила вылиняли до беловато-серого оттенка, горловина футболки замахрилась, подол обтрепался. На него не впервые смотрели как на бездомного, но высокомерная снисходительность Кевина била наотмашь. Сперва Нила обожгло стыдом, однако он подавил это чувство. Внешний вид у него, конечно, запущенный, но тому есть свои причины. Человеку вроде Кевина, выросшему под вспышками фотокамер и заработавшему кучу денег на собственном таланте, их не понять.

– Терпеть тебя не могу, – признался Нил.

– Да мне фиолетово. – Кевин показал поверх его головы на кассира. – Шевелись.

Расплатившись, они забрали целую уйму пакетов. Съехали вниз по эскалатору, вышли к большому фонтану – сердцу торгового центра. Там их уже ждал Эндрю: по-турецки скрестив ноги, он сидел на окружавшем фонтан бортике, выложенном плиткой под мрамор. Эндрю увлеченно что-то строчил в телефоне и при появлении товарищей даже не поднял головы. Свалив пакеты с покупками ему под ноги, Ники с любопытством вытянул шею.

– Где ты откопал этого динозавра? – ужаснулся он. – Кто сейчас берет телефон-раскладушку? Эндрю, ты мне такой выигрыш обломал!

Нил в который раз задался вопросом, есть ли в этом мире что-нибудь, на что Лисы не спорят.

– Печалька, – сухо прокомментировал Эндрю.

– Не мог найти с нормальной раскладкой?

– А зачем? – Эндрю закончил возиться с телефоном, захлопнул его и перебросил Нилу. Тот инстинктивно поймал мобильник, но от следующих слов Миньярда буквально замер. – Кому Нил будет писать?

– Гм, да хотя бы мне, – сказал Ники так, будто озвучил очевидный факт.

– Что… – Нил не смог даже задать вопрос.

Разжав пальцы, он уставился на серый телефон в своей ладони. Он не думал, что такая маленькая вещица всколыхнет такую боль, но тяжкая скорбь, наполнившая сердце, казалось, разрывала его на части. Шум в ушах напоминал грохот океана. На мгновение Нил вернулся на пляж, к объятому пламенем автомобилю. Он до сих пор помнил запах гари, соленую воду и тошнотворную вонь горящей плоти. Он все еще чувствовал песок на пальцах – нагретый солнцем сверху и обжигающе холодный на глубине, где Нил закопал кости матери.

Ему очень хотелось сохранить телефоны. Переезжая с места на место, они всякий раз покупали новые мобильники, одноразовые дешевки с предоплаченной связью, от которых не жалко