— Наверное, вам снова следует окунуться в холодную воду, — предложила Меган, вспомнив вчерашнее утро и вынужденное купание Девлина в пруду.
— Может, вы и правы! — После довольно долгой паузы Девлин спросил:
— А вы будете на меня смотреть?
— А если буду, вы меня снова поцелуете?
— Если вы проявите подобное бесстыдство, то получите нечто большее, чем поцелуй! — пообещал Девлин.
Меган чувствовала, что вторглась в незнакомую ей и притягательную сферу отношений. Голос здравого смысла призывал ее к немедленному отступлению. Однако, когда Девлин начал медленно стягивать через голову рубашку, Меган не отвернулась. Неужели он и в самом деле разденется донага прямо у нее на глазах? Это будет скандальным нарушением всех приличий! Впрочем, Девлин сам — воплощение скандала. Но до чего же он красив! Как… как произведение искусства. Будь он статуей, Меган могла бы часами любоваться его телом. Но он был абсолютно реальным, живым. И наглым. Меган инстинктивно понимала, что, приближаясь к нему, она каждый раз играет с огнем.
Может, она сошла с ума? Почему ей нравится пробовать на нем свои женские чары, кокетничать, лукавить? Настоящий джентльмен знает пределы дозволенного. Для Девлина Джеффриза никаких пределов не существовало. Какая несправедливость, что нельзя удовлетворить снедающее ее любопытство без всяких опасных последствий! Меган просто ужасно хотелось посмотреть на обнаженного Девлина. Но страх перед тем, что он назвал «нечто большее, чем поцелуй», был сильнее этого желания. Когда длинные пальцы Девлина начали расстегивать брюки, Меган поспешно повернулась к нему спиной. Честно говоря, она весьма сожалела, что не решилась узнать, что же Девлин понимал под словами «нечто большее, чем поцелуй».
— Трусиха! — тихо проговорил он.
— Не трусиха, а благоразумная! — возразила Меган. — И, пожалуйста, мистер Джеффриз, оденьтесь поскорее! Вы ведете себя неприлично.
— Я только следую вашему совету, мисс Благоразумие!
— Но я вовсе не предлагала вам плавать нагишом.
— Не переношу мокрой одежды, — отрезал Девлин.
— Тогда не плавайте совсем!
— И что же мне делать? «Не плавайте»! Будто вы можете предложить что-то взамен! А ведь после того, как вы только что снова ласкали меня взглядом, я вынужден выбирать одно из двух: либо немедленно нырнуть в пруд, либо…
Эти эротические намеки Девлина возбуждали Меган, но у нее не было никакого опыта, чтобы правильно на них реагировать. К счастью, Девлин не видел, как краска залила ее щеки. Но больше всего девушку смущало то, что она так легко теряет голову из-за какого-то конюха.
— Купайтесь, если хотите, — уступила Меган, — только побыстрее.
Девушка услышала громкий всплеск, затем весьма немелодичный красноречивый вопль и улыбнулась. По утрам вода в пруду обычно бывала ледяной, поэтому Меган никогда не плавала в нем до полудня.
— Вам ведь уже довелось разок искупаться в этом пруду. Разве для вас новость, что вода в нем такая холодная? — со смехом сказала девушка.
— Напрасно вы так радуетесь, детка. Мне как раз и нужно было охладиться, помните?
— Я вовсе не обязана помнить, что вы сказали, на что сослались, на что намекали и так далее.
— Ладно, ладно, наступит такой день, когда вы окажетесь в том же положении, что и я. И уж тогда-то, поверьте, вам не захочется обсуждать погоду.
— Надеюсь, у меня хватит здравого смысла, чтобы не оказаться в таком положении, — произнесла Меган.
Девлин рассмеялся, но смех тут же замер на его губах.
— Вы что, хотите сказать, что у меня здравого смысла не хватает?
— Разве это не очевидно?
— У меня для вас есть новость, мисс Невинность. Желание не выбирает ни места, ни времени, ни даже личности. Если вы считаете, что мне нравится, когда вы вот так возбуждаете меня, то хорошенько подумайте об этом еще раз.
Когда это произойдет с вами — а произойдет такое непременно, — вам тоже будет очень трудно контролировать себя. И тогда вы либо предадитесь любви, либо будете жестоко страдать.
— Это значит, что мне придется бросаться в ледяную воду? — с любопытством спросила Меган.
— Честно говоря, не знаю, помогает ли это женщинам. Никогда у них об этом не спрашивал. Не хотите ли провести небольшой эксперимент и все уточнить?
— Каким образом?
— Я сделаю так, что вы страстно возжелаете меня, а потом вы проверите, может ли этот пруд облегчить ваше состояние.
— Чтобы вы заставили меня вас возжелать? Я даже в мыслях не могу такого допустить. Однако в любом случае у меня хватит ума, чтобы не лезть в ледяную воду. Так что благодарю вас, эксперимента не будет.
— Умница!
Снова раздался всплеск. Вероятно, Девлин выходил из воды.
Меган с трудом подавила желание обернуться. Когда плеск прекратился, девушка спросила:
— Вы, наверное, просто шутили, мистер Джеффриз? — Боюсь, что нет!
Меган не поверила ему. Любопытство ее достигло предела.
— Вы наконец оделись? — спустя некоторое время нетерпеливо спросила она.
Неожиданно прямо у нее над ухом раздался голос Девлина:
— Неужели вы ни разу так и не взглянули на меня? Хотя бы украдкой, а? Тогда вы не задавали бы подобных вопросов.
Меган повернулась и увидела, что наглец конюх не только не раздевался, но и в воду вошел лишь до пояса — у него были мокрыми лишь брюки. Даже этого мгновенного взгляда Меган было достаточно, чтобы заметить: выпуклость, распирающая брюки, не слишком-то уменьшилась.
Как обычно, Девлин проследил направление ее взгляда.
— Не помогло! — констатировал он очевидный факт. — И немудрено, потому что вы все время говорили только о сексе!
От столь несправедливого обвинения у Меган перехватило дыхание.
— Я?! О сексе? Это вы о нем говорили! Сами признались!
— Что лишний раз доказывает, какой я идиот! — резко бросил Девлин, снова садясь в седло впереди Меган.
Девушка сама не понимала, зачем она вообще завела разговор с этим человеком. Ведь между ними нет ничего общего. Им просто не о чем беседовать. Разве что о лошадях. И слава Богу, подумала Меган, по крайней мере это наиболее безопасная тема.
— Несмотря на ваше возмутительное поведение, я все равно благодарна вам за эту прогулку. Цезарь просто великолепен! Он самый чудесный, самый быстрый. Откуда же он родом?
— Из Черринг-Кросс.
Меган недоверчиво уставилась в спину Девлина.
— Мне следовало бы догадаться. Во всей округе нет лучших конюшен.
— Я с детства не вылезал из этих самых конюшен, которые вы так превозносите.
— Сомневаюсь, — насмешливо протянула Меган.
— Прекрасно! Значит, этого не было.
Прошло целых пять минут, прежде чем девушка отважилась спросить:
— А его вы знаете?
— Кого?
— Вы прекрасно понимаете, кого, — нетерпеливо напомнила Меган. — Герцога.
— Думал, что знаю.
— Но что вы хотите этим сказать?
— То, что этот человек сильно изменился, Меган. Он стал развязным, грубым, наглым и бессердечным, начал соблазнять невинных девушек…
— Вы лжец, мистер Джеффриз, — возмутилась Меган. — Я была бы вам весьма благодарна, если б вы говорили о герцоге в уважительном тоне.
— Тогда приберегите свою благодарность для кого-нибудь другого.
Глава 13
В полдень, когда Девлин в одиночестве стоял у конюшни, хорошо одетый молодой джентльмен ввел туда свою лошадь и бросил ему поводья.
— Новенький, да? — спросил незнакомец.
— К моему великому сожалению, — тихо пробурчал Девлин и уже погромче добавил:
— Если вы приехали повидать сквайра…
— Мисс Пенуорти, если вас это волнует, — выходя из конюшни, пренебрежительно бросил джентльмен.
Девлин посмотрел на поводья, которые держал в руках. Неужели он и в самом деле выглядит как конюх?
— Тимми! — заорал Девлин.
Значит, у Меган появились гости? Ну что же, ему нет до этого никакого дела. И тем не менее какого черта она их принимает, если твердо решила выйти замуж за него, герцога? Девлину захотелось немедленно пойти и поставить приехавшего молокососа в известность о том, что мисс Пенуорти почти помолвлена.
