В основе воинских союзов лежит архетип древней родовой формы общества восточных славян. Не случайно в большинстве воинских союзов члены групп находятся в ритуальном родстве. Перечислим наиболее известные воинские объединения язычества и Руси периода Средневековья:
1. Древние храмовые и тайные объединения.
Очевидно, в языческие времена были и союзы воинов-жрецов, объединенных вокруг тотемов змеи и быка как наиболее древних символов плодородия. В мифологии славянских народов в качестве божества-покровителя выступают образы Змея и Волка, часто заменяющие друг друга. Кроме того, в мифах и религиях различных народов волк связан с конем и солнцем. Он является спутником божества – Солнца (недаром солнечные символы изображали на щитах древнеславянские воины), иногда заменяя ему коня.
Вспомним о существовании города Аркона на Балтике, в котором находился священный для всех русо-славян храм Свентовида, куда приносили дары со всех славянских земель. При храме Свентовида находились триста рыкарей (рыцарей), которые охраняли храм, наводили ужас и утихомиривали многих воинственных обитателей побережья Балтики. Такими же воинами был славен и храм Радогоста в городе Ретра.
Легенды рассказывают о существовании сообщества особых храмовых ведунов-ратоборцев братства Симурана (Симуран – Крылатый пес бога Семаргла, верховного Огнебога). В виде Симурана Семаргл кружил над полем боя, собирая души погибших воинов, доставляя их в Ирий, в чертоги Перуновы.
Семаргл под именами Радогоста или Волха (Огненного волка) у славян занимал место Бога воинской доблести, Бога праведных войн в славянском языческом пантеоне.
В связи с этим можно вспомнить образ Серого волка в более поздних православных народных сказках, помогавшего богатырю дойти до поставленной перед ним благородной цели, выручавшего богатыря из разных бед и передряг...
С приходом христианства храмовые ратники, как и прочие хранители старой веры, были поставлены вне закона и вынуждены были скрываться или растворяться среди остального населения, внешне стараясь ничем не отличаться от прочих, окружающих их людей. По сути, они превратились в особую группу в обществе, не признающее большинства норм законной власти, подчиняющееся только своим вождям-жрецам, сохранявшим старую веру. По одной из легенд, они организовались в сообщества волкодлаков (людей-оборотней) и выработали свою структуру и формы поведения, наиболее подходящие для их целей и выживания.
«В старые времена волкодлаков называли Божьими Псами, потому что сам бог их очень любил. За это волки каждое утро ему молились в условленном месте».
Выдержки судебных протоколов процессов против ведьм и волкодлаков XVI – XVII веков, проходивших в Прибалтике (перевод Страуберса и Земзариса): «Между Литвой, Жемантией и Курляндией есть стена в руинах старого замка, где раз в год собираются несколько тысяч волкодлаков и проверяют свою ловкость... Среди них есть и дворяне... У волкодлаков, как и у волков, были свои предводители, которых знали все. Они заботились о своих подчиненных, давали им инструкции: где добыча, где и как опять стать людьми... Волкодлаки понимали язык зверей, но сами говорить на нем не могли. Ими, как и волками, руководил вождь – “лесной отец”. Без его ведома никто не смел даже мышь тронуть... Кто хочет стать волкодлаком, должен до восхода солнца в день Яниса (летнее солнцестояние – Купало) идти в лес, найти павший дуб, воткнуть два ножа, раздеться голым и сделать три кувырка между лезвий… В разное время года они питались по-разному, и не всегда мясом... Иногда волкодлакам нельзя было есть мясо. Один месяц они питались сладким хлебом, что падает с неба, на другой месяц только ветер глотали...»
Возникновение явных и тайных объединений взрослых воинов было связано с богами, к примеру – «Братство Перуна», о котором упоминается в некоторых литературных источниках. Дохристианские «Братства Перуна», объединяющие воинов, были весьма распространены и сохранялись дольше всего в Hовгороде, о степени военной подготовки братства свидетельствуют «Великая дидактика» Яна Амоса Коменского (XVI в.) и орденские летописи.
Считалось, что к подобным языческим объединениям относились многие герои сказаний. Это и Олег Темный, возглавивший в XIV – XV вв. пиратскую республику на Балтике. Это – братство Кудияров, существовавшее на протяжении четырехсот лет. Это знаменитый на Украине и чтимый казачеством Иван Серко – Козак Мамай, умеющий заколдовывать врагов и пули, ставший национальным героем казачества.
2. Княжеская дружина.
Еще до начала активного использования Балтийско-Днепровского пути «из варяг в греки», происходит становление дружинного строя – «дружины-братства», сменившейся впоследствии княжеской, феодальной дружиной.
Княжеская дружина оформилась в эпоху складывания Древнерусского государства в X – XI вв. Именно тогда сложились возможности для того, чтобы подходящие люди, отрываясь от своих общин, сплачивались вокруг военного вождя, создавая межнациональную дружинную культуру, что подтверждается богатым археологическим материалом.
Портрет Ивана Серко. Художник И.И. Репин
В «старшую» дружину входят богатые и влиятельные бояре, военачальники, знатные воины и «дядьки», воспитывающие отроков из «младшей» дружины.
Младшая дружина набиралась с отроческих лет (с 10 – 12) и выполняла вначале роль прислужников, в военное время – воинов, а затем постепенно занимала место старшей дружины.
Ратное дело, как и всякая профессия в то время, было делом потомственным. Род был самой первой и самой живучей формой общественной организации. Человек не мыслил себя иначе как в роду, поэтому очень желал, чтобы рядом по-прежнему были, хотя бы и названые, отец, дядья и братья, готовые прийти на помощь. Старшие дружинники – дядьки. Им подчиняется младшая дружина – отроки (дети).Князь – «отец родной», глава княжей воинской семьи. Во всех этих случаях подчиненность и отношения описываются в терминах родства. Дядька понимался в этом деле не как родственник, а как наставник боевого искусства и правильной жизни в целом, по отношению к которому все молодые люди рода являлись племянниками и сынками. Между собой молодые люди объявлялись братьями, отцом-командиром же являлся вождь или в дальнейшем – князь. Членов дружины летописи именуют еще «чадью», то есть в буквальном переводе «детьми» князя. Воинов князя Василька, например, так и называют «васильковичами», не имея в виду прямое родство.
В дружинах подготовка носила комплексный, прикладной характер. Воинов обучали верховой езде, стрельбе из лука, владению копьем, мечом, секирой и другими видами оружия. Одной из форм обучения были и воинские обряды, например, поминальные игрища, которые устраивались на курганах при погребении товарищей (тризна). Помимо тризны и общих календарных праздников, дружина участвовала в кулачных боях на княжеских потехах. Видимо, до определенного возраста кулачки и борьба были основной формой воинского обучения младшей дружины.
Воинская подготовка дружинников была весьма серьезной. Из летописей видно, что при усобицах против одного дружинника выставляли 10 – 20 ополченцев, которые тоже не впервые оружие в руках держали.
Князь использовал дружину в своих целях (для войны и устрашения соседей, для удержания общины в повиновении), содержал ее и набирал новичков, прежде всего из среды потомственных воинов.
Считается, что высшая школа боя когда-то была присуща боярству – потомственным профессиональным воинам. Интересно, что князья и бояре Киевской Руси (а после – казачество), как и древнеиндийские кшатрии, носили чуб – символ своей касты. Бояре в боеспособном возрасте обязательно участвовали в текущих войнах.
Князь Мстислав Удалой ведет новгородцев на битву с суздальцами. Художник Н.А. Кошелев
3. Ратники-ополченцы, «вои», набираемые из простого люда. Мужчины-воины не по профессии, а по необходимости совмещали мирный и ратный труд и объединялись по всей Руси в самодействующие полувоенные организации, защищающие свой род и населенный пункт. Вначале они были полностью самостоятельные (пока от города, князя и соседей помощи дождешься...), но постепенно эти организации стали подчиняться князю и профессиональной княжеской дружине. Эта была так называемая тысячная организация, когда воины древнерусских племен и земель объединялись в десятки, сотни и тысячи во главе с десятскими, сотскими и тысяцкими.
Когда-то эти объединения народных воинов были значимой преградой для небольших отрядов хищных кочевников и разбойников, а также отрезвляющим фактором для неуемных княжеских и посадских сборщиков дани-оброка. И в дальнейшем эти организации вкупе с ватагами «справедливых» разбойников становились основой для крестьянских бунтов, периодически потрясавших основы царской власти, а поэтому сила эта постепенно уничтожалась центральной властью.
