лицом Джакса, пока он обдумывал её слова.
Ещё через несколько секунд агрессия видящего начала ослабевать.
Он посмотрел в лицо Кико.
— Ты съела свой торт? — спросил он у неё.
— Ещё нет. Я собиралась поесть с Дексом, если…
— Нет, — Джакс покачал головой и посмотрел на Ника. — Ник съест свой торт с Дексом. Когда отведёшь Ника, ты спустишься и съешь свой торт со мной, — Джакс посмотрел на двух мужчин, и настороженность вернулась в его глаза. — …Они съедят свои торты вместе.
Слова Джакса прозвучали решительно.
Он говорил с жёсткой, авторитетной, почти угрожающей уверенностью, которая при других обстоятельствах могла бы вызвать у Ника раздражение.
Поскольку Ник понимал, что Джакс обдолбался в хлам, сложно было испытывать что-либо, кроме веселья. Джакс явно съел свой личный, приготовленный Джемом космический торт видящих. Теперь он хотел, чтобы его девушка обдолбалась вместе с ним.
Он хотел, чтобы они побыли под кайфом наедине.
И никаких других странных, вмешивающихся мужчин с их незначительной, не имеющей отношения к Джаксу и Кико драмой.
Ник понимал, что Джакс смертельно серьёзен, несмотря на обдолбанность.
Ник посмотрел на Даледжема.
— Ты не против, если я съем свой торт с Дексом? — тихо спросил он. — Хочешь подняться с нами? Или мне найти тебя попозже?
Джем посмотрел на него.
На несколько секунд Нику показалось, что тот мог обидеться.
Затем он сообразил, что лицо Джема выражало удивление.
Не зная, что именно его удивило, Ник потянулся к металлическому столу и схватил две оставшиеся тарелки. Его левая рука схватила торт с его именем, а правая — торт с именем Декстера. Поколебавшись ещё несколько секунд, он подался ближе к Джему.
Он медленно поцеловал своего бойфренда в губы.
— Если ты не услышишь от меня новостей, — ворчливо сказал Ник, оборвав поцелуй. — Поднимись и найди меня. Либо я обдолбался и потерялся… либо Декс держит меня в шейном захвате, и у меня осталась примерно минута до того, как он вспомнит, что я от этого всё равно не умру.
Кико рассмеялась.
Этот звук вырвался из неё скорее с изумлением, нежели с юмором.
Когда Ник глянул на неё, вскинув бровь, она продолжала смотреть на него.
Он осознал, что она уставилась на его глаза — вампирские глаза, похожие на стекло или потрескавшийся хрусталь. Он поймал себя на мысли, что теперь она не столько боится, сколько пытается привыкнуть к ним.
Когда Ник мотнул подбородком, указывая на дверь кухни и предлагая ей показывать дорогу, она улыбнулась ему.
На этот раз Ник готов был поклясться, что улыбка была искренней.
Во всяком случае, почти искренней.
Как бы там ни было, он был рад и этому.
Глава 6. Задержка
Я уставилась на огромный торт перед нами и прекрасную картину на его поверхности. Я толком не знала, как понимать изображение, которое Джем выбрал для нас с Блэком. К этому моменту я видела много тортов, потому что люди подходили к нам и показывали свои.
Все рисунки были разными.
Я видела горы, голубые небеса, городские пейзажи, воздушные шары, дома, лошадей, деревья, закаты, щеночков, цветы, бабочек, людей, что-то вроде космических туманностей и червоточин2, абстрактные цвета, радуги, летающих лошадей, грифонов, фейри, змей, кусочки стихотворений и цитаты из религиозных текстов, орлов, дятла, кенгуру, даже летучую белку.
Наш с Блэком торт каким-то образом умудрился выглядеть и ощущаться совершенно не похожим на остальные. У каждого торта имелась своя «аура», но наш показался мне значительно отличающимся от нормы, может, потому что мы были главной женатой парой для церемонии видящих, так что Джему надо было передать иной посыл. На самом деле, мы были единственной женатой парой, поскольку Энджел и Ковбой были людьми.
По какой-то причине наш торт показался мне другим.
Во-первых, он был насыщенно чёрным… почти весь торт.
Когда я подольше посмотрела на него в свете факелов, я увидела, что нижняя половина покрыта сине-чёрным и тёмно-зелёным цветом, напоминавшим воды океана ночью. Более светлые линии глазури, обмакнутые в серебро, походили на волны. Повыше них выделялся завиток серебристо-голубого света, почти как луна за облаками над водой.
Я готова была поклясться, что различила там чёрного орла — эмблему компании Блэка.
В целом торт навевал ощущение неподвижной, умиротворённой, бескрайней ночи.
Он был абсолютно изумительным.
Я также чувствовала в нём больше — почти «инь-ян», мир и насилие, смерть и перерождение. Я не посчитала это зловещим или каким-то негативным; скорее, это обладало глубинной первобытной аурой, которой я не ожидала бы от свадебного торта, даже от нашего с Блэком торта.
Даже от свадебного торта видящих.
Я посмотрела на видящих и людей на террасе внизу — большинство сидело на шезлонгах или собралось у края бассейна, окунув ноги в воду.
— Это такая странная свадьба, — пробормотала я.
Даже после случившегося в Саратоге, всё это ощущалось таким странным.
— Всё вот-вот станет ещё страннее, — пошутил Блэк.
Он поцеловал меня в щёку, привлекая к себе и обнимая обеими руками за талию. Я невольно чувствовала в этом импульсе желание защитить, интенсивность того, как он обнимал меня. Моя странная дрожь беспокойства или дурного предчувствия (или что это такое) повлияла на него. Он серьёзно отнёсся к моим странным ощущениям, и теперь я чувствовала себя виноватой… даже сильнее, чем когда он впервые подметил это.
Но сейчас я ничего не могла с этим поделать.
— Это не относится к нашей свадьбе, — я попыталась заверить его. — Или к нашему браку, Блэк.
— Ты уверена?
Я оживлённо закивала.
— Я определённо уверена. Я на сто процентов уверена, что это не связано с данными вещами.
Теперь я гадала, поверил ли он мне.
Когда я прислонилась к его груди, я осознала ещё один момент.
Боль становилась сильнее.
Может, для нас обоих. Но для меня точно.
Я испытывала чертовски сильную
