Здесь они хорошо прочесали, ага. Ну, это лирика.
Сара не могла экономить таблетки. Она сыпала их, сколько положено, в стандартную флягу, и у нее ушло девять норм. По такой жаре дети пьют не меньше взрослых, а то и больше.
Она возвращалась сюда, на свою базу, каждый день – и уходила снова. Добежать до родительского дома заняло бы у нее три часа максимум. Но она этого не сделала. Почему?
Таблетки и рационы Сара носила с собой. Значит, от базы не зависела. Что ей тут было нужно?
Вода здесь плохая. В озере, где сидит монстр, она, пожалуй, чище будет. Печка? Армейский рацион на саморазогреве – та еще гадость. Вот сготовленный в микроволновке, он вполне приемлем. Но это для Сары все–таки не критично. А что критично? Менять белье. Оправляться. Почему она не могла делать это там… Там, куда уходила? Вероятно, там не было условий. А где их не бывает?
– Интересная картина, – сказал Билли, протягивая мне разобранный маяк.
Хлипкая электронная схема маяка выглядела странно. Черт побери, она спеклась. Будто побывала в… Я оглянулся на микроволновку. Нет, конечно же, нет.
– Ты бы так смог? – спросил я.
– Теоретически? Наверное, если психану. Во вспышке ярости. Я ведь не такой Железный Джон, как некоторые, хлоп твою… Железку. Ну, до чего додумался, командир?
– Слушай.
Билли притерся ко мне плечом, и я обрисовал – именно обрисовал в воображении – свои выкладки.
– Логично, – сказал Билли. – Тогда все ясно, хлоп твою железку. То есть мне все ясно, но ничего не понятно. Сказывается трудное детство, прошедшее на бензоколонке.
Я принялся укладывать мусор обратно в пакет.
Итак, Сара Сэйер, девочка с «зеленой рукой». Она выхаживала умирающие растения, к ней тянулась всякая бессловесная тварь. Взрослые люди считали девочку странной, дети–ровесники тоже, а вот маленькие дети – отнюдь не все. Например, малышку Роудс Сара учила разводить цветы. И узнав, что пропал ее любимый терьер, отправилась в лес на поиски. Сара спешила, не стала заезжать домой, велосипед бросила под деревьями. Хватились девочки вечером, и тут оказалось, что ее детский браслет молчит. Больше Сару никто не видел.
Сара что–то нашла в болоте. И то ли плотно занялась его изучением, то ли найденное само занялось Сарой. Не менее плотно. Дабы отогнать дурные мысли, я напомнил себе, что «контактеров» не бывает. Зеленым человечкам – чтоб передохли их хозяева! – земляне категорически по фигу.
И кой черт тогда на нас свалился?
На часах было уже пять вечера. Придет она сегодня? Что–то мне подсказывало: нет. Придет завтра? А вот рассчитывать на это я не имел права. На болоте рискуешь каждую минуту. Оступился – и в жиже по пояс. Чем больше трепыхаешься, тем быстрее тебя засосет. Хороши мы будем, на бревнышках сидючи, когда в миле от нас Сара утонет. А почуем ли мы ее беззвучный панический вопль, это большой вопрос. Здесь не только электронику глючит!
Последнее я уяснил лишь теперь. Ну слишком много народу болталось над топью целую неделю! Обязаны были разглядеть хоть что–то подозрительное. Выходит, кроме нас с Билли, дееспособных поисковиков тут нет.
Значит, надо шевелиться. Чтобы не стало потом мучительно стыдно. Да и Вера… Опять я о ней думаю!
Я запихнул пожитки нашего юного эколога в мешок, закрыл его и положил на место. Знаком показал Билли, что следует восстановить статус–кво. Билли недовольно засопел, но ругаться не стал. Мы кое–как вернули развалинам их прежний вид и, тяжело дыша, полезли в болото.
По красной стрелке.
К заросшему озеру мы выбрались только через полтора часа. Перед нами встала стена камышей. Из–за стены не доносилось ни звука. Нащупать болотного монстра внутренним зрением я по–прежнему не мог, он как затаился, так и сидел тихонько. Угрозы со стороны озера не чувствовалось. Связь работала устойчиво. Мы попробовали найти проход к воде. Но то ли плохо смотрели, то ли Сара заходила с другого края, то ли нам уже осточертело это все… Так или иначе, когда Билли выразительно потряс своей пушкой, я кивнул.
Билли включил резак, выставил длину пламени на два фута, взял пушку в одну руку и принялся размахивать стволом, как мачете. Окутавшись клубами дыма и пара, он двинулся к озеру, и через минуту я напарника уже не видел. Только летели ошметки из мутного облака – Билли не аккуратничал и цеплял плазменным жалом почву. Он устал и злился. Ему хотелось кого–нибудь угостить резаком по рогам. Я шел за Билли следом и все думал, не намекнуть ли, чтобы он поосторожнее махал. Для водоемов, образовавшихся на месте торфоразработок, характерны отвесные берега.
Тут–то у него берег под ногами и поехал.
– …! – сказал Билли.
Кидаться вперед и хватать напарника за пояс я побоялся – Билли рефлекторно прижал спусковой крючок. Оставалось ждать, пока утопающий сам как–нибудь сориентируется. Например, упадет на спину, выключит резак и отползет.
Но Билли сориентировался головой вниз. С громким нецензурным воплем и оглушительным шипением он рухнул в озеро, подняв колоссальный столб пара. Вода бурлила и кипела вокруг Билли.
– На них напали!!! – взвизгнула Кларисса, да так, что мне захотелось выскочить из наушников.
– Тихо! – приказал я. – Это всего лишь Вильям. Великий и ужасный. Он всегда так шумит, когда падает в болото.
Чувствовал я себя довольно уверенно. Монстр – если он вообще тут был – на представление не отреагировал никак. А Билли растопырился на небольшой глубине, и в таком положении его медленно засасывал придонный ил. Комбинезон перешел в автономный режим, «дыхалка» работала штатно.
Билли очень хотел, чтобы я его поскорее вытащил.
Озеро сладострастно чавкало, заглатывая добычу.
Пар рассеялся, над местом падения Билли вскакивали и лопались громадные пузыри. Дальше простиралась зеленая гладь, украшенная островками плавучих растений. Ни одного чистого места, сплошная ряска.
Я убрал оружие за спину и сбросил бронежилет вместе с ним. Распустил все стяжки на комбинезоне. Достал пару страховочных ремней. Пришлось снять маску, чтобы помочь себе зубами – мне надо было ремнями туго перемотать рукава у самых подмышек. Потом я загерметизировал костюм, врубил «дыхалку», неумело перекрестился и нырнул.
Уже сорвав вентиль на баллоне с воздухом, я почуял, что делаю какую–то совершенную ерунду, но назад пути не было.
Я упал Билли на спину, обхватил его руками, и тут мой костюм раздуло, как воздушный шарик. Мы сначала еще немного погрузились в ил, но через несколько секунд нас потащило наверх. Я больше не мог обнимать Билли и только старался поглубже вогнать пальцы ему под пояс. Воздух так и рвался в перетянутые рукава.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
