тип. И взгляд такой, что спиной лучше не поворачиваться.
— Как же вы меня достали, — процедил я. Казалось бы, испортить настроение сильнее уже нельзя, но окружающие доказывали обратное.
Тихо ругаясь и думая, как бы их всех здесь оставить, а самому вернуться, я поспешил по коридору к узкой лестнице, пока ящеры не начали очередной штурм.
⠀⠀
*⠀⠀*⠀⠀*
То же самое время, коридор третьего этажа крепости
Выглянув из-за двери, Айн Ханна посмотрела вслед Василию. Проведя в компании работорговцев немало времени, она неплохо выучила язык далёкого светлого мира. Ник считал забавным, что мог общаться с ней так, чтобы окружающие ничего не понимали. Зная его прогнившее нутро, Ханна могла сказать, что он специально учил её, чтобы в один прекрасный день приказать перерезать всем им глотки, а они бы этого даже не поняли.
Ханна поняла не всё, о чём Василий говорил с одарённым, но суть уловила. Пробежав по коридору, она выглянула на лестницу. Удушающая жара, накрывшая этот мир, постепенно отступила, сменяясь лёгким холодом. Мир вокруг начал бледнеть, теряя яркие краски. С того момента, как с её плеча исчез рабский знак, прятаться в тенях стало так же легко, как и раньше. Ханна сбежала по лестнице, ловко проскочив мимо мужчины в кольчужном доспехе, охраняющего подъём на верхние этажи крепости. Глупые люди обычно не видели дальше собственного носа, и обманывать их было очень легко. Всех, кроме беловолосой девушки, всегда замечавшей Ханну, как бы хорошо она ни пряталась. И ещё длинноухого мужчины, заходившего в гости к Василию десять дней назад. Но этого можно было не считать, так как назвать его нормальным — язык не поворачивался.
Ханна пробежала по первому этажу крепости к ещё одной лестнице, ведущей в подвальные помещения. Несколько людей, одетых в разномастные доспехи, ожидали свою очередь подняться на стену и женщину просто не заметили, хотя ей пришлось расталкивать их локтями, чтобы пройти дальше. Даже в прошлом, когда Ханне не было и двадцати лет, ей не удавалось так легко двигаться в тенях. Если ещё утром всё было как обычно, то сейчас она шла, не встречая сопротивления, и каждая тень готова была распахнуть для неё свои объятия. Ханна вытянула кинжал из ножен у одного из воинов, а он на это не обратил никакого внимания. Если это заслуга символов, о которых говорил Василий, то Ханна обязана была узнать их секрет.
Сбежав по крутой винтовой лестнице, Ханна остановилась на площадке второго подземного этажа. Маленькая масляная лампа на стене едва разгоняла темноту и при всём желании не могла вырвать женщину из объятий тени. Лохматый мужчина, от которого неприятно пахло гарью, снял лампу со стены и оглянулся, поднимая её повыше. Убедившись, что на лестнице никого нет, он запустил руку за пазуху и выудил тряпичный кошель с большим железным ключом внутри. Механизм неприметной двери на лестничной площадке был хорошо смазан и тихо щёлкнул открываясь.
Шагнув вперёд, Ханна резким движением всадила кинжал в основание шеи мужчины, ударяя сверху вниз. Подтолкнув в проём двери, она быстро выхватила из его руки лампу, чтобы не разбил и не устроил пожар. Мужчина смог пройти два шага, затем гулко рухнул как срубленное дерево. Ханна бросила быстрый взгляд на лестницу, затем вошла внутрь крошечной комнаты, прикрыв за собой дверь. Размер помещения едва позволил мужчине упасть, не ударившись головой о стоявшие друг на друге ящики и сундуки. Больше всего комната напоминала склад, который недавно ограбили, оставив только самое бесполезное и ненужное барахло. Большой кучей в углу лежали кожаные сандалии, скатанные особым образом плащи и одеяла. В другом углу осталась пара десятков шлемов, аккуратно сложенных. Пахло же в комнате горькой пропиткой для кожи и чем-то едким, отчего начинало щипать в глазах.
Поставив на высокий ящик лампу, Ханна огляделась. Почти на самом видном месте стоял небольшой вытянутый сундук, в котором, ожидаемо, были золотые и серебряные монеты. В уголке, в бархатном мешочке лежали драгоценные камни, зловеще сверкнувшие в тусклом свете лампы. Ханна пока не знала, что планировал Василий в мире длинноухих, но золото лишним точно не будет. Чем быстрее он разберётся со своей проблемой, тем быстрее сможет помочь ей.
Минут десять у женщины ушло на то, чтобы соорудить мешок из кожаных ремешков и двух больших плащей. Высыпав в него золото, она туго стянула горловину, перевязала несколько раз и, взвалив его на плечо, вышла из комнаты. На мужчину, заливающего кровью полы в помещении, она даже не обратила внимания. Не забыв запереть дверь, повесила ключ на стену, под лампу.
Даже с мешком на плече Ханна не привлекла ни одного взгляда нескольких десятков людей, находящихся в главном зале крепости. Они были слишком увлечены предстоящим штурмом, а стоявший на узкой лестнице мужчина в кольчуге вежливо уступил дорогу. Неосознанный поступок, о котором он забудет уже через несколько минут.
Войдя в нужную комнату на верхнем этаже, Ханна почти сразу столкнулась взглядом со светловолосой Зои. Прохладный мир тени растаял, как лёгкая дымка под резким порывом ветра. Снова навалились жара и невыносимая духота, а мир приобрёл яркие и сочные цвета. Зои вопросительно приподняла брови, глядя на женщину специфическим взглядом. Она словно спрашивала: «Кого ты пытаешься обмануть?»
— Откуда же вы такие молодые и сильные взялись? — спросила Ханна, проходя к столу, и со звоном монет опустила на него мешок.
Что этой девушке, что Василию на вид было не больше шестнадцати лет. По меркам многих миров они считались взрослыми, как и на родине Ханны их бы уже допустили до обряда посвящения. Но всё же, обладать подобной силой в таком возрасте — удивительно для людей.
Пройдя к узкой бойнице, Ханна посмотрела на стену. Странно, что за это время опустошители не начали штурм, продолжая топтаться у холма. Зато их стало значительно больше, и если так пойдёт дальше, то они начнут занимать место уже на холме. Ханна даже улыбнулась, представив, как синекожие ящеры изнывают под палящими лучами солнца. Даже если они не горели в огне, то вряд ли хорошо переносили жару, иначе их шкура имела бы совсем другой цвет.
На стене, недалеко от главной лестницы, Ханна заметила фигуру Василия. Она знала, что он сдерживался, когда пару часов назад обрушил на головы ящериц могущественную магию. Это было понятно всем, кто мог почувствовать источник, откуда приходила сила, и сопоставить это с результатом. В тот момент, когда пространство над стеной начало жалобно стонать, Ханне показалось, что синекожих демонов просто
