Вопреки ее ожиданиям, там никого не оказалось, что возмутило Нику. В комнате царил мрак — окно оставалось закрытым ставнем, а полог постели был по прежнему задернут. Камин уже давно остыл. Похоже сюда в это утро так никто и не заглядывал, а может быть и всю ночь при девочке никого не было.
Ника вышла из себя: неужели Христина не позаботилась приставить к Айвен, хотя бы девицу. Но на Христину это было не похоже, а раз так то, девица просто в конец обнаглела и до сих пор не вернулась из караулки.
Быстро переодевшись в чистую рясу, она огляделась. Ей было не по себе. В комнате, что-то было не так. Может запах давно не проветриваемого помещения? Подойдя к постели Айвен, Ника отдернула его полог, но в впотьмах покоев разглядеть как следует лица девочки не смогла. Тогда подойдя к окну и взявшись за ставень, Ника с силой дернула его на себя, мимоходом отметив, что его ручка вымазана чем-то скользким и влажным.
Отставив в сторону ставень и впустив в комнату достаточно света, она прежде чем обтереть ладони о рясу, взглянула на них. Кажется целую вечность Ника смотрела на перепачканные кровью руки и кровь эта была еще свежей. Как-то деревянно, она повернулась лицом к комнате. Закрывающие стены гобелены оказались заляпаны кровью. Ею пропитался ковер под ногами. Тяжело дыша сквозь стиснутые зубы, Ника заставила себя оглядеться. Кровь была повсюду, а лик Блаженной Девы покрывала кровавая россыпь брызг. Но даже капли ее не было у постели Айвен. Его полог, одеяла, покрывала, простыни и даже пол на три шага от кровати не коснулась кровавая бойня, что произошла здесь, словно во время ее, перед постелью стоял непроницаемый заслон.
Амулет Бюшанса! Нике представилось как лютует взбешенный Балахон от того, что не может найти свою жертву — дочь барона. Ноги перестали держать Нику и она, добравшись до кресла, опустилась в него. Из отключки, когда Ника полностью выпала из реальности, ее вывел тихий зов Христины.
Ника подняла голову от спинки кресла, посмотрела на Христину и сев прямо, замирая, огляделась. Комната имела свой обыденый, привычный вид. Нигде ни следа крови, даже намека на нее. И тут подскочила от страха, каменные складки одежд Блаженной Девы были перепачканы темными пятнами, но оказалось, что это были сухие цветы, стоящие в кувшине: бордовые осенние розы. Она испытала облегчение — никто не пострадал и в тоже время ее ослепил гнев — Балахонистая тварь запугивала ее.
Конечно, она испугалась. И очень! Ей было действительно страшно. Ну, напугалась она и что теперь? Дальше-то что? Если этот гнилостный слизняк думает, что это ее остановит, то очень ошибается. Ее гнев был настолько силен, что она не сразу расслышала то, что говорила ей Христина.
— Что? Зачем это мне нужно идти в конюшни? - переспросила Ника, обратив внимание на то, как бледна женщина.
— Сайкс хочет, чтобы вы посмотрели повозку для леди Айвен.
Ника рассердилась еще больше. Что за глупец этот Сайкс! Неужели нужно было говорить именно Христине о повозке, предназначенной для дочери барона? Через минуту другую, уже ни для кого в замке это не станет секретом.
Вопреки ожиданию Ники, женщина не стала задавать никаких вопросов, а молча осталась у постели молодой госпожи. Ника же, не вдаваясь в причину ее подавленного настроения, быстро прошла через двор к конюшне, где в пристройке, стояли телеги и крытая повозка. От повозки к ней, едва она вошла, подался Сайкс Поуэ, поманив ее к себе.
— Зачем надо было посылать Христину? - раздраженно выговорила ему Ника. — Тебя, что сэр Риган не предупредил?
Сайкс молча отдернул с повозки полог. В ней лежало тело девицы с неестественно вывернутой головой. Один глаз выбит, а в груди зияла глубокая кровоточащая рана. То, что это была девица, Ника узнала по полосатой юбке.
Сайкс опустил полог.
— Твою мать! - сквозь зубы процедила Ника.
— За мать не волнуйтесь. Она хоть и любительница почесать языком, но зря не болтает.
Ника равнодушно отметила, что по-видимому Сайкс имел в виду Христину.
— Как она узнала? - спросила Ника, имея ввиду Христину. - Ты ей сказал?
— Нет. Она сама увидела, когда принесла мне сюда еду. Я, ни о чем не подозревая отдернул полог повозки и вот…
— Об этом кто нибудь еще знает?
— Вы, я да мать. Сэр Риган приказал приготовить повозку к третьему дню, вот я и полез в нее, а тут… Надо бы сэру Ригану доложить… Как он скажет, так и будет.
— Да. Иди в деревню, найдешь его у кузнеца Хоуги.
Выйдя за Сайксом Поуэ из сарая-пристройки, Ника прислонилась к стене. Оказывается выпал снег. Много снега. Бедная глупая Салли, не желавшая возвращаться в деревню к свиньям и которая оказалась не в том месте и не в тот час. Она погибла из-за Ники и за Нику, отсутствовавшей этой ночью из-за, так непредсказуемо, сложившихся обстоятельств.
Вдруг от страшной догадки ее бросило в жар. А ведь Балахон не случайно запихал тело Салли в повозку, предназначенную Айвен. Он ясно дал понять, что Ника никуда не уедет из Репрок: с Айвен или без. Ну, посмотрим! Ника оттолкнулась от стены и зашла в конюшню.
Колокол храма пробил час пополудни, когда Ника выехала на своем муле из ворот замка. Застоявшийся мул шел бодро и ходко, не вынуждая седока подгонять его. Проехав деревню, Ника повернула мула на тропу, что выводила к единственной дороге, шедшей из Репрок в город, отгоняя мысль о том, что по ней проехал свой последний путь отец Фарф. А может Балахон так жестоко расправился с Салли еще и потому, что сэр Риган, в эту ночь, освободился от проклятых чар оборотничества, и как бы в отместку за это он жестоко рассправился с Салли. И куда девались сердца священника и девицы? Гадское дело.
Она остановилась, озираясь вокруг. По ее расчетам выходило, что она уже давно должна была выехать с тропы на дорогу, потому что уже миновала ту ее часть, что проходила сквозь заросли остролиста. Тогда каким образом она умудрилась вернуться обратно? Скорей всего, задумавшись, съехала с тропы на другую, которая уводила в сторону, она-то и привела ее обратно к эти зарослям. Ладно, впредь она будет внимательнее и больше не сделает такой промашки. Неспеша Ника двинулась вперед.
Проехав мимо кустов остролиста, она была внимательна и держалась тропы, которая опять привела ее к ним же. Что за дела? Стукнув мула пятками, Ника съехала с тропы, продралась через орешник, миновала подъем холма, выводящий на дорогу и вновь очутилась на тропе, ведущую в заросли остролиста.
Отлично! Ее просто напросто водили по кругу, не выпуская из владений барона. Перед следующей попыткой, Ника прочла необходимую молитву и уверенно тронув мула, миновала кусты остролиста, и поехала дальше, взобравшись вверх по пологому холму. Сквозь кусты мелькнула разбитая колея дороги и понукая мула, Ника выехала на нее… вновь остановившись перед зарослями остролиста.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
