через гать не пройти. Ты лучше договорись с ним, чтобы он позволил тебя навещать, хотя бы раз в месяц. Возьмешь с собой самое необходимое, а я понемногу буду приносить остальное. Ну или принесу и оставлю, а он заберет, если не позволит с тобой видеться…
– Хорошо! – обрадовалась Агата. – Я его уговорю! Только… Маргрит?
– Что?
– Не делай, как в сказках бывает, – серьезно попросила она.
– О чем ты?
– Я обещала ему вернуться на рассвете. Только я тебя знаю, ты хитрая, вон что придумала с туфелькой… Не надо переводить стрелки на часах или запирать двери, хорошо? А то мне придется идти искать Волка по тем лесам. Только уже одной.
– Хорошо же ты обо мне думаешь, – сердито ответила я, хотя, каюсь, мелькали у меня такие мысли. – Не выдумывай. И ложись спать!
Сама я долго лежала без сна, все ждала, не появится ли Фея Ночи. Но нет, темнота молчала, и тогда я осторожно поднялась, стараясь не разбудить Агату, и выскользнула за дверь.
– Что еще, Маргрит? – сонно произнес герцог, когда я забралась к нему под одеяло. Спал он, как Волк, вполглаза. – У тебя ноги ледяные…
– Извините, сударь.
– Что, объявилась твоя патронесса? – он приподнялся на локте.
– Нет, не объявилась.
– Тогда зачем ты пришла?
– Сударь, а вы как полагаете? – невольно улыбнулась я. – Как-то в тот раз… неудачно вышло. И вы обещали продолжить, помните? Да только нас прервали самым грубым образом!
– Такое, пожалуй, забудешь, – усмехнулся он в ответ. – Не боишься?
Я покачала головой. Чего было бояться с ним рядом? Разве что мести фей, но ведь и они оказались не настолько страшны, как казалось поначалу…
«Не будь самонадеянной, Маргрит, – сказала я себе. – Тебе просто повезло. Тебе помогли. В одиночку ты никогда бы не сладила с феей!»
Ну а потом я отбросила эти мысли, потому что хотела убедиться – это действительно Винсент, не подменыш, не обманка, что он жив, а я вовсе не сплю…
На этот раз все было иначе, неторопливо и нежно, в сильных руках тянуло забыться и никогда не приходить в себя… Жаль только, время неумолимо, за окнами вскоре забрезжил рассвет, и я ускользнула от уснувшего герцога, чтобы вздремнуть хоть часок – голова шла кругом!
Глава 19
– Где ты была всю ночь, Маргрит? – сонно спросила Агата, когда я вернулась в комнату.
– Я отошла на минутку, – ответила я.
– Нет же, тебя не было… – сказала она. – А… ну… я поняла. Маргрит, а ты расскажешь мне, как это? А то Волк, я смотрю, немножко дикий, а я так вовсе о таком только в книжках читала. А там ведь только о приличном… Ну, о поцелуях и супружеском долге. А что да как, мне и невдомек!.. Что ты смеешься?
– Просто вспомнила кое-что, – ответила я, подавив смех. Да, то, чему мог обучить герцог, в книгах для благонравных барышень точно не писали! – Расскажу, конечно. Правда, если после такого Волк от тебя сбежит…
– Не сбежит, – ответила Агата, прижалась к моему плечу и засопела. – Я еще подремлю, ладно?
– Спи уж. Только не забудь, что нам еще по лавкам идти, – вздохнула я.
Разумеется, мы проспали. Правда, нам не нагорело: герцог еще не вставал, видно, решил отоспаться как следует, так что мы наскоро перекусили, взяли корзины да отправились в город.
– Нет, тут без телеги не управиться, – покачала головой Агата, еще когда мы составляли на кухне список самого необходимого. – И мне это не донести.
– Так Мэд пособит с мальчишками, – встряла Магда, подкладывая нам добавки. – А то хозяина попросите, пусть вьючную лошадь одолжит!
– Попробуем, – кивнула я. – С телегой-то по лесу неудобно, а вот во вьюках это все увезти можно.
Для Магды и прочих слуг мы сказали, что Агата выходит замуж в дальний поселок за лесом. Пускай жених небогат, но хозяйство свое, хоть и скромное, имеется. И вдобавок сирота, так что от свекрови Агате не попадет за неумелость! А там навострится, она быстро учится…
Так вот мы и обходили рынок, прицениваясь там и тут, выбирая лучшее – не сами забирали, конечно, просили прислать домой. Ну а потом пошли к дядюшке Уолдо, заказать Агате крепкие башмаки на осень и на зиму. Это уж я заберу да принесу, не за сутки же он их стачает! Хотя он мог бы, наверно.
– Что запропали, красавицы? – спросил он весело, не отрываясь от работы. – Совсем старика позабыли!
– Да все навалилось как-то, дядюшка, – ответила я, присев на табурет. – То кредиторы, то пожар, то вот Агата замуж выходит…
– Да что ты! – изумился он. – Она же несовершеннолетняя!
– Так у нее никого нет, кроме меня, – ответила я, – а я не возражаю. Ну и наш хозяин тоже слово скажет, ему-то что?
– А кто хозяин-то?
– Черный герцог, слыхали о таком?
– Еще б не слыхать! Вся округа так и гудит: уж которую неделю ездит, примеряет туфельку всем девицам подряд, все суженую принца ищет. Правда, тут запропал что-то, принц сам ездил. То-то шуму было!
Дядюшка Уолдо посмотрел на меня с хитринкой. Я едва заметно улыбнулась, мол, сработала затея.
– Дочки госпожи Тинке тоже примеряли, – добавил он. – Да им мала оказалась. Правда, они девицы ушлые, потом ко мне пришли, говорят, стачай нам, мастер, такие же. Видно же, что твоя работа! А за ними и другие потянулись: кому попроще, кому покрасивее, так что, Маргрит, деньжат я подзаработал, самое оно к зиме! Скоро праздники да балы начнутся, вот девицы с мамашами и заказывают побольше…
– Так это же здорово, дядюшка Уолдо, – улыбнулась я. – Чем плохо? Хотя вы вроде бы на покой собирались?
– Да куда там на покой! – отмахнулся он. – Я вон еще пару подмастерьев взял, они от Петера сбежали, знаешь такого, сапожник он? А я ему сколько раз говорил – палкой разумения не вобьешь, объясни по-человечески, покажи, тогда и толк будет! Меньшой вон детскую обувь уже хорошо делает, талант у него к этому, – добавил он. – Городские, кто позажиточнее, берут, особенно на зиму. Да и из господских домов приходили, всякие там туфельки да ботиночки с шелковыми бантиками им подавай, как у взрослых чтобы… А старшего я подучу – вместо меня будет, как подрастет, у него рука верная.
– Ну и хорошо, – сказала Агата. – А еще кто примерял?
– Да вот еще падчерица госпожи Тинке, – припомнил мастер. – Это сестры ее рассказали. Но той тоже мала оказалась.
– Да уж, такие туфельки только Маргрит впору, – хихикнула Агата, а я шикнула – нечего болтать
