О заложении церкви. В тот же месяц благоверный и христолюбивый царь и великий государь велел заложить церковь каменную о девяти верхах, которая прежде была деревянной, о Казанском взятии у Фроловских ворот над рвом, придел к той же церкви живоначальной Троицы над рвом Николаю чудотворцу вятскому. А прежде сего за два года заложена была одна Троица, и государь велел прибавить к той же церкви Покров пречистой и приделы. В тот же месяц благоверный царь и великий князь Иоанн Васильевич всея России, с великою верою и со многим желанием повелел поставить церковь деревянную святого чудотворца Николая вятского.
В тот же месяц отпустил государь ногайских послов в Ногаи милостиво. А своих послал к Исмаилу князю Игнатия Загряжского, а к Касай мурзе Мясоеда Вислова, а к Араслану татар служивых. А приказал царь и великий князь, чтоб были заедино со царем и великим князем на всех его недругов, и за то, что Юсуфа князя побили, послал со своими послами князю и мурзам жалованье свое казенное. А по Исмаилову челобитью на Волгу послал голову стрелецкого Григория Кафтырева со стрельцами да Федьку Павлова, а велел беречь на Волге по перевозам от Исуфовых детей и в Астрахань с Дербышем царем посланиями обмениваться; каковы будут вести, и им грести в Астрахань помогать Астрахани.
О присылке из Астрахани. В тот же месяц май прислал из Астрахани Петр Тургенев, что приходили к Астрахани Ямгурчей царь с братиею, да Исуфовы дети, и Дербыш, соединясь с Казы мурзою и с Исуфовыми детьми, Емгурчия царя и с братиею Ногайлы царевича и брата его Крым-Гурей царевича побили. А побили их мурзы Исуфовы дети, а Дербыш их за то за Волгу перевез. В тот же месяц май писал с Волги Григорий Кафтырев, что встретил Петра Тургенева, а он гребет из Астрахани. А сказывает, будто его отпустил Дербыш царь к царю и великому князю, а послов своих не послал, а сказывает, что у него обмен сообщениями с крымским царем. И Григорий Петра воротил и сам погреб во Астрахань со стрельцами и со всеми казаками.
О присылке гонца из Крыма. В том же году в месяце мае прислал из Крыма Девлет-Гирей царь гонца Ян-Магмета, а писал о дружбе, и послал послов своих, и великого князя посла Феодора Загряжского отпустил, а царь бы князь великий к нему послов послал, а срок учинил 20 дней, да солгал, послов не прислал. В тот же месяц июнь приехали к государю из Ногаев Игнатий Загряжский и Мясоед Вислово. А сказывали, что пришли на Исмаила Исуфовы дети да Казы мурза Ураков сын, да Исмаила согнали, а Казу мурзу убили.
О посылке царской на стада крымские. В том же году в месяце июне послал государь на стада крымские воевод в Мамайлуг: в большем полку боярина Ивана Васильевича Шереметьева да окольничего Льва Андреевича Салтыкова; в передовом полку окольничего Алексея Даниловича Басманова да Бахтеяра Зюзина; в сторожевом Дмитрия Михайловича Плещеева да Стефана Сидорова. А велел им прийти в Мамаевы луга, промыслить на стада послать крымские, а самим остерегаться. И пошли из Белева на Троицын день, а шли Муравскою дорогою. И когда воеводы пришли выше Мжи и Коломака, прибежал к ним страж от Святых гор да станичник Лаврентий Колтовский товарища прислал с тем: царь крымский через Донец переправился со многими людьми, а идет к Рязанским или к Тульским украинам. И воеводы послали царю и великому князю с вестью, что царь крымский идет на его украину, а сами воеводы воротились и пошли по сакме. И примчались от воевод к царю и великому князю с тою вестью Ивашко Дарин с товарищами. В месяце июне в пяток отпустил царь и великий князь воевод своих на Коломну боярина князя Ивана Феодоровича Мстиславского с товарищами, а сам пошел с Москвы на третий день в воскресенье, а с ним князь Владимир Андреевич, да царь казанский Симеон, да бояре и дети боярские многие, и пришел в Коломну во вторник. И тут пришла государю весть в среду вечером, что крымский царь идет к Туле. И царь и великий князь пошел на Тулу со всеми людьми в четверток рано, и в тот день под Каширою государь через Оку реку переправился со всеми людьми и передовому полку велел идти скорее. И в тот день прислали к государю из Воротынских вотчин языка крымского. А сказывал, что крымский царь, идя к Туле, взял стражей, и сказали ему, что царь и великий князь идет на Тулу, и крымский царь воротился со всеми своими людьми во вторник, а людей с ним было всех из иных орд съезжих 6 000. И царь и великий князь послал доведаться подлинных вестей, и за царем послал многих подъездчиков, а сам к Туле пошел, не мешкая, в пятницу рано. И на Столке пришла весть к царю и великому князю от воевод, от Ивана Шереметьева с товарищами, что Иван, идучи за царем, посылал на его кош головы, а с ними детей боярских многих, Ширяя Кобякова да Григория Желябова с товарищами. И головы на царев кош пришли и коши взяли, лошадей с 60 000, да аргамаков 200, да 80 верблюдов. Да и весть воеводам прислали с тем, что кош взяли, и 20 языков к воеводам прислали. И языки воеводам сказали, что царь пошел на Тулу, а идти ему наспех за реку за Оку под Каширою. И воеводы пошли за царем наспех его колеею, и встретились со царем в среду около полудня на Судбищах, и со царем бились до вечера, и передовой полк царев и правую руку и левую потоптали, и знамя взяли ширинских князей, и бились до ночи, и тут стояли полки всю ночь. И воеводы посылали назад за головами и за детьми боярскими, чтобы к ним спешили, а они со царем бьются. И прискакали к ним немногие, а все поворотили к украине со всем кошем, куда ближе, на Рязань и во Мценск. А на утро в четверг бились до пятого часа дня, полки на полки напускали жестоким крепким боем и многих крымцев в его полках передовых побили. И царь крымский со своим полком пришел и со всеми людьми да воевод разгромил и людей побил многих, а сам к Туле пошел. И царь и великий князь пошел наспех к Туле, шел повсенощно и пришел на Тулу в субботу на солнечном восходе. И тут к государю приехали воеводы боярин Иван Васильевич да окольничий Лев Андреевич. А сказывали государю, что на кош послали многих людей и кош царев взяли, а спешили за царем по его государеву наказу, ожидали его в войне застать, если станет воевать и распустит войну, чтобы воеводам не приходить на всякий сброд, а не станет воевать, и они бы не стали его промышлять, смотря по делу; да за грехи с ним встретились, и бились со царем полтора дня. И которые люди на коше были, те к ним многие не приехали, а поехали с кошем по украинам. И царь потоптал и разграбил, и многие люди и с бою съехали, разбежались и поскидывали с себя оружие, а воеводы все, дал Бог, здоровы. Дмитрий Плещеев и Бахтеяр Зюзин приехали в тот же день. А окольничий Алексей Данилович Басманов да Стефан Сидоров, найдя в дуброве коши своих полков, велели тут бить по набату и в сурну играть, и к ним съехались многие дети боярские, и боярские люди, и стрельцы, тысяч с пять или с шесть, и тут отсеклись. И царь к ним приступал со всеми людьми, и с пушками, и с пищалями и до вечерни. И Божиим милосердием, дал Бог, Алексей Данилович тут от царя отсиделись, и из луков и из пищалей многих татар побили. И которых крымских царь взял детей боярских, те ему сказали, что царь и великий князь на Туле, и ожидают его на царя приходу. И царь крымский пошел назад наспех и через Сосну переправился на следующий день. И пришел Алексей к царю на Тулу в воскресенье со всеми людьми, дал Бог, здоровы. А Стефана тут в засеке ранили из затинной пищали по колену, а на бою его копьем ранили, и лежал 5 недель, и не стало его в чернецах и в схиме на Москве. И царь и великий князь стоял на Туле 2 дня, а за крымским царем не пошел, потому что промеж их 4 дня, а бой был от Тулы 150 верст, и пришла весть от подъездчиков, что царь идет в обход наспех по 70 верст на день. И дождался государь всех людей, и с Поля к Москве пошел, и пришел к Москве, и жаловал государь воевод и детей боярских, которые бились с крымцами. А всех было с воеводами детей боярских 4 000, а с людьми их, и казаков, и стрельцов, и кошевых людей 13 000. И от них было послано на коши с 6 000, и в ночи к ним поспело против четверга только с 500 человек, а те все и с конными со всеми отъехали на украины здоровы. А на бою убили и взяли детей боярских 320 человек, а стрельцов 34 человека, а боярских людей […].
В тот же месяц июль прислали из Литвы бискуп Павел виленский да воевода виленский пан Николай Радивилович к Макарию митрополиту да к боярину князю Ивану Михайловичу Шуйскому с грамотою торгового человека Демешку, чтобы митрополит молил и наводил на то царя и великого князя Иоанна Васильевича всея России, чтобы с королем похотел миру. Августа 25 митрополит послал в Литву дьяка своего Савлука Турпеева с грамотами, а писал о согласии и мире и на послов королевских от царя и великого князя послал грамоту покровительственную.
В тот же месяц август прислал из Астрахани голова стрелецкий Григорий Кафтырев сотника Стефана Кобелева. А сказывал, приехал Григорий Кафтырев со стрельцами, и Федька Павлов с казаками, и посол Петр Тургенев, а Дербыш царь и все астраханские люди из города выбежали потому: солгали им, что на них царь и великий князь рать послал и побить их велел всех, и они от страху выбежали все; а крымский к ним прислал трех царевичей да своего князя Чегилека и с пушками и с пищалями. И Григорий с царем Дербышем сообщениями обменялся и со всеми астраханскими людьми, и сказал им, что их царь и великий князь пожаловал и посла своего к Дербышу Леонтия Мансурова послал, и цариц отпустил, и дань им на сей год пожаловал государь отдать. И царь Дербыш с детьми и вся земля пришла в Астрахань и государю в холопстве учинились. Да Стефан же сказывал, что Исмаил князь, собравшись с детьми и с племянниками, пришел на Исуфовых детей, да их побил, Алы мурзу убил и иных, а иных разогнал, а сам опять учинился князем на всех ногаях.
