как только Аминтас будет избран эдилом-».
Аминтас тут же воскликнул: «Архонт, меня совсем не интересует архитектура!»
Все засмеялись.
«Я знаю, это просто пример». — Давос тоже улыбнулся: «Аминтас ничего не знает об архитектуре, но на этой должности ему придется служить обществу, и поэтому он должен приложить все силы, чтобы понять и изучить свою работу в качестве эдила. Когда он, наконец, овладевает знаниями архитектуры и понимает потребности различных частей проекта союза, срок его пребывания в должности подходит к концу. За этот год он почти не сделал никакой эффективной работы, но если бы ему дали еще один год, его работа, несомненно, была бы намного лучше, чем в первый год, потому что он в основном понял всю строительную ситуацию в союзе и потребности каждого города-государства. Так что на третий год эффективность его работы будет еще выше, потому что он уже полностью освоился. Поэтому он сможет обращаться в сенат за средствами, руководить строителями, мастерами, рабочими и рабами для возведения крупных зданий и содержания общественных сооружений. Более того, он наконец-то сможет получить некоторые достижения, верно?».
Все кивнули.
Затем Аминтас крикнул «Да, все так!».
И раздался новый взрыв смеха.
«Поэтому избирать госслужащего раз в год — это пустая трата времени и неэффективно. Это следует изменить, но конкретный срок пребывания на каждой государственной должности необходимо обсудить позже. А теперь вернемся к вопросу о Куногелата». — Повернувшись лицом к толпе, Давос серьезно сказал: «Согласно закону, который мы собираемся издать, каждый гражданин имеет право стать государственным служащим. По моему мнению, гражданин, только что достигший 18 лет и желающий стать государственным деятелем Сената, должен будет, во-первых, в течение пяти лет занимать как минимум три вида государственных должностей низкого ранга, таких как патрульный, пожарный, переписчик и так далее. В то же время, он должен вступить в армию и сражаться, и должен принять участие более чем в двух крупных сражениях, прежде чем он сможет обратиться в Сенат и попросить более высокую должность.
К этому времени он должен иметь богатый опыт работы в низах, быть физически сильным и знакомым с войной, и ему должно быть около 30 лет. Согласно его производительности, способностям и специальности, Сенат может решить, позволить ли ему служить капитаном городской обороны, начальником пожарной команды, офицером переписи, эдилом, коммерческим офицером, финансовым чиновником или инспектором.
Затем он должен занять две или более промежуточные государственные должности, или прослужить старшим центурионом, или даже центурионом в течение трех лет. К этому времени ему должно исполниться 40 лет, и он станет более стабильным и знакомым с политическими делами, а также сможет справиться с более сложными ситуациями и повести войска на войну.
В этот момент он может подать заявку на вступление в Сенат. Затем сенат решит, может ли он стать государственным деятелем, в зависимости от его деятельности. Но должность претора города-государства может занимать только государственный деятель сената. Одобряете ли вы мою идею?».
«Одобряем!».
«Мы согласны!». — воскликнули государственные деятели.
'По крайней мере, 20 лет нам не придется беспокоиться'. — Это мысли нескольких простых людей.
Государственные деятели, избранные таким образом, определенно станут выдающейся элитой среди граждан, и тот факт, что такой глупец, как Ниансес, станет полемархом, больше никогда не появится в союзе. Думая так, Куногелат от всего сердца выразил свое полное одобрение.
'Похоже, нам нужно занимать больше общественных должностей и накапливать административный опыт, чтобы в будущем молодежь не смотрела на нас свысока'. — Так думают такие трудолюбивые люди, как Иелос.
***
Подавляющее большинство государственных деятелей согласилось с идеей Давоса, потому что будь то увеличение срока государственной службы или служба в качестве претора города-государства, делает интересы нынешних государственных деятелей более защищенными, но некоторые люди выдвинули возражения.
«В союзе всего несколько государственных должностей. Поэтому если мы продлим срок пребывания в должности, боюсь, что многие не смогут служить». — сказал Анситанос с беспокойством.
«Пока есть только эти многочисленные должности, но в будущем, возможно, кто-то сможет поехать в город, находящийся в сотнях километрах от нас, чтобы занять свой пост. В то время в каждом городе, вероятно, потребуются переписчики низшего звена, финансовые работники низшего звена и другие чиновники низшего звена, а затем они будут находиться под контролем старших переписчиков, старших финансовых работников и других старших чиновников при Сенате. Поэтому нам также необходимо создать комитет в Сенате для надзора, управления и оценки работы этих государственных служащих».
Амбиции, содержащиеся в словах Давоса, заставили некоторых людей почувствовать волнение, а некоторых — скепсис. Но в целом все были очень довольны, потому что создание нового комитета даст многим праздным государственным деятелям занятие, и их власть тоже будет немаленькой.
Только Мерсис беспокоился: «Если в будущем будет так много государственных чиновников, то какой должна быть их зарплата?».
И раздался еще один взрыв смеха.
Давосу пришлось сказать: «Мы поговорим об их зарплате позже».
Резолюция «построить зал заседаний Сената на 600 человек» была принята. Далее — обсуждение строительства храмов.
Обсуждать вопрос о строительстве храмов не было никакой необходимости, потому что, согласно соображениям, они могут просто построить новые храмы прямо на месте старого храма. Государственные деятели не возражали против этого, и резолюция должна была пройти гладко. Но вдруг Плесинас встал и громко заявил: «Я против восстановления храма Аполлона!».
Все были ошеломлены.
Плесинас был очень доволен результатом своих слов.
Затем он взглянул на Давоса, полностью игнорируя изумленное выражение лиц всех остальных, и продолжил громким голосом: «Потому что наша преданность Аполлону не обеспечила нам защиту бога солнца! Предательство вольноотпущенника, захват Турии, и весь город скорбел, но Аполлон закрыл на это глаза, а боги не могут безучастно наблюдать за людьми, и вот, его храм постигла катастрофа и превратила его пламя в пепел!».
Похоже, что Плесинас обвинил Аполлона в разрушении города Турии, что казалось кощунственным. Однако, будучи покровителем Турий, Аполлон даже не защитил свой храм. Это действительно заставило государственных деятелей, веривших в него, почувствовать себя странно, и после того, как Плесинас «напомнил» им, подумать: «Неужели Аполлон покинул Турии?».
Давос с интересом посмотрел на Плесинаса.
«Кто спас жителей Турии и отомстил за Турию? Несомненно, это были жители Амендолары! Но какой бог поддерживает армию Амендолары? Посмотрите на флаг, который высоко держат храбрые солдаты-граждане! Разве это не Аид размахивал своим жезлом, чтобы принести смерть кротонцам? Это Аид благословил наемников и легко лишил жизни 8000 луканцев! Теперь, когда Турий возродился из руин, а Амендолара и Турий стали единым целым, тогда Аид, как бог-покровитель армии Амендолара, а также тот, кто дважды
