— Наверное, понимает, что ты уже давно не ребенок и можешь сама решать, что делать.
— Если бы они с тетей с таким же пониманием относились и к моему нежеланию выходить замуж и рожать детей в ближайшее время… — с легкой улыбкой вздыхает Ракель.
— Они тебя замучили с этим вопросом?
— О, еще как! Я только и слышу о том, что мне уже давно пора выходить замуж и рожать детей. И мои родственники даже и слышать не хотят о том, что я к этому еще не готова.
— Моя мама тоже в последнее время начала напоминать мне о замужестве, — скромно признается Алексис. — Напоминать о желании растить внуков. Боится, что я могу остаться совсем одна.
— В последнее время их стремление выдать меня замуж начинает немного раздражать.
— И давно они говорят об этом?
— С восемнадцати лет.
— Ничего себе!
— В их идеальных планах я должна была получить высшее образование, параллельно познакомиться с каким-нибудь парнем, выйти за него замуж лет в восемнадцать-девятнадцать и к двадцати годам родить ребенка. А потом думать только лишь о благополучии своей семьи и быть для них самой лучшей мамой и женой.
— А ты разве не хочешь мужа и детей?
— Хочу, но не сейчас. Однако дедушка и тетя не верят, когда я говорю, что не хочу. Мол, любая девушка всегда хочет быть замужем и воспитывать ребенка. Говорят, что мои мысли поменяются сразу же после того как я влюблюсь. После того как я встречу того, кого захочу видеть своим мужем и отцом своих детей.
— А разве ты еще не была в кого-то влюблена?
— Был один мужчина, который мне действительно понравился, — бросает легкую улыбку Ракель. — Но к сожалению, наши с ним пути разошлись. Мы больше никогда с ним не увидимся.
— Почему?
— Потому что мы не подходим друг другу и не можем быть вместе.
— Вот как?
— С самой первой встречи мы совсем не поладили друг с другом и ругались при любой возможности.
— И ты расстроилась из-за того, что влюбилась не в того человека?
— Да нет, не особо! — скромно улыбается Ракель. — Этот мужчина не единственный на свете. Не он, так кто-то другой. К тому же, я вижу рядом с собой совершенного другого человека. Не такого, каким был он.
— Видно, так решил Бог. Решил, что он не твоя судьба. Что ты должна влюбиться в другого мужчину. Которого ты бы сама любила, и который любил бы тебя.
— Верно, — уверенно кивает Ракель. — К тому же, в вопросах о личной жизни я хочу полагаться на судьбу и не искать кого-то специально.
— Я так и поняла. Хотя я знаю девчонок, которые ищут парней намеренно.
— Знаю. Но как по закону подлости, тем, кто реально хочет влюбиться, не везет, а к таким, как я, кто не намеревается в ближайшее время начинать какие-то отношения, парни постоянно пристают.
— У тебя так много поклонников?
— Очень много! За все это время я получила, наверное, тысячу предложений руки и сердца от совершенно разных парней. Но увы… Никто пока что не смог заинтересовать меня и поменять свое мнение о том, что я не собираюсь выходить замуж и рожать детей на радость дедуле и тетушке.
— Понятно…
— В любом случае когда Господь решит, что пришло время, то Он обязательно приведет меня к тому, с кем я должна быть.
— Конечно, приведет, — скромно улыбается Алексис. — Ты молодая и очень красивая девушка. У тебя огромный выбор среди парней. Сможешь выбрать любого, и он будет только рад стать твоим возлюбленным.
— Знаешь, Лекси… — Ракель крепко сцепляет пальцы рук. — Дедушка так усердно настаивает на замужестве, что я очень хочу купить отдельную квартиру и жить одной. Хочется жить своей жизнью и перестать практически каждый день слышать, что мое время уходит, и я не должна так безжалостно отвергать всех парней, которые предлагают мне руку и сердце.
— Я тебя прекрасно понимаю, дорогая, — произносит Алексис. — Все со временем надоедает, когда тебе каждый день говорят одно и тоже.
— Обидно, что мне так усердно хотят навязать свою точку зрения, которую они считают правильной. И не желают слышать о том, что иногда все может быть совсем наоборот.
— Наверное, я бы и сама мечтала жить одна, если бы моя мама давила на меня и буквально требовала подарить ей внуков.
— Я определенно съеду в съемную или собственную квартиру, когда подберу что-то подходящее. А иначе меня будут подвергать такому давлению еще пару-тройку лет.
— Кстати, должна признаться, меня удивляет то, что ты живешь в маленькой квартире, а не в огромном доме с кучей служанок и помощников. Как и любая звезда.
— Мне больше нравится жить в небольшой квартире, — признается Ракель. — Да и я вполне могу сама вести хозяйство. Мне совсем не трудно что-то себе приготовить, помыть за собой посуду, поменять постельное белье или помыть полы. Я все это умею делать и никогда не брезговала этим заниматься.
— Вот как…
— Думаю, в этом заслуга моих дедушки и тети, которые всегда говорили, что нужно уметь обслуживать себя и не превращаться в белоручку. Именно благодаря им я спокойно могу жить в маленькой квартире, убирать ее и часами стоять у плиты, пытаясь приготовить что-нибудь вкусное.
— Похвально, — скромно улыбается Алексис. — Не все звезды такие простые. Обычно они окружают себя кучей помощников и ничем себя не утруждают.
— Верно. Но несмотря на известность, я все же предпочитаю жить как простой человек.
— Тебе это удается.
— Стараюсь.
Ракель с легкой улыбкой еще раз осматривает изумительной красоты дом, недалеко от которого она находится.
— Ладно, что-то мы здесь немного задержались, — задумчиво говорит Алексис.
— Да, пошли поскорее сделаем свое дело, а потом подумаем, что делать, — спокойно говорит Ракель.
— Тогда вперед!
Спустя несколько секунд Ракель и Алексис довольно близко подходят к нужному дому. Девушки без проблем проходят мимо охранников, которые стоят напротив ворот и сразу же пропускают их лишь потому, что они хорошо знают юную блондинку и всегда разрешают ей зайти на территорию семьи Жаклин без лишних вопросов. Кроме того, крепкие молодые мужчины даже здороваются с ней и интересуются, как у нее дела, а она охотно перекидывается с ними парой слову.
После этого девушки подходят к главному входу дома, который вблизи кажется еще больше. Оказавшись напротив большой двухстворчатой двери, Алексис пару раз нажимает на дверной звонок. И через несколько секунд дверь открывает женщина среднего возраста в голубом платье по колено с фартуком и аккуратно забранными русыми волосами. Одна из прислуги в доме семьи Андервуд, которая дружелюбно улыбается незваным гостям.
— Добрый день, — вежливо здоровается женщина. — Чем я могу вам помочь?
— Здравствуйте, — дружелюбно отвечает Алексис и бросает короткий взгляд на рядом стоящую Ракель. — Мы с этой девушкой хотели бы увидеть Жаклин и поговорить с ней. Скажите, она сейчас дома?
— А по какому делу вы пришли к ней?
— По личному. Разве не может ее подруга Лекси навестить Жаклин и провести с ней немного времени?
— Лекси?
— Господи, неужели вы уже успели забыть меня, пока были в продолжительном отпуске?
— Э-э-э… А! — Женщина дружелюбно смеется, получше присмотревшись к Алексис. — Ах, это ты, Алексис! Вот я старая кошелка! Совсем память дурная стала.
— Ну вот, другое дело! — скромно хихикает Алексис.
— Ты уж извини меня, не узнала тебя сразу…
— Все в порядке, — дружелюбно отвечает Алексис. — Можете не извиняться.
— Я и правда только сегодня вышла на работу после долгого отпуска. Немного отвыкла от работы и многое здесь позабыла. Включая и тебя.
— Тогда вспоминайте. Потому что ваши хозяева не погладят вас по голове.
— Ой, да уж как-нибудь постараюсь.
Алексис пару секунд ничего не говорит и просто скромно улыбается, пока Ракель скромно стоит рядом с ней, сложив руки перед собой и немного нервно теребя в руках ручку своей маленькой сумочки.
— Так, Жаклин сейчас дома или нет? — задумчиво спрашивает Алексис. — Если она занята или находится не дома, то я могу прийти к ней позже.
