Читаем без скачивания Путь эльдар: Омнибус - Энди Чемберс

Близкое шипение вернуло Заин Жалира с небес на землю. Он слишком хорошо знал этот звук, и сердце заколотилось в груди. Отскочив вправо, эльдар выхватил пистолет, когда ур-гуль прыгнул с вершины арки. Очередь ядовитых осколков ударила прямо в грудь твари, разрывая гнилую плоть.

Слишком поздно Заин Жалир услышал других. Оглянувшись через плечо, он увидел во мраке ещё четверых звероподобных созданий, чьи обонятельные щели расширились. Зря он сюда пришёл, из всех опасностей стоило особенно избегать этих чудовищ. До Заин Жалира дошла горькая ирония смерти от лап выродившихся беглецов из Шаа-дома.

Его клинок вонзился в глотку ближайшему ур-гулю, но когти третьего и четвёртого располосовали руки и тело. Заин Жалир рухнул, твари набросились на него, разрывая и потроша, и воздух наполнился какофонией триумфальных воплей.

Безразличная лапа вырвала реликвию Шаа-дома из кровавых ошмётков кожи, мускулов и одежды и отбросила в тени. Ключ остановился у искажённого побега кровавого терновника, который быстро окутал камень с алыми искрами.

Там он и остался в ожидании новых жертв.

Энди Чамберс

Сокровища Бьель-Танига

На вершине цитадели Белого Пламени в Верхней Комморре простирались сады удовольствий архонта Иллитиана. Густые ряды мака грёз и цветов лотоса наполняли пьянящим запахом холодный воздух внутренней вершины. Сверкающие дорожки из расколотых сапфиров петляли между вечно изменяющимися фрактальными скульптурами, что сверкали в тусклом, ядовитом свете илмей, пойманных солнц. Обыкновенно сады были местом спокойных размышлений и не самых кровавых удовольствий, но теперь стали ареной, где сошлись жаждущие бойни воющие разрушители.

Сам архонт стоял на высокой террасе и отстранённо наблюдал, как две шайки грабителей носятся по дорожкам и вокруг скульптур словно яркие шершни с клинками вместо лап. Все сидели на гравициклах, и бой был быстрым и яростным, вихри цветов на мгновение сталкивались, вырывались багровые фонтаны. Обе шайки служили Иллитиану, но их соперничество стало причинять неудобства. Решение архонта стало простым: пусть грабители решат свои споры в бою, пока он не сочтёт, что их бравада достаточно выплеснулась. Пока же состязанию не было видно конца. Шайки разошлись и с безжалостной быстротой вновь устремились друг на друга.

К Иллитиану на террасе присоединились два эльдара. Мужчина и женщина, похожие как брат и сестра, одетые в простые, облегающие доспехи цвета дыма под плащами и капюшонами из сумрачной пряжи, что впитывала свет и истекала тенью. Они были вооружены как убийцы — длинноствольные пистолеты, гарроты из моноволокна и разнообразные ножи — но безмолвные инкубы Иллитиана не обращали на них внимания. То были творения Иллитиана, существа, выращенные из одной клетки гемонкулом Сийином, двойня, рождённая для верности и повиновения.

Иллитиан театрально поморщился, когда внизу столкнулись в лоб два гравицикла, и на миг отблески пламени придали его лицу дьявольский облик. Отвернувшись от бойни в саду удовольствий, архонт обратился к новоприбывшим.

— Вириад и Ксирил, мои ловкие руки. Вы принесли мне много даров, жизней и безделушек из шпилей Комморры. Готовы ли вы пойти дальше?

— Всегда, мой архонт, — мягко сказала Ксирил.

— Мы живём, чтобы служить, — согласился Вириад.

На миг воцарилась тишина, нарушаемая лишь воем и визгом проносившихся внизу гравициклов.

— Есть место за Вратами Шипов, где Ливизия втекает в Розокийские Поля. Там скрыт портал, известный лишь самым древним обитателям Комморры и давно забытый остальными. Эти врата ведут в Бьель-Таниг, субцарство, подобно жемчужине лежащее между складками варпа и материальной вселенной. Уже много эпох оно служит тайным хранилищем всевозможных реликвий со времён до Падения. Стражи Бьель-Танига — не друзья никому, но они защищают определённые предметы, которые поместил туда Асдрубаэль Вект, дабы те не достались соперникам. Вы достанете для меня одну из реликвий.

— Как она выглядит? — спросила Ксирил.

— Опал не крупнее сжатого кулака. Внутри него могут появляться искры, движущиеся с явной целью; не обращайте на них внимания.

— Как его охраняют? — спросил Вириад.

— Обитатели Бьель-Таниг оставили ловушки и патрули для поимки чужаков. Они — мрачная ветвь нашего вида, и давно отринули истинные пути эльдар. Их эззотеризм слишком скучен, чтобы подробно описывать, а облик так странен, что они чураются своих родичей и отделили субцарство от великого целого. Убейте кого встретите, но знайте, что по слухам стражи удивительно могущественны.

Очередной внезапный удар в садах подбросил в воздух пылающие обломки гравицикла. Оставляя за собой след дыма и огня, они описали в воздухе элегантную дугу и полетели к террасе, где неподвижно стоял Иллитиан.

— Мой архонт… — прошептала Ксирил, глядя на кувыркающиеся обломки.

— Не бойся, дитя, все ходы просчитаны, — улыбнулся Иллитиан. Яркий разряд промелькнул между ближайшей башней и пылающим гравициклом и мгновенно испарил его в режущей глаза вспышке тёмной энергии. Под прикрытием ослепительных последствий взрыва, архонт отдал своим посланникам ещё несколько сжатых инструкций, а затем вновь повернулся к бою. Он махнул рукой, отсылая пару, и предупредил напоследок. — И не возвращайтесь, пока не получите то, чего я хочу.

Вириад и Ксирил направлялись туда, куда повелел их архонт. Выведенные и выращенные вместе, обученные работать как команда с единой целью эльдары были похожи больше чем близнецы, больше чем брат и сестра. Эльдары Комморры или, как они себя называли, настоящие эльдары, подавляли свои от природы сильные психические способности, потому что жили на краю обрыва, а в спину дышала вечно голодная Та-Что-Жаждет. Безоглядное использование сил разума вроде телепатии, в ином случае естественных как дыхание, было для них подобно смерти и даже хуже.

Но не для связанных пар, таких как Ксирил и Вириад. Их длившаяся всю жизнь связь порождала эмпатию, позволявшую действовать с идеальной синхронностью; каждый мгновенно узнавал о мыслях и действиях другого ещё до их начала. Души таких эльдаров были так переплетены, что их утончённые развлечения не привлекали внимания большинства демонических сущностей.

Однако связанные пары в Комморре были редкостью и не без причины. Каждая половина целого знала, что другая может умереть в любой момент, и страх разделения мог омрачить их жизнь. Случались самоубийства, как по согласию, так и из злобы. И всё же связанных можно было обучить психометрии, искусству отслеживания психически заряженного объекта по уникальному «запаху», что делало их превосходными охотниками, убийцами и ворами.

Словно раздвоённая тень они спустились из шпилей на внутреннюю вершину, а оттуда в полные анархии обширные кварталы нижней Комморры. Кровопролитие и убийство были обычным делом на вершине, но по сравнению с низами она была воплощением покоя. Здесь рабы и рождённые во плоти теснились в погоне за запретными удовольствиями, мерцающие зелёные знаки и яркие вывески обещали пути к забвению или перегрузке чувств, способной унести прочь печали порочной вечной Комморры… хотя бы на время.

Связанные близнецы пробирались мимо подобных искушений, не оглядываясь назад. Лишь исполнение капризов господина приносило им удовольствие. Они обходили стороной уличные драки и разборки, пробирались по задним аллеям и по крышам сквозь тени к цели. Незамеченная безмолвными дозорными двойня проскользнула через покрытую шипами огромную арку врат и добралась до застоявшегося потока, называемого Ливизией.

По покрывшемуся за тысячелетия коркой грязи и изъеденному кислотой каналу текла Ливизия — ленивый поток изумрудной тины, наполовину забитый крошащимися костями и другими, менее различимыми отходами. Ксирил и Вириад карабкались по берегу словно тёмные пауки и так пробрались мимо бараков рабов и ферм плоти к Розокийским Полям.

Мы близко! — пел разум Вириада.

Лишь к порталу, надо быть потом очень осторожными, предостерегла мысль Ксирил.

Потом очень осторожными, осторожными сейчас, эхом откликнулось сознание Вириада.

Они вскарабкались на Розокийские Поля, километровой ширины равнину земляных курганов и заросших тростником прудов, вклинившихся между двумя выступающими отрогами города. Здесь не было даже лачуг рабов из-за затаившихся ур-гулей, тонкие как хлыст чудовища сожрали бы любого неосторожного путника.

Наверх, к порталу, позвал разум Вириада.

Ксирил заметила металлическую плиту, внешне неотличимую от сотен других, покрывающих подножие отрога. И почти сразу услышала шипение втянутого в дрожащие обонятельные щели воздуха — звук ур-гуля на охоте. Вириад уже взбирался по остроконечной опоре безо всяких проблем, Ксирил прыгнула и схватила его протянутую руку, одновременно выхватив пистолет, и выстрелила вслепую. Ядовитая щепка устремилась к ур-гулю, невидимому для Ксирил, но ясно различимому её половине, и вонзилась в макушку безглазой твари, пытавшейся схватить её за лодыжку. Ур-гуль рухнул на негнущиеся лапы, а Вириад помог Ксирил забраться наверх. Откуда-то выбежал второй, а затем и третий троглодит, обонятельные щели расширились от запаха крови. Ксирил и Вириад небрежно пристрелили тварей и вместе вскарабкались к порталу.