— Да, Джеймс, — Дамблдор тоже улыбнулся в бороду. — Никакой свадьбы до окончания Хогвартса. Ладно, мои дорогие, у вас скоро начнётся следующий урок, идите. И прошу, хорошо подумайте о будущем, а я со своей стороны обязательно вам помогу, что бы вы ни решили.
— Спасибо, директор, — поднялись гриффиндорцы. — И вам хорошего дня.
Как только они вышли, Альбус посмотрел в угол комнаты, где стояло одно из кресел. На нём уже проявлялась фигура Грюма.
— Ты видишь. Аластор. Идея затащить Блэка под твоё крыло пока не сработает. Мальчик находится под слишком больши́м влиянием дяди.
— Я помню Альфарда, Альбус, — Грюм презрительно сплюнул в камин. — Сибарит, прожигатель жизни, пустой человечишко. Он хоть и не против магглорожденных, но совершенно для нас бесполезен. Старается никуда не влезать. Мерзкий трус!
— Нет, друг мой, — покачал головой Альбус. — Этот Блэк вреден не меньше, чем Орион или Вальбурга. Просто те, враги открытые. Они поддерживают Риддла и насыщают золотом «Пожирателей Смерти». Альфард Блэк имеет большое влияние на Сириуса, а через него может и Поттера соблазнить вольготной жизнью. Женщины, выпивка, развлечения. Молодёжь так легко сбить с пути истинных борцов за дело света.
— И что ты предлагаешь? — Грюм внимательно посмотрел на великого волшебника и друга.
— Я думаю, недостойный представитель семейки тёмных магов должен покинуть этот мир. Нельзя, чтобы он и дальше отравлял своим ядом непорочные души наших гриффиндорцев. Если Сириус попадёт в аврорат, мы тем самым покажем всем сомневающимся, что в нашей стране нет разделения на светлых и тёмных. И первые, и вторые борются с Риддлом и его шайкой. Вся Англия выступает против него.
— Как скажешь. Альбус, — ухмыльнулся Грюм. — Правда, я уверен, что тёмные постараются возложить ответственность на нас независимо от наличия доказательств. Просто потому, что он Блэк, а значит, тёмный маг.
— Тогда сделай это так, чтобы даже последнему обывателю стало понятно, что виноваты «Пожиратели смерти», — Дамблдор степенно погладил бороду. — Кто-то же сдал тебе адрес Долоховых, значит, у тебя есть выход на них.
— Я понял тебя, Альбус, — поднялся с кресла Грюм. — Сделаю всё на праздниках, надо только хорошо подготовиться.
***
Регулус вышел из камина и радостно осмотрелся. Дом на площади «Гриммо, 12» всегда вызывал в младшем Блэке приятные чувства. А с тех пор как отец на алтаре рода изменил очерёдность наследования, ощущение дома-крепости только усилилось. Рядом появился домовик и преданно уставился на Регулуса.
— Молодой господин устал с дороги? Старый Кричер сейчас приготовит чай с имбирём.
— Здравствуй, ворчун, — Регулус потрепал домовика по голове. — Отнеси мои вещи в комнату, а я пойду, поздороваюсь с родителями.
— Хорошо, молодой господин, сэр, — домовик взялся за чемодан и исчез.
Регулус вошёл в столовую, где сидели лорд и леди Блэк.
— Приветствую, отец! Здравствуйте, матушка, — склонил голову Регулус. — Я рад видеть вас в добром здравии.
Формальные слова легко слетали с губ молодого человека. Он находил в этом некое удовольствие. Словесные ритуалы, принятые в высшем обществе, позволяли одновременно думать о разных вещах. Вот и сейчас, здороваясь, а потом и рассказывая родителям об учёбе и своих успехах, Регулус раздумывал, как вместе с Барти попасть на приём, который организовывали Малфои в этом году.
— Нам с тобой надо обсудить один важный вопрос сразу после обеда, — внезапно ворвался в его уши голос отца. Регулус тут же переключил внимание на застольный разговор и вежливо склонил голову. Обед подошёл к концу, и Регулус поднялся к себе. Быстро переоделся в подобающую наследнику домашнюю одежду, поправил галстук перед зеркалом и пошёл в кабинет отца. Орион, как обычно, читал доклады, но увидев наследника, тут же отложил их в сторону.
— Как твои успехи в окклюменции, сынок? — Орион с несвойственной ему теплотой разглядывал младшего Блэка. Тёмные волосы, синие глаза, твёрдый волевой подбородок. «Регулус взял самое лучшее от нас с Вальбургой, — довольно ухмыльнулся Орион. — Всё-таки не зря предки радели за чистоту крови. Каждое следующее поколение Блэков лучше и сильнее предыдущих». Он сознательно не думал о старшем сыне и не вспоминал о дяде Мариусе, который родился сквибом и был изгнан. Чистота крови навек — девиз, которому следовали поколения Блэков.
— Я уже могу почувствовать, если кто-то попытается забраться мне в голову, — тут же принялся рассказывать Регулус. — Чувствую, когда мне откровенно лгут, могу запоминать книги после первого прочтения. Строю барьер на сознании, чтобы блокировать атаки врагов.
— Это похвально, сын, — довольно улыбнулся Орион. — А сейчас я научу тебя заклинанию, которое позволит прочитать мысли собеседника. Как будущему лорду, Регулус, тебе обязательно надо его натренировать. Вербальная форма — «Легилименс» и вот такой жест палочкой, — он медленно показал нужное движение. — Направляешь магию в голову жертвы, представляя, что хочешь увидеть. А сейчас я покажу тебе, как это происходит.
Орион вызвал Кричера и приказал доставить из тюремных камер несколько человек. Через секунду в кабинете появились четверо пленников.
— Вот смотри, Регулус. Это рабочие с одной из наших фабрик по производству «Летучего пороха». Есть подозрение, что кто-то из этих четверых начал приворовывать. Это следует выяснить, — Орион недобро посмотрел на сжавшихся у стены людей. — Невиновным стереть воспоминания и отправить обратно, а виновных принести в жертву на алтаре рода. Как раз йольские праздники.
Регулус с брезгливым любопытством разглядывал вероятных кандидатов в жертвы. Волшебники как волшебники, ничего необычного. В глазах страх и обречённость.
— Итак, смотри внимательно, сын. Я хочу узнать, воровал у нас этот человек или нет, — Орион указал палочкой на крайнего слева мужчину. Он элегантно взмахнул концентратором и чётко произнёс: «Легилименс!»
Через какое-то время лорд Блэк опустил палочку и приказал Кричеру принести «Омут памяти».
— Посмотри, сынок, как это происходит в голове жертвы.
Регулус опустил лицо в чашу и нырнул в воспоминания отца. Он увидел, как Орион погрузился в память работника фабрики, властно задал вопрос и тут же получил сначала эмоциональный отклик, а потом за эмоцией побежали картинки. Работник был виновен. Он испытывал страх, что когда-нибудь хозяин узнает о его кражах. Из-за этого информацию не пришлось даже искать. Вор сам подсознательно хотел рассказать об этом.
Регулус вынырнул из «Омута памяти» и негодующе посмотрел на едва пришедшего в себя мужчину.
— Он грабил нас, отец! Как можно так поступать? Мы же хорошо им платим!
— Работники всегда недовольны, сколько им ни давай, — хмыкнул лорд Блэк. — Попробуй сам со следующим. Только постарайся действовать аккуратно. Человеческий разум очень хрупок. Даже маленькие ошибки вызывают головную боль у жертвы.
Регулус сосредоточился и проделал то же самое, что и отец. Он провалился в темноту разума работника и задал необходимые вопросы. Страх был, но воспоминания о кражах не появлялись.
Регулус разозлился. Не хотелось признавать, что у него не получается. А если отец перепроверит его и что-то найдёт? Он должен соответствовать званию наследника.
Регулус усилил давление, пытаясь обнаружить свидетельства нехорошего поведения мужчины в целом. Любой человек чувствует свою вину за множество плохих поступков. Поэтому потянув за нужную эмоцию, у него перед глазами замелькали долгожданные картинки. Там было много чего, но воровства не было.
Помучавшись, Регулус вывалился из разума работника и разочарованно посмотрел на отца.
— Ты долго, сынок, — усмехнулся Орион. — В следующий раз так не делай. Легилименция может сказаться на здоровье допрашиваемого. Поэтому нежелательно подробно просматривать слишком длинный отрезок памяти. Ну что, ты нашёл? Работник воровал или нет?
— Нет, отец, — покривился Регулус. — Я думаю, он невиновен.
