Читаем без скачивания Замогильные записки Пикквикского клуба - Чарльз Диккенс

— Признаться, я не вижу впереди никакого добра для этихъ молодыхъ людей, — сказалъ м-ръ Пикквикъ, одѣваясь поутру на другой день. — Пойду къ Перкеру и посовѣтуюсь съ нимъ.

Планъ идти къ Перкеру и посовѣтоваться съ нимъ насчетъ финансовыхъ обстоятельствъ возникъ въ головѣ м-ра Пикквика еще прежде. Теперь онъ позавтракалъ на свою руку и отправился на Грэйскій скверъ съ великою поспѣшностью.

Еще не было десяти часовъ, когда онъ взошелъ на лѣстницу по направленію къ аппартаментамъ, занимаемымъ канцеляріею адвоката. Писаря еще не явились. М-ръ Пикквикъ, для препровожденія времени, принялся смотрѣть изъ окна галлереи.

Живительный свѣтъ прекраснаго октябрьскаго утра весело отражался даже на грязныхъ домахъ этого околодка. Конторщики и писаря длинной вереницей выступали по скверу, ускоряя или замедляя свои шаги, при взглядѣ на башенные часы. И лишь только пробило десять, каждый изъ нихъ, съ необыкновенною торопливостью, поспѣшилъ къ мѣсту своей ежедневной службы. Разнообразные голоса раздались со всѣхъ сторонъ, замки защелкали, двери застучали, головы повыставились изъ каждаго окна, привратники одинъ за другимъ стали на своихъ постахъ, почтальонъ суетливо началъ перебѣгать изъ дома въ домъ, и дѣятельность закипѣла своимъ обычнымъ чередомъ во всѣхъ этихъ юридическихъ палатахъ.

— Раненько пожаловали вы, м-ръ Пикквикъ, — сказалъ чей-то голосъ позади этого джентльмена.

— А! м-ръ Лоутонъ, — сказалъ м-ръ Пикквикъ, оглядываясь назадъ. — Какъ ваше здоровье, сэръ?

— Такъ себѣ, покорно васъ благодарю, отвѣчалъ Лоутонъ, вытирая потъ со своего лица. — Бѣжалъ чуть не со всѣхъ ногъ. Думалъ, что опоздаю. Усталъ какъ собака. Хорошо, по крайней мѣрѣ, что пришелъ раньше его.

Утѣшивъ себя этимъ размышленіемъ, м-ръ Лоутонъ вынулъ изъ кармана ключъ, отперъ дверь, взялъ письма, опущенныя почтальономъ въ ящикъ, и ввелъ м-ра Пикквика въ контору. Здѣсь, въ одно мгновеніе ока, онъ скинулъ свой фракъ, надѣлъ поношенный сюртукъ, повѣсилъ шляпу, взялъ пачку бумагъ, воткнулъ перо за ухо и потеръ руки съ величайшимъ наслажденіемъ.

— Вотъ я готовъ, какъ видите, — сказалъ м-ръ Лоутонъ. — Канцелярское платье y меня всегда тутъ остается, въ конторѣ. Нѣтъ-ли y васъ табачку, м-ръ Пикквикъ?

— Нѣтъ, я не нюхаю табаку.

— Жаль, очень жаль. Ну, да такъ и быть, я пошлю за бутылкой содовой воды, будетъ все равно. Какъ вы думаете, въ глазахъ моихъ нѣтъ ничего страннаго, м-ръ Пикквикъ?

М-ръ Пикквикъ отступилъ на нѣсколько шаговъ, обозрѣлъ внимательно всѣ черты вопрошающаго джентльмена и объявилъ утвердительно, что никакой особенности онъ не замѣчаетъ въ его глазахъ.

— Радъ слышать это, — сказалъ Лоутонъ.- A мы, знаете, вчера вечеромъ немножко покутили въ заведеніи «Сороки», и голова y меня покамѣстъ все еще не на мѣстѣ. Авось пройдетъ. — А, кстати, Перкеръ ужъ началъ заниматься вашимъ дѣломъ.

— Какимъ? Издержками вдовы Бардль?

— Нѣтъ, покамѣстъ еще не этимъ. Я разумѣю вотъ этого голубчика, за котораго мы, по вашему желанію, заплатили десять шиллинговъ на фунтъ, чтобы выручить его изъ тюрьмы. Теперь вѣдь, знаете, идетъ рѣчь объ отправленіи его въ Демерару.

— Ахъ, да, вы говорите о м-рѣ Джинглѣ,- сказалъ м-ръ Пикквикъ скороговоркой. — Ну, такъ что же?

— Ничего, все идетъ, какъ слѣдуетъ, — сказалъ Лоутонъ, починяя перо. — Мы ужъ обдѣлали эту статью. Ливерпульскій агентъ сказалъ, что изъ благодарности къ вамъ онъ очень радъ посадить его на свой корабль по вашей рекомендаціи. Вѣдь вы ему, говоритъ онъ, оказали какія-то благодѣянія, когда сами состояли на дѣйствительной службѣ?

— Бездѣлица, любезнѣйшій, бездѣлица. Такъ онъ согласенъ взять Джингля?

— Согласенъ.

— Это очень хорошо, — сказалъ м-ръ Пикквикъ. — Мнѣ пріятно это слышать.

— A этотъ другой парень, должно быть, удивительный прощалыга! — замѣтилъ Лоутонъ, продолжая чинить перо.

— Какой парень?

— Ну, да, какъ его, слуга, что ли, другъ, однокашникъ или собутыльникъ этого Джингля?

— Вы говорите о Троттерѣ?

— Да. Вообразите, м-ръ Пикквикъ, вѣдь и онъ тоже просится въ Демерару!

— Неужели!

— Именно такъ. Онъ отказался наотрѣзъ отъ выгодныхъ предложеній, которыя Перкеръ сдѣлалъ ему отъ вашего имени.

— Какъ? Отказался отъ восемнадцати шиллинговъ въ недѣлю?

— Въ томъ-то вотъ и штука. Не нужно, говоритъ, мнѣ никакого мѣста, если разлучатъ меня съ моимъ другомъ. Нечего было дѣлать: мы принуждены были вести, по его милости, новую переписку, и онъ согласенъ ѣхать на правахъ конвикта въ Новый Южный Валлисъ.

— Глупый парень! — сказалъ м-ръ Пикквикъ съ радостной улыбкой. — Глупый парень!

— A подите вотъ толкуйте съ нимъ! — замѣтилъ Лоутонъ, обрѣзывая кончикъ пера съ презрительною миной. — Наладилъ одно и то же. Одинъ, дескать, другъ и есть y него въ этомъ мірѣ, и ужъ онъ не разстанется съ нимъ до гробовой доски. Дружба хорошая вещь, нечего сказать, да только благоразумный человѣкъ долженъ во всемъ наблюдать мѣру. Вотъ, напримѣръ, мы всѣ друзья и пріятели за общимъ столомъ «Сороки», гдѣ каждый платитъ изъ собственнаго кармана за свой пуншъ; но осудить себя на добровольную ссылку съ кѣмъ-нибудь изъ этихъ пріятелей — нѣтъ, наше почтеніе, чортъ бы ихъ побралъ! У всякаго человѣка, сэръ, только двѣ искреннія привязанности: первая къ самому себѣ, вторая — къ хорошенькимъ леди. Это ужъ по нашей части. Ха, ха!

Въ эту минуту послышались на лѣстницѣ шаги м-ра Перкера. Лоутонъ замолчалъ, схватилъ бумагу и принялся писать съ замѣчательною скоростью.

Привѣтствіе между м-ромъ Пикквикомъ и его адвокатомъ имѣло самый искренній и дружелюбный характеръ. Но лишь только Перкеръ усадилъ своего кліента, въ дверяхъ послышался стукъ, и чей-то голосъ спрашивалъ: здѣсь-ли господинъ адвокатъ?

— Чу! — сказалъ Перкеръ. — Это, должно быть, одинъ изъ вашихъ праздношатающихся пріятелей, м-ръ Джингль, если не ошибаюсь. Хотите его видѣть, почтеннѣйшій?

— Вы какъ объ этомъ думаете? — спросилъ м-ръ Пикквикъ.

— Мнѣ кажется, вамъ не мѣшаетъ взглянуть на него. Эй, сэръ, какъ бишь васъ? Можете войти.

Повинуясь этому безцеремонному приглашенію, Джингль и Троттеръ вошли въ комнату и, увидѣвъ м-ра Пикквика, остановились съ нѣкоторымъ смущеніемъ y порога.

— Чу? — сказалъ Перкеръ. — Знаете-ли вы этого джентльмена?

— О, вѣчно не забыть! — отвѣчалъ Джингль, выступая впередъ. — М-ръ Пикквикъ… безцѣнный благодѣтель… спаситель жизни… сдѣлалъ изъ меня человѣка… не раскаетесь въ этомъ, сэръ.

— Очень радъ слышать это, — сказалъ м-ръ Пикквикъ. — Вы, кажется, поправились въ своемъ здоровьѣ, м-ръ Джингль?

— Всѣмъ вамъ обязанъ, сэръ… великая перемѣна… въ тюрьмѣ было душно… воздухъ нездоровый… очень, — сказалъ Джингль, качая головой.

Онъ былъ одѣтъ прилично и опрятно, такъ же какъ неразлучный его пріятель, Іовъ Троттеръ, который стоялъ позади, вытянувшись въ струнку и устремивъ оловянные глаза на м-ра Пикквика.

— Когда-жъ они ѣдутъ въ Ливерпуль? — спросилъ м-ръ Пикквикъ, обращаясь къ адвокату.

— Сегодня вечеромъ, сэръ, въ семь часовь, — сказалъ Іовъ, дѣлая шагъ впередъ. — Мы отправляемся изъ Сити, сэръ, въ дилижансѣ.

— Билеты на мѣста взяты?

— Да, сэръ.

— Вы твердо рѣшились ѣхать?

— Да, сэръ, — отвѣчалъ Іовъ

— Что касается до экипировки, необходимой для Джингля, — сказалъ Перкеръ, громко, обращаясь къ м-ру Пикквику:- я уже принялъ на себя устроить это дѣло. Мы выдали ему впередъ третное жалованье изъ той ежегодной суммы, которую онъ будетъ получать въ Демерарѣ. Этого достанетъ на всѣ его издержки, и я рѣшительно не одобряю всякой дальнѣйшей помощи съ вашей стороны, какъ скоро она не будетъ основываться на собственныхъ его трудахъ и хорошемъ поведеніи, сэръ.

— Безъ сомнѣнія, — подхватилъ Джингль съ великою твердостью. — Свѣтлая голова… человѣкъ дѣловой… справедливо, сэръ… да.

— Вы удовлетворили его кредитора, выкупили его платье y ростовщика, освободили его изъ тюрьмы, заплатили за него на кораблѣ,- продолжалъ Перкеръ, не обращая никакого вниманія на замѣчаніе Джингля: — все это стоило вамъ около пятидесяти фунтовъ, сэръ и потеря этой суммы — вещь немаловажная.

— Потери не будетъ, — сказалъ Джингль скороговоркой. — Все заплачу… займусь дѣлами… накоплю… возвращу все до фарсинга. Желтая горячка развѣ… нечего дѣлать… не то…

Здѣсь м-ръ Джингль остановился, ударилъ тулью своей шляпы, провелъ рукою по глазамъ и сѣлъ.

— Онъ хочетъ сказать, — замѣтилъ Іовъ, выступивъ впередъ, — что онъ заплатитъ всѣ эти деньги, если не сдѣлается жертвой желтой горячки. И я увѣренъ, что онъ сдержитъ это слово, м-ръ Пикквикъ, вотъ увидите. Если угодно, я готовъ подтвердить это подъ клятвой, — заключилъ Іовъ съ великой энергіей.

— Хорошо, хорошо, — сказалъ м-ръ Пикквикъ, — не станемъ распространяться объ этомъ. Совѣтую вамъ, м-ръ Джингль, не заводить знакомства съ такими господами, какъ сэръ Томасъ Блазо, съ которымъ вы играли въ криккетъ. Иначе легко станется, что вы опять разстроите свое здоровье.