сжимая не эфес, а гарду меча, висевшего в ножнах у его бедра. Он вытащил его из ножен, не обращая внимания на орлиный взгляд, которым Фэлхан и Мерлин наблюдали за ним, и протянул Кэйлебу рукоятью вперед.
- Ни один другой человек никогда не забирал у меня мой меч, принц Кэйлеб, - сказал доларец, когда пальцы Кэйлеба сомкнулись на рукояти.
- Это меч человека, который заслуживал лучшего дела, - спокойно ответил Кэйлеб. Он на мгновение опустил взгляд на оружие в своей руке, затем передал его Фэлхану, который, в свою очередь, аккуратно положил его на стол Кэйлеба.
Кронпринц внимательно наблюдал за лицом Тирска, ожидая какой-либо реакции на его комментарий. Ему показалось, что он увидел, как губы доларца слегка сжались, но он не мог быть уверен. Через мгновение он указал на один из двух стульев, расставленных по разные стороны обеденного стола.
- Пожалуйста, садитесь, милорд, - пригласил он.
Он подождал, пока Тирск устроится на указанном стуле, прежде чем сесть с противоположной стороны стола, и Мерлин, в своей роли телохранителя, переместился, чтобы встать позади него. На льняной скатерти стоял графин с бренди, и принц лично налил по маленькой порции в каждый из двух бокалов, затем предложил один Тирску.
Доларский командир принял бокал, подождал, пока Кэйлеб поднимет свой, и затем отпил. Он выпил совсем немного, прежде чем поставить бокал обратно на стол, и Кэйлеб криво улыбнулся, ставя свой рядом с ним.
- Я также прибыл, как, уверен, ваше высочество уже догадались, чтобы выяснить, каких условий капитуляции может ожидать остальная часть моего флота, - сказал Тирск сдавленным голосом.
Кэйлеб кивнул и откинулся на спинку стула.
Девятнадцать галер Тирска были потоплены или сожжены. Еще три были разбиты вдребезги в тонущие обломки, с которых экипажам едва удалось выбраться на берег, прежде чем они пошли ко дну. Еще одиннадцать галер спустили свои флаги, а восемь добрались до берега целыми и невредимыми, прежде чем их экипажи покинули их. Тем не менее, вместе со всеми его кораблями снабжения осталась целой треть всех боевых кораблей Тирска, и Кэйлеб заплатил свою цену за эту победу.
КЕВ "Дрэгон" оказался на пути одной из горящих галер после того, как на доларском корабле перегорел якорный трос. Пылающие обломки обрушились на галеон, и хотя "Дрэгон" перерезал свой собственный трос и попытался уклониться, у него ничего не вышло. Два корабля встретились в огненном объятии, и оба были поглощены плавающим, ревущим адом, который в конечном итоге поглотил еще два соседних корабля Тирска, стоявших на якоре.
Более двух третей экипажа "Дрэгон", включая его капитана и всех лейтенантов, кроме одного, были потеряны убитыми при взрыве корабельного погреба или утонувшими, прежде чем их удалось вытащить из вод Крэг-Рич.
Несмотря на это, оставшиеся двадцать один военный корабль Тирска были беспомощны. Уцелевшие двенадцать галеонов Кэйлеба стояли на якоре несколько неровной линией между ними и любой надеждой на спасение. После того, что уже сделали пушки этих галеонов, ни у кого из экипажей этих галер - или у адмирала, командовавшего ими - не было никаких иллюзий относительно того, что произойдет, если они попытаются атаковать чарисийцев или прорваться мимо них в открытое море.
- Мои условия очень просты, милорд, - наконец сказал наследный принц. - Я буду ожидать безоговорочной капитуляции каждого корабля на этой якорной стоянке.
Тирск вздрогнул, не столько от удивления, сколько от боли.
- Я мог бы указать, ваше высочество, - сказал он в следующую минуту, - что у вас на борту недостаточно людей, чтобы захватить мои корабли в качестве призов.
- Верно, - признал Кэйлеб, невозмутимо кивая. - С другой стороны, я не собираюсь брать их с собой.
- Нет? - Тирск мгновение пристально смотрел на него, затем склонил голову набок. - Должен ли я тогда предположить, что вы намерены освободить их и моих оставшихся в живых людей условно-досрочно?
- Вы не должны, - сказал Кэйлеб гораздо, гораздо более холодным голосом.
- Ваш король послал свой флот напасть на королевство Чарис в мирное время, - продолжил он тем же ледяным голосом, осознавая, что Мерлин стоит у него за спиной. - Чарис не сделал ничего, чтобы каким-либо образом оскорбить его или навредить ему. Он не предъявлял к нам никаких требований и не заявлял о своих намерениях. Вместо этого, как наемный убийца, он отправил герцога Мэйликея - и вас, милорд - присоединиться к силам одного из наших собственных союзников, чтобы вероломно напасть на землю, находящуюся более чем в шести тысячах миль от его собственной.
Удивление и, возможно, вспышка гнева от язвительного тона Кэйлеба промелькнули в глазах Тирска, и Кэйлеб фыркнул.
- Мы не были такими ничего не подозревающими, как ожидали вы и ваши хозяева из числа "рыцарей земель Храма", милорд. Наши агенты в Таро знали все о вашем плане напасть на нас. Как еще, по-вашему, мы могли бы узнать, в каких водах следить за вашим приближением? И никогда не сомневайтесь, граф Тирск, что Горджа из Таро тоже заплатит за свое предательство.
- Но что важно для нас в данный момент, так это то, что ваш король не заслуживает и не может быть уверен в соблюдении любого условно-досрочного освобождения, которое вы или ваши люди могли бы дать. И поэтому, к сожалению, я должен сказать, что вам не предложат такой вариант.
- Надеюсь, - сказал Тирск сквозь сжатые губы, - что в таком случае вы не настолько глупы, чтобы полагать, что мои люди не попытаются забрать свои корабли у любых призовых экипажей, которые вы сможете на них разместить, ваше высочество?
- Призовых экипажей не будет, - сообщил ему Кэйлеб. - Ваши корабли будут сожжены.
- Сожжены? - Тирск в шоке разинул рот. - Но их экипажи, мои люди...
- Ваши люди будут высажены на берег, - сказал Кэйлеб. - Вам будет разрешено доставить припасы, материалы, из которых могут быть построены убежища, и провизию с ваших судов, включая корабли снабжения. Вам не будет разрешено использовать какое-либо оружие, кроме лесорубных топоров и пил. Как только все ваши люди окажутся на берегу, все ваши суда, за исключением одного невооруженного корабля снабжения, будут уничтожены. Этому судну будет разрешено плыть туда, куда вы пожелаете отправить его с депешами для вашего короля.
- Вы не можете быть серьезны! - Тирск уставился на него с выражением ужаса на лице. - Вы не можете высадить столько людей
