Девушка покачала головой.
— Что ты, Сандровский, что ты… Разве я осмелюсь… Мы с тобой игроки не одного поля. Ты — сильный властный вампир, которому не одна сотня лет. И я, заблудшая душа, ведьма, с нераскрывшимися способностями, которая боится собственных мыслей и желаний.
Игорь сделал едва уловимое движение, и юбка девушки беззвучно упала к её ногам.
— Своих желаний бояться не стоит. Их надо осуществлять. Одно твоё желание я знаю, ты вчера сообщила, может, поведаешь о других?
Казалось, Ева должна смутиться или фыркнуть в ответ, оттолкнуть Игоря. Вместо этого, чувствуя, как жар охватывает всё её тело, как воспоминания о ласках мужчины вспыхивают в её мозгу, она облизнула пересохшие губы и вызывающе сказала:
— Вы все считаете ведьм распутными девками. Я как-то выбиваюсь из их числа. Вот я и подумала, может, мне стоит тоже начать осваивать науку обольщения? С тобой у меня контракт, ты же тоже особо не будешь доволен, если я не буду соответствовать твоим искушенным требованиям.
Слова девушки заставили Игоря приглушенно выругаться и запустить одну руку в её распущенные волосы, властно притянув за затылок.
— Значит, хочешь научиться соблазнять, ведунья? — с нарастающим жаром выдохнул вампир, жадно смотря в лицо Евы.
Та натянуто улыбнулась, пытаясь совладать с дрожью, и не выказать, как свои собственные слова нашли отклик в теле. Ева начинала возбуждаться. Да и сама обстановка заводила её. Они стояли в саду, днем, и её хлопковая юбка бесполезной кучей лежала у ног, а обнаженные бедра были бесстыдно выставлены на обозрение.
— Хочу, — подтвердила она, не сделав ни единой попытки вырваться.
Игорь застонал, сверкнув глазами.
— Я научу тебя, Ева, научу! Я расскажу и покажу, как надо доставлять мужчине удовольствие! Как надо ласкать и целовать! Я даже подскажу словечки, от которых нас бросает в дрожь и вызывает дикий стояк! Но учти, ведунья, все эти навыки ты будешь применять только по отношению ко мне! Я ясно выразился?!
Пока он говорил, он запрокинул голову девушки назад и теперь прогнул её тело. Ева пошатнулась, чувствуя напряжение в области пояснице.
Но чувствовала она и другое. Член мужчины, упирающийся ей в живот.
А ещё его слова… Интересно, Сандровский специально дал ей понять, что их сотрудничество не оговорено временными рамками? Он сказал: "Только по отношению ко мне", и не добавил: "…пока я тебя желаю".
— Ясно, — выдавила из себя Ева, облизнув пересохшие губы. — Может, тогда начнешь прямо сейчас?
— Сейчас говоришь…
— Да, сейчас.
— Не боишься?
— А стоит?
— Я зол, — честно предупредил вампир и, противореча своим же словам, потерся бедрами о бедра девушки.
— На меня? — выдохнула Ева.
— И на тебя в том числе.
— Интересно за что? Ай!
Игорь действовал очень быстро. Он отпустил её волосы и развернул к себе спиной, удерживая рукой за живот и заставляя прогнуться. Еве, чтобы не упасть, пришлось ухватиться за скамью.
— За что? Да за многое! — Игорь смотрел на обнаженные ягодицы Евы, скрытые от его ненасытного взгляда черным кружевом. До чего она была красива! До чего соблазнительна! Её кремовая кожа при свете дня притягивала взгляд, и не только взгляд. Ягодицы, которые Ева позволила бесстыдно рассматривать, так и напрашивались на то, чтобы их попробовали на вкус, покусали. Чуть-чуть. Одними губами.
— А поточнее? — Ева, сама того не осознавая, втянулась в игру.
— За то, что ты постоянно споришь со мной, — Игорь не справившись с искушением, которое переворачивало всё его нутро, вторую руку опустил на ягодицу девушки. Ему захотелось шлепнуть её, не больно, слегка, но он сдержался. Эти игры не для Евы. Легкое возбуждение, исходившее от неё, мгновенно могло перерасти в отчужденность и холодность. Игорь этого не хотел. Ему безумно, до головокружения нравилась новая Ева.
Ева, позволившая пусть на краткий миг, вырваться из скорлупы и раскрыться.
Перед ним.
Для него.
— Только за это? — прошептала Ева, прикусив нижнюю губу. Господи, что она творит…. Неужели это она? Стоит сейчас "раком" перед мужчиной и с нетерпением ждет, что же она предпримет дальше?
Неужели это она…
— Нет. Я зол на тебя за то, что ты не слушаешься меня, — продолжил Игорь и, разведя пальцы в разные стороны, ощутимо сжал ягодицу Евы, оставляя на ней отпечатки пальцев.
— Ты ограничил мою свободу. Мне это не понравилось.
— И поэтому ты сбежала через окно, — Ева не могла знать, что в голове Игоря вспыхнула картинка из её воспоминаний, когда она именно таким же образом сбегала к ухажерам. Проклятье! В одночасье возникла нестерпимая потребность вычеркнуть, извлечь из памяти Евы любые воспоминания о других мужчинах. Только он!
— Ты мне не оставил выбора, — дыхание девушки сбилось.
С Евой творилось что-то невообразимое, несоответствующее её представлению об интимных отношениях. Уже знакомый, такой долгожданный тугой узел начал образовываться внизу живота, посылая обжигающие нестерпимые импульсы по крови, заставляя ту быстрее бежать по венам. Ева даже прикрыла глаза, сосредоточившись на испытываемых ощущениях и на словах мужчины.
— Выбор, Ева, есть всегда, — заметил мужчина и его пальцы стали пробираться к краю кружева. — Но неужели нельзя было мне подчиниться?
— А зачем? — Ева нетерпеливо повела бедрами, уже желая, наконец, чтобы он дотронулся до неё там.
— Затем, что я мужчина, и, черт возьми, я в ответе за твою жизнь! — взорвался Игорь и больше не церемонясь, разорвал одним движением трусики. Он отшвырнул кружево прочь и продолжил яростно говорить: — Я даже больше тебе скажу, ведунья! Я не стану вдаваться в мистические взаимоотношения полов, но ты каким-то образом проникла в мою кровь, заставила думать о том, о чем я вовсе не желаю думать! Я ещё и поэтому чертовски зол! А ещё я хочу не только быть в ответе за твою жизнь! Я хочу контролировать её! Да, да! Хочу контролировать! И не дергайся, милая! Раз сама затеяла эту игру, хотела услышать правду, так слушай! Я хочу не только иметь тебя, где и когда и куда пожелаю! Я хочу знать, куда ты пошла, с кем разговаривала! Я хочу знать, что ты думаешь! Я хочу выбирать тебе одежду, дарить драгоценности и прочие женские побрякушки! Черт побери, я хочу привезти тебя в наш родовой особняк! И я хочу, чтобы ты улыбалась только мне одному!
