и ее приближенные находились в одной комнате с неизвестными людьми. Но вдруг Стрекотин заявляет:
«Когда арестованные были введены в комнату, в это время группа людей, что раньше вошла в одну из комнат, направилась к комнате, в которую только что ввели арестованных». Таким образом, вопреки своим собственным утверждениям, Стрекотин заявляет, что группа людей была в какой-то другой комнате и зашла в комнату, где находилась Царская Семья, сразу же после нее.
Кстати, «воспоминания» Стрекотина о комнате, где произошло убийство, опровергают утверждения Кабанова, что в расстрельной комнате располагалась пулеметная команда. Нет сомнений, что если бы это было так, то Стрекотин написал бы, что Медведев и Окулов «зашли в комнату, где располагалась наша команда». На самом деле Стрекотин просто указал, что они зашли «в одну из комнат». Любопытно, что Стрекотин вовсе не упоминает имя Кабанова, который, по 5Q2 идее, был его начальником.
Далее. Непонятно, как это Стрекотин бросил свой пулеметный пост и как его командиры, в частности Юровский, не выгнали вон, когда увидели, что Стрекотин явился в расстрельную комнату в качестве зеваки.
В своем рассказе Стрекотин пишет; что Окулов отправился за креслом для Цесаревича. Но затем пишет, что Наследник сидел на стуле. Откуда же взялось это «кресло»? Ответ на этот вопрос мы можем найти в «рассказе Юровского старым большевикам Свердловска». Там Юровский рассказывает о том, что он послал принести стул Наследнику, а потом пишет: «Тут посадили рядом на кресле Алексея». Вполне вероятно, что Стрекотин либо те, кто за него составлял «воспоминания», использовали выступление Юровского и скопировали его описку в «воспоминания» Стрекотина.
По-видимому, и текст постановления Уральского Совета, который Стрекотин вкладывает в уста Юровского, был просто-напросто списан первым с официального объявления большевиков о расстреле Николая II.
Причины расхождений и противоречий в воспоминаниях соучастников убийства. По нашему мнению, главная причина противоречивости так называемых «воспоминаний» организаторов и соучастников преступления заключается в изначально поставленной перед ними задаче: скрыть истинную картину злодеяния. Что касается «воспоминаний» 20-х годов, а также мемуаров, появившихся за границей, то вызывает большое сомнение авторство тех людей, которым они приписываются. Скорее всего, «Записка Юровского», «Исповедь Белобородова», «Рассказ Войкова» являются коллективным творчеством нескольких людей, среди которых, вполне возможно, были и те, кто назван авторами «воспоминаний». Эти люди по тем или иным причинам стремились убедить общественность в той версии убийства, какая была им выгодна. Отсюда множественность и очевидность ошибок, противоречий и просто нелепостей. Хотя, вполне возможно, что в этих документах есть отголоски действительно имевших место событий.
Вообще следует сказать, что ложь вокруг обстоятельств убийства Царской Семьи начала распространяться с первых же часов после преступления. Главной целью этой лжи, по нашему мнению, было скрыть ритуальный характер злодеяния. При этом ложь распространялась не только со стороны большевиков, но и со стороны представителей «белых» и Антанты. Вот что доносили в Париж сотрудники французской миссии в Сибири, которой, как мы помним, руководил генерал Жанен и во многом Зиновий Свердлов летом 1918 — зимой 1919 года. В телеграмме № 500, высланной из Екатеринбурга в августе 1918 года военному министру Франции, сообщалось: «Бывший Император, его жена и дети пропали ночью с 16-го на 17-е июля. Они были убиты. Николай был убит револьверными выстрелами людьми, которыми руководил человек под именем Бирон, стрелявшим первым. Царевич был болен, и у него на глазах были убиты Царь, мать и его сестры. Он (Цесаревич. — П. М.) был убит после них револьверным выстрелом. Императрица и девушки были расстреляны, будучи перед этим по нескольку раз изнасилованы. По всей видимости, великие княжны были изнасилованы на глазах своих родителей»{1188}.
Интересно, откуда у французского представителя была такая подробная осведомленность в августе 1918 года? Между тем мы можем обнаружить источники этой осведомленности в материалах белого следствия. Допрошенный сотрудниками уголовного розыска студент С. И. Матиков показал: «Месяца два времени до освобождения от большевиков г. Перми, т. е. с 5 ноября 1918 года, я проживал в г. Перми, куда прибыл из Петрограда. В Перми проживал по Оханской улице в д. № 29, квартира Шиляевой. <…> В этой же квартире проживали помощник начальника военных сообщений 3 армии большевиков Георгий, кажется, Николаевич Бирон с женой и некто Шпилевский, тоже служащий у начальника военных сообщений. От Шпилевского я узнал, что Бирон участвовал в убийстве Николая II, почему в беседах и заводили разговоры при Бироне на тему убийства.
Бирон в виде хвастовства рассказал, хотя от подробностей уклонялся, но сказал, что он, Бирон, принимал участие в убийстве Николая II и его семьи при следующих обстоятельствах. /…/
Накануне взятия Екатеринбурга вся прислуга и сопровождавшие Николая II, как-то: Фредерикс (кажется, Фредерикс) были взяты и удалены в тюрьму — это было днем. Затем, приблизительно в 8 ч. вечера того же дня, явились в тот дом, в котором был Николай II с семьей, в числе приблизительно восьми человек и, прежде чем войти в комнату Николая II, кинули жребий — кому кого убивать (кроме Николая II, убить которого взял на себя латыш-матрос «Пашка Берзин»).
Когда вошли в комнату, Николай II сидел за столом один и пил чай и, как видно, не подозревая о готовящемся, говорил: «Жарко, душно, выпить бы, выпить бы хорошо», а когда увидел у вошедших обнаженные револьверы, то замолчал, поняв, видимо, в чем дело, задрожал и, когда над ним матрос Берзин стал издеваться-смеяться и сказал ему, что теперь ему довольно жить, то Николай II пал на колени и стал молить о пощаде, просил, ползал, плакал, а Берзин издевался, отвечая пинками и смехом. И в заключение Берзин из револьвера системы «Кольта» выстрелил в Николая II в лоб и убил наповал.
После этого убийства была приведена в ту же комнату Императрица Александра Федоровна. По виду она, как видно, была изнасилована, а если и не изнасилована, то над ней тоже издевались, но она вошла со скрещенными руками на груди и держа себя очень гордо и не проронила ни одного ни звука, ни слова. Что Государыня была изнасилована, я заключаю по тому, что, по словам 504 Бирона, «она была обнажена и тело у нее очень красивое» (это слова Бирона). В Государыню было
