Страхову от 19 июня 1888 г.: «Самое начало книги, первые 3 страницы, испортил ужасною запутанностью языка (это приделки, сделанные при отдавании рукописи в печать)…» (
Розанов В. В. Литературные изгнанники. Н.Н. Страхов. К.Н. Леонтьев. М.: Республика, 2001. С. 178).
Согласно пожеланию Розанова, мы восстановили первоначальный текст первых трех исправленных страниц. Конкретно каждый случай первоначально розановского исправления текста оговаривается в комментариях.
С. 9—12. I. Под наукою я понимаю вечное понимание вечно существующего… ~…это требование также обуславливается тем, что содержание должно быть постоянно.
Теперь следует сказать о том, что… – по поводу данного фрагмента см. вышесказанное в преамбуле. Вместо него во всех предшествующих изданиях был следующий текст:
«I. Так как деятельность разума неизменно направляется к пониманию и в нем же одном состоит как процесс; и далее – так как это понимание, будучи не промежуточно, но конечно в его (разума) деятельности, естественно стремится стать неподвижным, то правильным и полным определением науки будет следующее: она есть неизменное понимание неизменно существующего, в стремлении и в способности образовать которое раскрывается природа человеческого разума.
Из существующих знаний все те, которые обладают характером, выраженным в этом определении, входят в состав науки; из знаний же, не обладающих этим характером, некоторые хотя и называются обыкновенно научными, однако их справедливее было бы выделить из области науки, так как между ними и между знаниями несомненно ненаучными нельзя провести определенной границы. Таким образом, определение это может служить критериумом для отделения знаний, могущих остаться в науке или быть введенными в нее вновь, от знаний, которые не могут ни оставаться в ней, ни когда-либо вводиться в нее.
Оно естественно распадается на две части. Из них одна раскрывает природу науки и через это определяет ее границы извне, указывая, что не есть наука. Другая часть раскрывает отношение этого заключенного к разуму, из которого исходит оно.
Что ни одно из понятий, вошедших в это определение, не извлечено ни из чего-либо лежащего вне истины, принятой за основную, это сделается очевидным при рассмотрении самых понятий.
II. Предметом науки может быть только неизменно существующее. Это требование вытекает из того, что понимание есть единственная деятельность разума. Потому что если бы последняя могла состоять еще из чего-либо другого, то ради этого другого как цели понимание могло бы временно возникать и изменяться во времени как средство. Если же оно одно есть цель и к этой цели направлена вся деятельность разума, то нет причины и условия для его изменения – оно должно быть постоянным. Но характером постоянства могут обладать только знания о неизменно существующем, всякое же знание о временно существующем необходимо будет временным – оно утрачивает свое значение с исчезновением того, что составляет предмет его. Это можно видеть из следующего примера: знание различных случаев теплоты или различных случаев движения тел не составляет науки и не входит в нее; но знание постоянных свойств теплоты и постоянных законов движения образует науку; потому что замеченные случаи нагревания или движения исчезли и могут не повториться, а с ними и то, что мы заметили о них, исчезло, утратив свое значение; свойства же теплоты и законы движения никогда не исчезнут и будут постоянно обнаруживаться в явлениях теплоты и в явлениях движения, как бы ни изменялись последние; поэтому и знание о них никогда не утратит своего значения. Основываясь на этом, не будет ошибочным сказать, что знание и всего, что случилось с тех пор, как существует мир, не составило бы науки, ни даже малой части ее; но вывод одного постоянного закона или одного постоянного свойства уже кладет основание науке, уже составляет часть ее.
Ясно, что, определив, что в существующем временно и что постоянно, мы определили бы, знание чего не составляет науки и знание чего образует ее. Временно в нем то, что единично и частно, а постоянно общее, производящее это единичное и частное. Первое проявляет собою второе, это последнее проявляется в нем. Таким образом, в каждом существующем и во всем происходящем, будет ли то вещь или явление, есть две стороны – временная, наружная и обусловленная, и постоянная, скрытая и обусловливающая. Только вторая составляет объект науки, первая же служит предметом простого, ненаучного знания.
Так, вещество, не произведенное и не обусловленное вещами, производит и обусловливает вещи и в них проявляется; вне вещей неизвестно вещество и не может быть познаваемо; но познание самых вещей было бы ничтожно, если бы через них мы не познавали вещества. Так, силы не произведены и не обусловлены явлениями, но производят и обусловливают их и в них проявляются; вне явлений неизвестны силы и не могут быть наблюдаемы; но самое наблюдение этих явлений не имеет значения, когда в них не наблюдаются силы. Так, законы не созданы и не определены существующими происходящим, но создали и определили порядок в происходящем и соотношение в существующем; вне этого порядка и соотношения не проявляются законы и не могут быть исследованы; но, исследуя этот порядок и соотношение, мы интересуемся не им самим, но тем невидимым и скрытым, что произвело его и что мы называем законом его. Так, типы, по которым образуется все в Космосе и происходит все в генезисе, не созданы этим возникающим и умирающим во времени, но могущественно направляют образующую силу и определяют формы, в которые отливаются предметы и явления. Вне этих единичных предметов и процессов не могут быть познаны эти типы; но, познавая эти отдельные предметы и процессы, мы должны иметь в виду не описание только их, но определение этих типов как невидимых форм, в которые влагается природою все видимое.
III. Относительно этого неизменно существующего человек может образовать знания ложные и истинные. Первые в самой природе своей носят начало изменяемости: они или заменяются другими ложными знаниями, или исчезают, когда на место их становятся знания истинные. Последние же по самой природе своей неизменны: потому что нет другого знания, которое могло бы заменить их.
Таким образом, временны те знания, которые или, будучи истинны, имеют предметом временное, или, имея предметом постоянное, – ложны. Вечные же знания суть те, которые и истинны, и имеют предметом постоянное. Только последние образуют науку; это требование также обусловливается тем, что содержание ее не может изменяться.
Теперь рассмотрим, что».
С. 101. …«все лебеди белы». – Пример неполноты индуктивного метода, часто приводимый в учебниках логики.
С. 103. …«Причина явления есть неизменно предыдущее явления, следствие явления есть неизменное последующее за явлением»… – ер.: «Мы можем определить причину как объект, предшествующий другому объекту и смежный ему…» (Юм,
