Наконец первым на открытое пространство выскочил броневик, и сидевший в нем солдат немедля открыл огонь из стрелкового комплекса, веером разбрасывая гранаты и крупнокалиберные пули.
Две из них ударили в стену недалеко от Хавлиера, а одна граната разорвалась на крыше, впрочем никого не ранив.
Не сбрасывая скорости, автомобиль проскочил на просеку и вскоре скрылся за деревьями. Ему на смену выехал «вербарт», и обе его башенные спарки заработали, как генераторы огня.
Решив, что излишняя бравада здесь ни к чему, Хавлиер упал под бетонную ограду и, как оказалось, вовремя. Танковые пушки прошлись по каменному дому наискось, вдребезги разнеся черепичную крышу и часть передней стены. Большой осколок кирпича больно ударил полковника по ноге, а затем совсем рядом упал вывалившийся из окна снайпер.
О пулеметном расчете на крыше вообще не приходилось говорить.
Сквозь страшный треск и грохот Хавлиер услышал запоздалый выстрел орудия «штурмвордера» и дружный залп гранатометчиков. Однако цель ускользнула, и огневой удар пришелся на кроны вековых деревьев, повалив некоторые из них и расщепив стволы других.
– Риха-а-ард! – не своим голосом закричал полковник в рацию.
– Закрой южный вход в город!
– Уже закрыт, сэр! Там три моих машины стоят. И ещё шесть «бэнксов» и человек пятнадцать гранатометчиков.
– Ладно-ладно, понял, – уже спокойнее произнес Хавлиер и, перейдя на другую частоту, вызвал одного из командиров рот:
– Лепски! Держать центр! Ты меня понял?
– Понял, сэр!
– Они должны в тебе увязнуть, Лепски! Твоя роль сейчас главная!
Полковник поднялся на ноги и огляделся. На правом фланге, возле каменного дома, чадным трескучим пламенем горела одна из танкеток.
– Рихард, как у тебя с потерями?
– У машины Форсайта поврежден манипулятор, сэр.
– И все?
– Все.
– А как Пратчет, что известно о его судьбе?
– Его машина разрушена полностью, сэр. Это уже точно…
– Ну ладно – пора воевать, – со вздохом произнес полковник и, перешагнув через тело снайпера, махнул рукой сержанту Крепсу, который пытался откопать засыпанного обломками пулеметчика.
– Пойдем, Вине, оставь это. Ты ему уже ничем не поможешь.
– Да. – Сержант угрюмо кивнул и, подхватив автомат, спрыгнул в палисадник через пролом в стене, – Вообще-то он был моим земляком…
– Это печально. Печально, – отстраненно произнес Хавлиер и посмотрел на небо. Примарские штурмовики пока не появлялись, так что ещё было время расправиться с упрямыми преследователями.
– Эй, вы! – крикнул он солдатам, пытавшимся потушить горящую танкетку. – Бросайте это дело! Сейчас в центре города у нас будет много работы!
8
Оказавшись на западной окраине Тинзена, Ламберт приказал водителю притормозить и подождать, пока их догонит «вербарт».
– Гальяно, сумеешь взобраться по этому склону?! – спросил Ламберт, и лейтенант выглянул из люка, чтобы оценить сложность подъема.
– Попробовать можно, – сказал он.
– Не можно, а нужно! Урайцы ждут нас с южного входа, где проложена мощеная дорога, а здесь даже пехотинцам взобраться трудно.
– А почему вы не спрашиваете меня, сэр? – обиженно спросил водитель Катчинский.
– Потому что наш «фокс» заберется туда без проблем, – уверенно сказал майор.
– Да-а? – Катчинский окинул взглядом крутой подъем и покачал головой – Градусов шестьдесят будет…
– Давай, Фредди, с разгону – и вперед! – приказал ему Ламберт, снова перезаряжая нагревшийся «МС».
– Между прочим, картер пробит, масло хлещет, – заметил водитель, сдавая назад – прямо в разросшиеся кусты.
«Вербарт» развернулся быстрее, затем начал медленно карабкаться в гору. Лейтенант выбрал правильную тактику и поднимался очень медленно, не давая гусеницам танка пробуксовывать.
– Вперед, Фредди, чего ждешь?
– А мы не подождем, пока Гальяно взберется первым?
– Нет, нам нужно оказаться наверху раньше него, чтобы, в случае чего, прикрыть танк от гранатометчиков.
– Как скажете, сэр. – Катчинский, переключив скорость, погнал «фокс-турбо» на штурм.
Броневик без особых проблем выбрался на окраину города, и Катчинский быстренько загнал его в небольшой садик с апельсиновыми деревьями и голубыми скамейками.
– Надеюсь, в доме никого нет, – сказат он, выбираясь из машины на цветочную клумбу.
– Я бы на это не надеялся, – тихо произнес Ламберт и, подняв «МС», вышиб гранатой окно на втором этаже. Затем проделал то же самое со всеми окнами, не забыв и веранду.
Сзади застрекотали гусеницы, и «вербарт» тоже начал выбираться на ровное место.
В какой-то момент он стал «в свечку», обнажив стальное брюхо, и тотчас откуда-то слева – из другого садика, ударил гранатомет.
Посланный под углом заряд срикошетил от днища и разорвал правую гусеницу. Однако танк уже занял нормальное положение, и его пушки ударили по позиции гранатометчика.
Несколько секунд – и все перемешалось с песком, обломками кирпича и черепицы.
После этого на «вербарте» открылись десантные створки, и «корсары» стали разбегаться, как потревоженные муравьи.
Ламберт обернулся и облегченно вздохнул. Теперь, когда его люди оказались вне тесных трюмов, можно было начинать привычную работу.
– Вперед, Фредди, поднимемся на второй этаж, – сказал он и на ходу связался с Гальяно.
– Бросай машину, Питер! И отпускай стрелков. Вы сделали все, что могли, теперь там сидеть крайне опасно.
– Да, сэр, мы уже уходим.
Справа завязалась короткая перестрелка. Затем взорвалось несколько гранат, и Ламберту доложили, что захвачен «желтый дом».
– С железной крышей? – уточнил Ник.
– Нет, кажется, с черепичной.
– Проверьте тот, который с железной, кажется, там урайцы…
– Проверим, сэр.
Перед тем как войти в дверной проем – дверь была выбита гранатой, – Ник ещё раз оглянулся. Тод Элистер бежал от танка к небольшому пригорку. Второго стрелка и лейтенанта Гальяно видно не было.
Не успел Ник ещё раз вызвать его по радио, как с левого фланга показался «штурмвордер», и в следующее мгновение его пушка всадила в борт танка кумулятивный снаряд.
От такого мощного удара «вербарт» сдвинулся с места, и из его щелей полыхнуло пламя, однако пилот робота не успокоился и следующим выстрелом снес одну из башен.
– Быстро в дом! – крикнул Ник и толкнул Катчинского вперед.
Вместе они взбежали на второй этаж и осмотрелись. В одной из комнат лежал ураец, рядом с ним валялась длинная труба стомиллиметрового гранатомета.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
