побывал сенатором от Ленобласти, главой совфедовских комитетов по делам СНГ и по экономике, но, очевидно, живое дело – индустрия и стройка – оказались ему интереснее, и он сложил с себя полномочия государственного деятеля (глава комитета в Совете Федерации равнозначен министру в правительстве), вернувшись в бизнес. У него замечательный дружелюбный характер и щедрый подход к благотворительности, хотя Молчанов никогда не афиширует свои добрые дела. Люди, знающие его, отмечают, что он не просто умён, но умён весьма.
Таким образом, на текущий момент три человека обладают идеальными характеристиками для замещения должности президента России. Это, как отмечалось выше, не означает, что они этого страстно желают или хотя бы думают об этом. Скорее всего, им этого и не надо, они себя прекрасно чувствуют без всех этих хлопот. Они никак не проявляют амбиций именно потому, что их у них нет, они достигли всего, о чём можно мечтать. Президентский пост во многом – это лотерея; нельзя сказать про человека, ставшего президентом, что ему страшно повезло. Путина долго уговаривали, ему это не особо было надо, и он говорит правду, что работает рабом на галерах.
Но у судьбы своя траектория, как у судьбы человека, так и у судьбы страны. Раз в двадцать-тридцать лет у одного из десятков миллионов эти судьбы пересекаются, и человека выносит поток событий на самый верх. И если судьба призовёт, то придётся отвечать на её вызов, либо она расплатится за отвержение её выбора.
Так что на вопрос «Кто, если не Путин?» есть несколько вариантов ответа, будем лишь ждать и наблюдать, на кого укажет перст судьбы.
19.02.2020. Тройной прыжок через пропасть
Есть ли у российского населения выход из безнадёжной нищеты?
В экономике ничего особо сложного нет, это набор рассуждений про здравый смысл, расходы и доходы, так же как финансы – это математический поиск удовлетворительных соотношений рисков и доходности. Экономику нельзя назвать наукой, потому что в ней, как и в психологии, нет твердой аксиоматики, то есть совокупности утверждений, принимаемых на веру как истинные. На аксиомах строятся все логические цепочки. А какие твердые и общеизвестные аксиомы есть в экономике? Никаких. Даже такой общеизвестной вещи как деньги не придумано более умных определений как "мера стоимости" и "средство обращения". Если кто-то думает, что такие опытные мыслители на тему хозяйственной и финансовой деятельности как лауреаты премии памяти Нобеля по экономике хоть что-нибудь понимают в предмете, то это будет добросовестное, но глубокое заблуждение. Взять, к примеру, Джорджа Акерлофа, мужа бывшей председательши Федерального резерва США Джанет Йеллен. Этот академический теоретик получил эту премию за анализ рынков с несимметричной информацией. Если прочесть его флагманскую работу "Рынок "лимонов": неопределенность качества и рыночный механизм", то любому здравомыслящему человеку будет ясно, что дядечка ни разу в жизни не сталкивался с экономическими реалиями и рыночными отношениями персонально. Он, профессор экономики, рассуждает и строит теоретические конструкции о совершенно неизвестных ему предметах, например, о рынке подержанных автомобилей, и тем, кто работает на описываемых им рынках, понятно, что старик фантазирует и грезит наяву, что он в жизни не был и не работал на площадке, где торгуют авто с пробегом. Игра его экономической мысли – чистая схоластика; ни один лауреат этой премии памяти Нобеля не стал миллиардером и даже мультимиллионером (всё же миллионерами они стали, ибо размер премии как раз около миллиона долларов).
Президент Путин велел новому правительству поднять благосостояние 147 миллионов россиян. Справедливости ради заметим, что он эту задачу ставил уже неоднократно всем предыдущим правительствам, в том числе самому себе, когда это правительство пару раз возглавлял. До сих пор не выходило. Какие есть шансы, что выйдет на этот раз?
Шансы слабые. Близкие к нулю. Не потому, что в правительство назначают некомпетентных самонадеянных болванов, хотя не без того. С основными проблемами не каждый умник с семью пядями во лбу сможет справиться. А эти проблемы объективны, они определяют крайне скудный набор возможностей, которые надо всё равно придётся использовать, если номенклатура не хочет, чтоб её жизнь была оборвана черенком лопаты а-ля Каддафи.
Базовых проблем три, и их решение сродни тройному прыжку – это когда атлет прыгает в длину, три раза отталкиваясь от грунта. Первый толчок называется скачком, второй шагом, а третий – прыжком. Наше текущее осложнение в том, что прыгать предстоит через пропасть. Здравый смысл говорит, что это невозможно. Но, если включить мозг и фантазию, то перескочим через эту пропасть всенепременно.
Первый толчок – надо перепрыгнуть через демографическую яму. Татьяна Голикова в недавнем прошлом заявила, что в стране 35 миллионов женщин фертильного возраста. Возможно, это правда. Если женщин в России чуть больше половины населения, миллионов под 80, то мужчин на 10 миллионов меньше. В трудоспособном возрасте пребывает около 60 миллионов человек. Допустим, тётеньки вняли призыву Путина и забеременели разом, чтоб исправить демографическую ситуацию. Им, для простого воспроизводства населения, надо за свой фертильный период родить как минимум двух с половиной деток. Но лучше трех, чтоб население хоть как-то росло. Значит, эти женщины выбывают из трудовых резервов минимум на три года, рожая одного, и на шесть, рожая стразу второго. Вся надежда на оставшихся 25 миллионов мужчин. Из них только больных, стоящих на учете алкоголиков, 3 миллиона. Наркоманов не меньше полутора миллионов, только на учете стоит 700 тысяч. Полмиллиона сидит в тюрьмах и лагерях. В России больше 5 миллионов мужчин-инвалидов, допустим, 3 миллиона в трудоспособном возрасте, мы их не минусуем из числа работников, но держим в резерве как ограниченно трудоспособных или нуждающихся в дополнительной поддержке. В МВД около миллиона человек. В вооруженных силах около 2 миллионов. Ну и остальных силовиков еще полтора миллиона – это МЧС, ФСИН, Росгвардия, чекисты с погранвойсками. Также в России около 2,5 миллионов государственных и муниципальных чиновников; допустим, только миллион из них мужчины. Итого из производственной и сельскохозяйственной сферы выбывает 10,5 миллионов мужчин как минимум, остается 14,5 миллионов трудоспособных мужчин. 3 миллиона инвалидов пока входят в их число, как и полтора миллиона охранников. Если и этих убрать, то у нас вся надежда поднять страну возлагается на эти 10 миллионов кормильцев. Если все бабы вздумают беременеть, поддавшись сладким уговорам Владимира Владимировича, то тогда на одного с сошкой будет полтора десятка с ложкой, а вовсе не семеро, как если бы половина работоспособных тёток отложила беременность и вернулась бы к станку или в поле. Увы, у России действительно
